Среди древних описаний народов и земель южной Балтики бросается в глаза то обстоятельство, что два народа постоянно называются вместе на протяжении целого тысячелетия. В I веке н.э. Тацит писал о народах англиев и варинов, связанных единым культом богини Нерты, чьё святилище находилось на каком-то острове в море. Точного географического расположения земель англиев и варинов он не указал, однако, исходя из того, что главное святилище обоих народов находилось посреди моря, можно предположить, что и сами эти народы должны были находиться на морском берегу. Собственно, информация эта широко известна, и исследователи помещают оба племени на юго-западном балтийском берегу. В качестве примера «классической» локализации англиев и варинов приведём карту расселения племён «Тацитовой Германии» авторства немецкого германиста Р. Муха:
 

 
Насчёт того, где точно были ревдинги и варины, можно, конечно, и поспорить. Точных указаний на то, кто из них жил западнее, а кто восточнее Тацит не оставил. Однако, в целом, карта действительно очень близка к описаниям – все три племени должны были располагаться на юго-западе Балтики, к северу от Эльбы.
 

В V веке, согласно сообщению Беды Достопочтенного, англы покинули Германию и отправились покорять Британские острова, вместе со своими соседями саксами и ютами:
 

В это время народ англов или саксов, приглашенный Вортигерном, приплыл в Британию на трех кораблях и получил место для поселения в восточной части острова… Они вышли из трех сильнейших германских племен – саксов, англов и ютов… От саксов из области, известной ныне как Старая Саксония, происходят восточные саксы, южные саксы и западные саксы. Кроме этого, из страны англов, находящейся между провинциями ютов и саксов и называемой Ангулус, которая с той поры опустела, вышли восточные англы, средние англы, мерсийцы и весь народ Нортумбрии, то есть те, кто живет к северу от реки Хумбер, а также и другие племена англов (Беда, I-15).

 
Если у Тацита мы находим лишь упоминание племени англов, то у Беды речь идёт уже и об их стране Ангулус, расположенной между ютами и саксами. Это первое упоминание южнобалтийской Англии как топонима. Согласно Беде, в Британию в середине V века отправились три ютландских племени – саксы, англы и юты. Адам Бременский, описывая переселение саксов и англов в Британию, замечал, что это переселение происходило из региона устье Рейна:
 

Саксы, – говорят они, – это крайне дикий народ, страшный своей храбростью и неуловимостью и живущий на берегу океана, в непроходимых болотах; когда он вздумал совершить опаснейшее вторжение в земли римлян, то его сокрушил император Валентиниан. Затем саксы заняли Галлию, но были побеждены Сиагрием, римским полководцем, а острова их захвачены. Итак, вначале саксы проживали в районе Рейна [и звались англами]; часть их перешла оттуда в Британию и изгнала с этого острова римлян (Адам, I-3).

 
Сообщение Прокопия Кесарийского позволяет предположить, что вскоре вслед за ними, в конце V или начале VI вв. с юго-запада Балтики на запад тем же маршрутом к устью Рейна и берегам Британии отправилась и часть варнов.
 

В это время между племенем варнов и теми воинами, которые живут на острове, называемом Бриттия, произошла война и битва по следующей причине. Варны осели на севере от реки Истра и заняли земли, простирающиеся до северного Океана и до реки Рейна, отделяющего их от франков и других |племен, которые здесь основались… Остров же Бриттия лежит на этом Океане, недалеко от берега, приблизительно стадий в двухстах против устья Рейна… Остров Бриттию занимают три очень многочисленных племени, и у каждого из них есть свой король. Имена этих племен следующие: ангилы, фриссоны и одноименное с названием острова бриттоны (Прокопий, 4-20).

 


Переселения англов, саксов, ютов и варинов в V-VI вв.

Переселение ни одного из северных племён при этом не было полным, а области их не запустели, как полагал Беда. И саксы, и юты, и англы, и варины известны и далее на юго-западе Балтики. Прекратила своё существование разве что колония варинов в устье Рейна. Прокопий сообщает, что война варинов с англами и бриттами произошла из-за того, что сын правителя варнов, Радегиз, отверг свою взятую из королевского рода англов и бриттов жену и, ища союза с франками, заключил новый династический брак с сестрой франкского короля Теодориха. В конце концов, побеждённому англами и бриттами Радегизу пришлось расторгнуть брак с сестрой короля франков и вернуться к своей английской жене. Исходя из того, что расторгнутый Радегизом династический брак с англами повлёк за собой войну, можно предположить, что и отношения варнов с франками, на границе с которыми находилась их колония, также должны были сильно пострадать после расторжения брака Радегиза с сестрой Теодорика. Фредегар сообщает, что в 595 году франки начали войну с варнами, в ходе которой истребили «почти весь их народ». Речь, по всей видимости, должна была идти как раз об этой части варнов, обосновавшихся в устье Рейна. Относительно небольшая колония переселенцев действительно могла быть уничтожена «почти полностью». Показательно и то, что в дальнейшем варны в устье Рейна больше не упоминаются. Оставшиеся на юге Балтики варины в то же время должны были продолжать жить на своих землях. Они упоминаются здесь Прокопием в другом контексте, при описании переселения герулов:
 

Покинув места жительства отцов, один из них, как я выше рассказывал, поселился в странах Иллирии, остальные же не пожелали нигде переходить через реку Истр, но обосновались на самом краю обитаемой земли. Предводительствуемые многими вождями царской крови, они [герулы] прежде всего последовательно прошли через все славянские племена, а затем, пройдя через огромную пустынную область, достигли страны так называемых варнов. После них они прошли через племена данов, причем живущие здесь варвары не оказывали им никакого противодействия. Отсюда они прибыли к океану, сели на корабли, пристали к острову Фуле и там остались (Прокопий, 2-15).

 
Описания Прокопия позволяют локализовать землю варинов достаточно точно. Она должна была находиться на самой окраине славянских земель, между славянами и данами. Принимая, что «даны» было обобщающим обозначением нескольких племён, живших преимущественно в Ютландии и прилегающих островах, а также на западном побережье современной Швеции, а герулы приближались к ним со стороны Дуная, то есть с юго-востока, земли варинов должны были находиться к юго-востоку от полуострова Ютландии. В современном административном делении это восточная часть федеративной земли Шлезвиг-Гольштейн и федеративная земля Мекленбург в Германии. Под «пустынной областью», отделявшей варнов от славян, скорее всего, имелась в виду южная часть современной федеративной земли Мекленбург, так называемое «Мекленбургское озёрное плато», исторически бывшее южной и юго-восточной границей ободритов. На необжитость и труднопроходимость этой области обращали внимание и другие источники.
 
Так, Видукинд Корвейский сообщает о трудностях в передвижении и ведении боевых действий в болотистой местности в районе реки Раксы, из-за чего саксонское войско не могло начать сражение с ободритами и ему потребовались проводники из рюгенских славян (Видукинд, III, 53). Если Ракса была тождественна мекленбургской реке Рекниц, то истоки её, верхнее и среднее течение, как раз придутся на южные и восточные границы ободритов, к северу от Мекленбургского озёрного плато. Ибн-Якуб также отмечал, что «армии [неприятеля] лишь с большим трудом проникают в страну Накуна, так как вся страна состоит из лугов, чащоб и болот», т.е. наиболее трудно проходимыми должны были быть именно окраины ободритских земель. Юго-восток современной федеративной земли Мекленбург, от земель брижан на Эльбе (в районе Гавельберга), вплоть до Мюрицкого и Варинского озёр и истоков реки Рекниц, продолжал оставаться крайне слабо заселённым вплоть до XII века. Так, Эббо сообщает в описании второй поездки Отто в Поморье, как по пути из Гавельберга в Деммин, выйдя из Гавельберга, Отто целый день пробирался через большой лес, пока не вышел к Мюрицкому озеру (Ebbo, III, 4). Однако и само Мюрицкое озеро должно было только начинать обживаться в XII веке, как об этом можно заключить из сообщения Эббо о переселении туда язычников из лютичских земель, спасавшихся от преследований Болеслава, строивших себе здесь новые дома и живших только тем, что давала рыбная ловля в озере. Можно предположить, что эту же, защищавшую варинов от нападений соседей, труднопроходимую местность на юге Мекленбурга подразумевал и Тацит.
 


Мекленбургское озёрное плато

Далее наблюдается длительное молчание источников. Франки вышли к устью Эльбы и южным границам Ютландии только в конце VIII века, до этого же эти земли не упоминались в их летописании, как не игравшие роли для жизни империи. В начале IX века англы и варины снова упоминаются вместе в юридическом документе Франкской империи, «Правдe англов и варинов, являющихся тюрингами», как подданные франков, то есть, где-то на континенте, на окраине Франкской империи. Источник этот неоднозначный – и название его, и датировка вызывает ряд вопросов. Отождествление англов, варинов и тюрингов выглядит достаточно странным, учитывая, что тюринги жили довольно далеко от них. Также и датировка его первыми годами IX века выглядит несколько «преждевременной» – в действительности, историческая возможность для того, чтобы франки могли считать англов своими подданными, можно предположить скорее после 810 года, после заключения мира с данами, в особенности же после того, как изгнанные датские короли Гериольд и Регинфрид были изгнаны из Дании и вынуждены просить помощи у франков. Анналы королевства франков сообщают, что, оказывая им военную помощь, ободриты и саксы перешли датскую границу в Ютландии на реке Эдигорой и заняли датские земли вплоть до области Силенди (Sinlendi) – как будет показано далее, в IX веке так обозначали одну из трёх континентальных датских областей, находившуюся в средней Ютландии. Занятая ободритами и данами область, находившаяся между рекой Эдигорой и областью Силенди при этом как раз и была южнобалтийской Англией.
 
О территориальном делении Ютландии в IX веке можно судить по подробным описаниям очевидцев. Наиболее подробную информацию можно найти в выполненном в конце IX века переводе Орозия на древнеанглийский язык. Кроме собственно перевода труда римского историка, этот источник содержит и описания юга Балтики, которых не было в оригинале. Выполнявший этот перевод придворный учёный короля Альфреда использовал, в том числе, и несколько источников своего времени. Источником фрагмента с общим описанием земель и народов к востоку от Рейна и северу от Дуная должны были быть составленные в Баварии описания земель Восточной Франкской империи и её соседей. В этой, восходящей к «баварской» традиции, части упоминaются «Силленде, Онгле и другие области Дании».
 

Восходящий к «баварской традиции» отрывок древнеанглийского текста
перевода Орозия с упоминанием датских областей Англии и Силленде

За общим описанием племён и народов, в переводе Орозиуса приводятся рассказы норвежского путешественника Оттара о его поездке в Бьярмию и ютландский город Хаитабу (Хедум). В нашем случае интерес вызывает последний рассказ, в котором имеются подробные описания датских провинций конца IX века. Различие источников обоих отрывков – описаний земель и народов Германии и поездки Оттара – видно, в частности, и по разному нaписанию датской области Англия, в первом случае Ongle, во втором – Angle. Итак, Оттар сообщил, что сев на корабль в Норвегии, через 5 дней он прибыл в:
 

Haethum, se stent betuh Winedum, Seaxum, Angle, hyrd in on Dene.
Хетум, который стоит между винедами, саксами, англами и принадлежит данам.

 
Это географическое описание местоположения Хедтума/Хаитабу дано очень точно. Город действительно находился одновременно на границе и со славянами (Вагрией, древней землёй варинов), и с саксами-нордальбингами. Оба народа занимали всю «датскую границу» по реке Эдигоре, и областью англов в этом случае должна была быть вся область к северу от Хаитабу, начинавшаяся непосредственно за ним. Так как Хедум/Хаитабу в конце IX века принадлежал Дании, из приведённого выше отрывка следует, что и сам город Хаитабу должен был находиться в области англов, хотя и был расположен на южной её границе.
 


Положение Хетума/Хаитабу между винедами, саксами и англами,
по описаниям норвежского путешественника IX в.

Далее передаются наблюдения Оттара по ходу плавания из норвежской Скирингисхелы в ютландский Хаитабу.
 

Отрывок древнеанглийского текста перевода Орозия с описанием путешествия Оттара

Весь путь занимал 5 дней. К югу от его города было море – такое широкое, что не окинуть взглядом – после чего начинались области Gotland и, южнее её, Sillende. Первые 3 дня пути он видел по левую сторону Данию, а по правую – только море. Следующие два дня по правую сторону он видел Gotland, Sillende и много островов. Далее была земля, на которой жили англы (Engle), после чего он сошёл на берег в Хедуме (Хаитабу).
 

География юго-западной Балтики глазами норвежского путешественника Оттара в конце 9 в.

Область Готланд тождественна Ютландии, древней стране ютов, откуда часть их племени некогда отправилась в Британию вместе со своими соседями англами и саксами. Область Силленде располагалась между Ютландией и Англией, а южной границей Англии был город Хетум/Хаитабу. Франкские анналы сообщают, что в 815 году саксы и ободриты перешли реку Эдигору и, дойдя до области Силленде, пробыли там 6 дней, после чего проследовали в другое место. Но в силу того что сыновья Годфрида не решили сразиться с ними, взяв 40 заложников, они вернулись обратно.
 
Область «между Эдигорой и Силленде» представляет из себя ничто иное, как предельно точное географическое описание ютландской области Англия. То, что это слово не прозвучало в анналах, возможно, имеет очень простое объяснение. Именно в этом фрагменте в тексте было пропущено одно слово после
 

[вернувшись из Силленде, ободриты и саксы] остановились лагерем на берегу моря, в месте под названием…
 
ad auxilium Harioldo ferendum trans Egidoram fluvium in terram Nordmannorum vocabulo Sinlendi perveniunt et inde profecti septimo tandem die in loco, qui dicitur. . , in litore oceani castra ponunt.

 
В то же время из самого сообщения следует, что ободриты и саксы сразу направились в область Силленде и уже там разбили лагерь на 6 дней. От Эйдоры до Силленды они должны были добраться за один день, то есть двигаясь без остановки и, следовательно, не воюя. Так как весь этот поход описывается как помощь бежавшему к франкам Гериольду, напрашивается вывод, что войска союзников смогли беспрепятственно пройти всю ютландскую Англию потому, что она была в это время подвластна Гериольду. Место, в котором они встали лагерем, вернувшись на седьмой день из Силленде, при этом могла быть столица Англии – Хетум/Хаитабу. Хотя последнюю догадку подтвердить, конечно, нечем – слово пропущено.
 
Так или иначе, данный отрывок франкских анналов даёт основания предполагать, что в период с 811 года (изгнания Гериольда и обращения его за помощью к Карлу Великому) до 827 года, когда Гериольд был окончательно изгнан из Дании, франки считали ютландскую Англию зависимой от империи. Известно, что, бежав из Дании, Гериоль стал вассалом Людвига I. В этот период Гериольд нередко упоминается при дворе императора с просьбами и жалобами, император, в свою очередь, «улаживает его дела». Более того, в 826 году Гериольд был крещён в Майнце вместе со своими подчинёнными. Вместе с ним в этом году в Данию направился и Св. Ансгарий для распространения там христианства в стране Гериольда. Римберт подробно описывает эту миссию Ансгария в его «Житии»:
 

После этого случилось так, что Гериольд, который правил как король одной частью данов, из-за ненависти и вражды подвергся нападению других королей страны и был изгнан из своей страны (Римберт, 7).

 
Людвиг Благочестивый повелел Ансгарию отправиться вместе с ним к данам. На корабле они проследовали вниз по Рейну – из Майнца в Кёльн и далее:
 

Отправившись из Кёльна, они прибыли в Дорстат и, после того как они пересекли соседнюю страну фризов, добрались они до расположенных возле датской границы областей. Но так как королю Гериольду зачастую находиться в своей стране не было безопасно, император пожаловал ленное владение по другую сторону Эльбы, чтобы он мог находиться там во время опасности (Римберт, 7).

 
Таким образом, из «Жития Св. Ансгария» становится ясно, что до изгнания Гериольду была подвластна какая-то одна область Дании, другие в то же время управлялись другими королями. То обстоятельство, что Ансгарий и Гериольд высадились с корабля на датско-франкской границы, которой достоверно была река Эйдер, не оставляет сомнения – в первой трети IX века Гериольд был правителем области Англия. Были ли ему подвластны и какие-то другие области или острова? Судя по тому, что в Силленде ободритам и саксам уже пришлось воевать, после чего они встали лагерем на морском берегу, а войска противников Гериольда располагались на острове всего в трёх милях от берега, его власть ограничивалась только Старой Англией на континенте. Но будучи изгнанным и обратившись за помощью к Людовику, Гериольд признал себя его вассалом. Одним из таких жестов было и принятие им христианства в Майнце.
 
Выдача Людвигом I Фризии в лён Гериольду показывает «юридический статус» его отношений с Людвигом уже совершенно недвусмысленно – франки считали Гериольда своим вассалом. Уже в следующем 827 году Гериольд окончательно был изгнан из Старой Англии, однако, в период с 811 по 827 гг. статус подвластных Гериольду ютландских земель должен был рассматриваться франками именно как вассально зависимых от империи. Таким образом, у Англии в первой трети IX века был тот же статус, что и у ободритов – они сохраняли значительную независимость во всех внутренних делах, их правитель именовал себя королём, но должен был признавать верховную власть франкского императора и быть ему лояльным. Очевидно, именно Старая Англия и была той самой зависимой от Франкской империи «датской маркой», упоминаемой франскскими анналами в 828 году:
 

Гериольд, чрезмерно жаждущий ратных дел – сообщают анналы – спалив и разорив некоторые из именьиц норманнов [тем самым] нарушил оговоренный и подтверждённый через [предоставление] заложников мир. Услышав это, сыновья Годфрида, немедленно собрав войска, пришли в марку и, перейдя реку, [и] напав из укреплений, отбросили наших [людей], стоящих на берегу реки Эгидоры, и ни о чём подобном не подозревающих.

 
Из этого сообщения следует, что хотя войска императора и не контролировали прямо ютландскую Англию, они располагались на её границе. В 827 году Гериольда изгнали из Старой Англии, но франки, очевидно, продолжали считать эти земли своими владениями. Из сообщения следует, что «марка» находилась прямо за рекой Эдигорой, и область Англия, таким образом, не могла в неё не входить. Создание юридического документа «Правды англов и варинов», в таком случае, было частью того же самого процесса, что и создание Гамбургской епархии, предназначенной для христианизации оборитов и данов.
 
Стоит обратить внимание, что и Римберт, и церковные грамоты, и позже Адам Бременский подчёркивали, что Гамбург был создан для христианизации Нордальбингии, данов и славян. Это отнюдь не было «иносказанием», в том смысле, что находясь на северной границе тогдашнего христианского мира, Гамбург выступал как культурный просветительский центр. Его создание было вполне конкретным шагом по введению порядков империи (в данном случае – христианизации) в трёх новых её провинциях – Нордальбингии, Славии (королевство ободритов) и Старой Англии, которую в то время, очевидно, называли просто «датской маркой» или «норманнской маркой». Частью этой же политики франков, очевидно, было и создание свода законов – «Правды англов и варинов». Сам документ, в таком случае, должен был быть создан в первой трети IX века. Сложнее объяснить появление в его названии тюрингов, наряду с англами и варинами. В качестве одного из возможных решений можно разве что предположить, что в основу свода законов для новых провинций империи лег уже существовавший юридический документ – «Правда тюрингов», так что «Lex Angliorum et Werinorum, hoc est Thuringorum» стоит переводить как «Законы англов и веринов, являющиеся тюрингскими».
 
Но вернёмся к Старой Англии. Столицей её был Хаитабу/Шлезвиг, что следует не только из того, что он был самым крупным, богатым и известным городом этой земли, но и из прямых указаний источников. В конце IX века хроника Этельварда сообщает, что:
 

Старая Англия расположена между саксами и ютами и столица её на саксонском языке называется Шлезвиг, а на датском – Хаитабу.

 
То, что Этельвард помещает Англию между ютами и саксами, а не между областями Силленде и саксами, имеет простое объяснение. Первая половина фразы, как и всё предыдущее описание переселения англов из Старой Англии в Британию, позаимствовано им из англосаксонских анналов. А те, в свою очередь, основывались на описании Беды Достопочтенного, уже процитированного выше. Возможно, это объясняется тем, что название области Силленде появилось позже, а в VI веке она представляла с областью Ютландия единое целое. При этом, может оказаться, что выделение области Силленде как отдельной области Ютландии восходит как раз к разделу королевства данов в начале IX века, когда Гериольду досталась Англия, а остальная континентальная территория была разделена между другими двумя правителями, так что одному досталась Силленде, а второму собственно Ютландия.
 
Но как бы там ни было, информации о том, что столица Старой Англии называлась Шлезвигом или Хаитабу, не было ни у Беды, ни в англосаксонских анналах. Более того, широкая известность саксонского названия Хаитабу – Шлезвик – это, скорее, реалии уже X века, когда после завоеваний Генриха Птицелова здесь была создана вторая по счёту датская марка, а сам город стал колонией саксов-нордальбингов. В 808 году, к примеру, франкские анналы называют его Слисторпом – то есть «деревней на заливе Слей». В конце IX века это место было известно Римберту уже как Шлезвиг (Sleswig), что означает уже «торговый центр на заливе Слей». Изменение названий передаёт реальный исторический процесс, когда после переселения туда купцов из разрушенного Рерика, деревня на заливе Слей из открытого поселения начинает бурно развиваться и действительно становится значительным торговым центром во второй половине того же века, превращается из «торпа» в «вик». Известность англосаксу Этельварду саксонского, а не датского названия города, можно рассматривать как указание на время второй саксонской марки (норвежцу Оттару в конце IX века, к примеру, было известно только датское название). Таким образом, Этельвард должен был описывать реалии своего времени, и его сообщение является важным источником о существовании и широкой известности ютландской Англии до конца X века.
 
В качестве другого возможного упоминания ютландских англов конца X века можно назвать сообщение еврейского купца ибн-Якуба. Побывав в восточной Германии и, в частности, на юге Балтики, в землях ободритского короля Накона, он упоминал некий «народ анкулий, один из народов севера», бывший изначально не славянского происхождения, но к его времени уже перешедший на славянский язык по причине соседства со славянами и смешения с ними. Можно ли представить такую сильно продвинувшуюся славянизацию области Англия в Ютландии?
 
Славянские следы в ютландской Англии, действительно, известны. Славянская керамика в обилии встречается в районе залива Шлей. Находки славянской керамики или её имитаций известны и в более северных ютландских областях – Швансене (нем. Schwansen – часть исторической области Англия, к северу от залива Слей) и собственно Англии (нем. Angeln): из западного и восточного поселений Козель (Kosel), Бинебека (Bienebek), Гаммельбю (Gammelby), Везебю (Weseby) и Остербю (Osterby) и Ризебю (Rieseby) (Unverhau H. Untersuchungen zur historischen Entwicklung des Landes zwischen Schlei und Eider im Mittelalter, Wachholtzverlag, Neumünster, 1990, S. 67-68). На северной границе ютландской Англии, полуострове Гамельгаб, известно два топонима смешанного славяно-датского происхождения: Oster Gurkhöj и Sünder Gorkhye от славянского «горка» (Prinz J. Zur Frage slavischer Orts- und Personennamen auf süddänischen Inseln // Zeitschrift für slavische Philologie, Heidelberg, 1967, S. 125). В самой Старой Англии известен топоним Поммербю, каким-то образом связанный с Поморьем и, возможно, указывающий на владения поморских князей (однако, скорее всего, более позднего происхождения). В области Швансен известен топоним Виннемарк (Winnemark), что в переводе означает «славянский [лесной] выруб». Значительное славянское присутствие принимается и в столице Старой Англии – Хайтабу, где найдена не только славянская керамика и украшения, но землянки с характерным для славян положением очага и захоронения. Последних для IX века археологи предполагают около 20% (саксонских и датских при этом по 40%), что, учитывая переселение купцов из Рерика и близость славянской границы, отнюдь не вызывает удивления.
 


Славянские следы в Старой Англии:
красный кружок – топонимика с основой «венд», указывающая на славянские поселения
белый кружок – наиболее западные археологически подтверждённые полностью славянские поселения
красная штриховка – зоны распространения славянской топонимики или письменные указания на славянское заселение (церковный приход Норторф в Гользатии)
жёлтая штриховка – находки славянской керамики и её имитаций
белая линия – западная граница повсеместного расселения славян в южной Ютландии

Но даже если признать, что такое этническое деление захоронений верно, в чём я лично сомневаюсь, этих следов всё равно не хватит для настолько сильной славянизации. Как выглядели по настоящему «ославянившиеся» области Дании хорошо видно на примере соседних с Англией островов Лолланд, Фальстер и Мён, где славянская и «вендская» топонимика исчисляется десятками. Быть может, англы изначально населяли не только Старую Англию, но и соседние с ней острова, и ибн-Якуб имел в виду именно это население? Точно об этом уже не узнать.
 
Однако именно в это время, в X веке, в Старой Англии должны были произойти существенные изменения. Адам Бременский сообщает о создании здесь «марки» и начале саксонской колонизации уже в первой половине столетия. Сам Шлезвиг в Х-ХI вв. он и вовсе называет «колонией саксов». Эти земли находились под саксонским управлением с 931 по 974 гг., пока в ходе сначала датского, а потом и славянского восстания, немцы не утратили контроль над этими землями. «Официальная» же их передача данам состоялась ещё позже – в первой трети XI века, после выдачи дочери датского короля Кнуда Великого за сына немецкого короля Конрада II. Учитывая, что население столицы Англии и без того, по уверениям археологов, уже в IX веке имело существенный саксонский компонент и заметный славянский компоненты, увеличение саксонского присутствия едва ли могло способствовать сохранению континентальными англами собственных традиций и самосознания. По всей видимости, в этот период, в Х-ХII вв., медленно, но верно англы полностью растворились в окружавших их и преобладавших численно ютах и саксах. В настоящее время память о континентальной Англии сохраняется в топониме – вся эта местность к северу от Хаитабу-Шлезвига до сих пор так и называется – Angeln, то есть Англия.
 
Что же касается варинов, то немногим дольше пережили своих соседей и они. Политическая независимость соседнего с англами славянского племени Wari/Waari/Waigri прерывается в середине XII века. В дальнейшем их земли, также как до этого и земли англов, колонизируются соседними саксами, фризами и другими немецкими племенами. Уже о столице Вагрии будет напоминать только славянский рынок у руин разрушенной крепости и сохраняющаяся вплоть до позднего средневековья «славянская улица» в получившем с тех пор (как ранее и Хаитабу) немецкое название городе Ольденбурге. Однако судьбы двух народов кажутся неразрывными на протяжении целой тысячи лет. Упоминания об англах и варинах сменяют идентичные сообщения о данах и вендах – они торгуют, воюют друг с другом, то и дело заключают династические браки, их истории связаны неразрывно и не представляются друг без друга. Может ли при этом быть случайным описанный Саксоном Грамматиком эпизод, произошедший во времена датского короля Свена? Между описаниями взятия Арконы он замечал:
 

Этому идолу [Свентовиту], подати которому присылались со всех славянских земель, также и соседние короли, совершая кощунство, оказывали почтение подарками. В числе прочих и датский король Свен, чтобы добиться его [идола] расположения, почтил кубком исключительной работы, в этом рвении возвысив чужеземную религию над своей. За это кощунство он позже поплатился своей несчастной смертью.

 
Согласно Гельмольду, храм Свентовита на острове Рюген почитался всеми славянами, и дары туда отправлялись из всех славянских земель. И чтобы поведение датского христианского короля, посылающего дары туда же, не казалось таким странным, вспомним сказанные за тысячу лет до этого Тацитом слова об англиях и варинах, имевших общее святилище на острове среди моря. По всей видимости, некоторые вещи не способны были изменить ни века, ни смена имён, ни даже внешнее принятие новой религии. Судьбы тысячелетних соседей связывало что-то гораздо более крепкое, отчётливо просматривающееся, несмотря на все внешние изменения и наслоения…
 
Андрей Пауль, историк
 
Перейти к авторской колонке
 

Понравилась статья? Поделитесь ссылкой с друзьями!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Читайте другие статьи на Переформате:

25 комментариев: Англы и варины: судьбы двух народов

  • Виталий говорит:

    Очень интересно!!

  • V. M. говорит:

    Очень убедительно! Спасибо. Как известно, сейчас отмечается Год культуры Великобритании в России. Это кстати тема к данному поводу, хотя бы отчасти…
     
    Интересно, много ли знают современные англичане о своей начальной истории? Как со спорами вокруг «истории древней Англии»? =)

    • Андрей Пауль говорит:

      Спасибо! Да, наверняка, сейчас об этом знают лишь единицы, хотя в научной литературе на английском, разумеется, разобран вопрос континентальной прародины. В какой-то мере, это можно даже назвать традиционным направлением английской историографии – о прародине говорится уже в большинстве английских раннесредневековых учёных трудов, начиная с раннего 7 века.

      • V. M. говорит:

        Да уж, кажется баталий по поводу «истории древней Англии» в общественной мысли там не наблюдается. То ли дело Россия! А ведь и для древней Руси картина в общих чертах представляется уже довольно понятной. Ан нет, варяги, викинги, норманны продолжают будоражить умы…

  • И. Рожанский говорит:

    Думаю, приведенные ниже карты в особых комментариях не нуждаются, кроме того, что синие метки обозначают места, где в XVII-XIX веках жили предки тех, кто опубликовал результаты своих тестов на 67 или 111 маркеров, по результатам которых они оказались из ветви L1029 (центрально-европейская).
     




    Группа из Йоркшира оказалась довольно компактной, с общим предком, жившим 1125±210 лет назад. Гаплотипы из других частей Англии к этой мини-ветви не относятся. Они сами по себе.
     
    Балканы приведены не случайно. Хотя у болгар, македонцев и северных греков доля гаплогруппы R1a невелика (порядка 10%), среди тех, кто к ней принадлежит, почти половина попадает в центрально-европейскую ветвь, что является своего рода рекордом. На том же уровне эта ветвь представлена только на северо-западе Германии. Может быть, название города Варна – это не банальное созвучие, а прямое указание на народ, основавший это поселение в VII веке? Какой-то убедительной этимологии этого топонима, ранее именовавшегося Одессой (!) (Ὀδησσός по-гречески), нет.
     
    Разумеется, варины раннего Средневековья не были моногаплогруппным народом, и у них наверняка были заметно представлены такие гаплогруппы, как I1, R1a-Z280 и R1b-L51, но ветвь L1029 наверняка можно назвать их характерной меткой на фоне германоязычных народов того же региона. Эта линия связывает их с большой группой народов, занимающих западную часть славянского ареала.
     
    Очень любопытен вопрос, на каком языке говорили прямые предки варинов и их родственников по центрально-европейской ветви R1a во времена Тацита и ранее. Дело в том, что возникновение и распространение балто-славянских языков достаточно хорошо коррелирует с филогенией субклада R1a-Z280, а его пути с субкладом М458 (куда входит центрально-европейская ветвь) разошлись еще примерно 5500 лет назад. Это достаточно большой срок, чтобы в случае географического размежевания языки разошлись так же далеко, как, например, славянские с германскими или греческий с армянским. Собственно, поэтому меня и заинтересовал вопрос о топонимике южной Балтики, потому что в ней могли сохраниться следы того языка, на котором говорило местное население до своей славянизации и германизации. Ветви субклада М458 вполне могут маркировать историю и миграции тех народов, что на каком-то этапе стали частью славянского мира.

    • Евгений Нефёдов говорит:

      Тоже обращал внимание на болгарскую Варну и задумывался о её происхождении – уж очень знакомо выглядит! Просто бросается в глаза! И если потенциальное родство обитателей Варны с южно-балтийскими варинами подтверждается на таком, безусловно, объективном материале, как генетические метки – то это серьёзный аргумент задуматься и о соответствующем происхождении топонима.

    • Андрей Пауль говорит:

      Спасибо, очень показательные карты!
       
      >> Группа из Йоркшира оказалась довольно компактной, с общим предком, жившим 1125±210 лет назад.
       
      Ну, собственно, и в дальнейшей истории региона было достаточно возможностей для переселения каких-то групп с юго-запада Балтики на Альбион. К примеру, ободритский князь Готтшальк должен был провести в Англии до 16 лет в первой половине XI века, воюя на стороне датского короля Кнуда. О значительной армии ободритов там едва ли можно вести речь, так как Готтшальк отправился в изгнание, но, скорее всего, в его сопровождении могли быть небольшие группы отобранных воинов и личная свита, часть которой могла остаться в Англии. Не менее вероятно и участие ободритов в других английских походах датских королей – династические связи ободритов и данов в 10-12 вв. были настолько близки, что при сменах правителей у данов известно участие ободритов в борьбе за трон и наоборот, что приблизительно сходится с приводимыми датировками.

    • Андрей Пауль говорит:

      От нижней карты складывается впечатление, будто бы она маркирует перемещение какого-то народа: как если бы, высадившись на западном берегу Чёрного моря, южнее устья Дуная, группа людей проследовала к побережью Средиземного. Или, если бы эти события относились, к примеру, веку так к 9-му – окружила (осадила или наоборот – защищала) бы европейские границы Византии.
       
      Что же касается языка дославянской топонимики, то ответить на этот вопрос крайне не просто. Не являясь лингвистом, мне остаётся лишь развести руками. Судите сами: этот язык уже признавали
       
      1) иллирийским;
      2) древнегерманским;
      3) балтским;
      4) балто-славянским;
      5) древнеиндоевропейским, до разделения его на отдельные языки;
      6) дренеиндоевропейским, периода разделения его на западную и восточную ветвь.
       
      Какой простор для историка – выбирай, что хочешь) Понятно, что при такой ситуации датировать этот язык можно на практически всем периодом от индоевропейской общности до 6 века н.э. Мне же кажется, что такой разброс мнений и, я бы сказал, несостоятельность лингвистики конкретно в этом вопросе, объясняется тем, что изначально лингвистика была поставлена в жёсткие рамки исторической схемы, согласно которой до славян должны были быть германцы или не быть никого, но не могло быть «третьего народа». Возможно, этот язык просто принадлежал к какой-то не сохранившейся ветви индоевропейского, отсюда и все сложности с определением его среди современных и-е языков. В таком случае, он должен был быть, скорее, всё же ближе всего к балто-славянским.
       
      Если принять концепцию В. Топорова о выделении праславянского из балтославянской общности, то в исторической схеме языку южной Балтики можно было бы отвести место «братского языка». Как если бы из этой общности выделились 3 группы: балтские, славянские и тот самый дославянский язык южной Балтики. Обращает на себя внимание, что на обширных территориях от Ютландии до Волги, в основном, по морскому побережью, прослеживается некая «балтская», «балто-славянская» или «балтообразная» гидронимика, при том, что о проживании балтских народов здесь исторически неизвестно. По письменным источникам вместо балтов должны были быть «германцы» (в понимании Тацита, то есть все близкие по виду и культуре варварские племена к востоку от Рейна и северу от Дуная), а позже – славяне. В то же время язык этих северных славян, живших в местах обнаружения дославянской гидронимики (северная ветвь западнославянских), имеет ряд черт, сближающих их с балтскими, а о самих балтах-эстиях Тацит упоминает, что они не отличались по внешнему виду от других племён Германии. Это же живо напоминает и фразу летописца о том, что «варяги сидят от земли англянской до предела Симова». В таком случае, правда, это было бы, скорее, реалиями первой половины I тысячелетия н.э.
       
      Ну и, разумеется, всё вышесказанное – не более, чем просто предположение, подтвердить которое мне пока нечем: письменных источников, позволяющих определить язык, не сохранилось, а лингвистика, как и было показано выше, представляется сама по себе не самым надёжным аргументом.

    • Елена Грузнова говорит:

      А по району Варангер в северо-восточной Норвегии такие связи прослеживаются?

  • Евгений Нефёдов говорит:

    Весьма любопытным с философской точки зрения также является то, что англы и варины, эти соседние, долгое время жившие вместе народы, по сути, явились основателями двух сверх-империй, долгое время боровшихся и борющихся до сих пор друг с другом, или даже точнее – конкурирующих глобальных миров. Англы, разумеется, стоят в фундаменте англосаксонского мира, включая такие его воплощения, как Британская империя, и Соединённые Штаты Америки, а варины, соответственно, через своих представителей, участвовавших в основании и освоении будущей Руси – стоят в самых основах другой величайшей мировой силы – России, включая Российскую империю и Советский Союз. И два этих мира порождены в прошлом очень близкими соседями, которые вели, видимо, по сути, очень схожую, если не общую жизнь. Весьма интересное обстоятельство – для осмысления и понимания.
     
    И как тут не вспомнить про идею пассионарных толчков авторства известного фантазёра Гумилёва. Хотя в том, что касается источников и фактов он очень много навыдумывал, но этой своей догадкой, возможно, приблизился к какой-то истине. …Так и видится, что соседние, занимавшие довольно небольшую территорию, и веками ведшие простую, если не примитивную жизнь, племена где-то на окраине – англов и варинов в один прекрасный момент, ближе к началу средневековья, накрывает каким-то «пассионарным толчком» – и с того момента они начинают «рвать и метать», а в результате их главные дороги расходятся, породив две сверхмощные силы, по сути управлявшие на пару – всей планетой. Совсем не слабый результат для двух когда-то заштатных племён, проживавших на краю ойкумены.

    • V. M. говорит:

      Поклонялись одному божеству, как писал Тацит =)

    • Андрей Пауль говорит:

      Любопытная параллель)

    • сергей говорит:

      Есть и другое мнение: Южная Балтика – не край ойкумены, а древний сакральный центр, получивший – с распространением христианства – репутацию «очага заблуждений и гнезда идолопоклонства» (Гельмольд).

  • Константин говорит:

    Андрей, то есть вы отказались от прежней идеи, что речь шла о каких-то анклавах англов и варинов в Тюрингии? И еще один важный момент: как вы соотносите варинов-вагров и варинов-ободритов?

  • Константин Анисимов говорит:

    >> Я считаю, что имя населявшего Вагрию народа Wari – и есть одна из форм названия варинов.
     
    Вопрос был не в этом. Ваша позиция мне прекрасно известна. Я ее разделяю целиком и полностью. Получается, что в рамках одного объединения оказались два племени, носящие одно имя и являющиеся потомками одного общего предка – германского (в географическом смысле, как минимум) племени I-IV вв. варинов. Как, по-вашему, могло так получится, учитывая, что варины-ваары-вагры и варины-варны-ободриты проживали на одной территории, по соседству друг с другом? Как, по-вашему, соотносятся друг с другом варины-вагры и варины-ободриты?

    • Андрей Пауль говорит:

      Я полагаю, что вагры и ободриты были изначально единым племенем. Мне пока не удалось найти надлежащего убедительного объяснения тому, каково было их соотношение с германским (в том же смысле или любым другим) племенем варинов первой половины н.э., потому я стараюсь привлекать этот, действительно неоднозначный, вопрос как можно меньше, для реконструкции истории самых западных славянских племён, известных как ободриты. Сведения по дославянскому языку юга Балтики, как и некоторые проблемные вопросы археологии несколько затрудняют полное отождествление этих варинов 1-6 и варинов 6-12 вв. В качестве самой непротиворечивой и жизнеспособной версии при такой скудности данных мне кажется объяснение названия и тех, и других из одного топонима – приморской области от ютландской Англии до реки Варнов в Мекленбурге, происходящей из древнеиндоевропейского обозначения воды (корня «вар»). Принятие такой схемы позволяет объяснить различия в формах названий вар-ины, вари/варь, вар-ин-абы, так как все три формы, в таком случае, были производными от топонима Варь/Вари и изменение их объясняется разным развитием диалектов в разных провинциях (северной и восточной) ободритского королевства. При этом, этническая принадлежность, язык и материальная культура варинов 1-6 вв. не будут иметь никакого значения – они могли быть как германцами, так и предками славян-ободритов или вообще каким-то отличным и от тех, и от других народом.
       
      В западной части ободритского королевства форма Вари/Варь перешла в 11-12 вв. в Wairi/Wagiri/Waigri или в результате развития местного славянского диалекта, или в результате каких-то языковых процессов у саксонских диалектах их соседей (от которых единственно она и известна). В восточной части королевства *Wari перешло в var-ni, var-ini и далее, к 11-12 вв. развилось в war-in-abi в диалектах юго-восточной периферии ободритского королевства. В принципе, варины и варинабы на славянском было, скорее всего, просто синонимами. Кроме приводившейся параллели велеты=велатаби есть и более показательное наименование реки Варнов – Варна (т.е.Warnow=Warna) у Кадлубека или топоним в устье Варнова – Варне-мюнде. Поэтому не вижу особого смысла придавать особое значение двум различным традициям Wari-Waari-Wairi-Wagiri-Waigri (у западной ветви) и Warni-Warini-Warinabi (у восточной ветви) – обе провинции на протяжении веков имели достаточную степень независимости и диалекты обоих групп вполне могли различаться, как могли различаться диалекты и раннесредневековых нордальбингов, бардов и франков, от которых и известны разные формы названия разных ветвей, различные церковные и придворные традиции франкской империи. То обстоятельство, что после включения ободритского королевства во Франкскую империю, при франкском дворе за ними по каким-то причинам закрепилось название «ободритов», стало причиной того, что о развитии форм самоназвания восточной ветви нам ничего неизвестно до появления здесь первых епископств и описаний Адама Бременского. С 9 по 11 вв. восточная ветвь ободритов упоминается не по самоназванию, поэтому точно сказать, каким оно было в это время, не представляется возможным. Вполне возможно, что форма Вари была известна в это время и у них, просто слишком мало данных, чтобы судить. Для наглядности могу предложить составленную мной ещё несколько месяцев назад «рабочую» таблицу хронологии развития и упоминаний в источниках ободритов и варинов (картинка кликабельна).
       

       
      (1) по H. Krahe – Unsere ältesten Flussnamen, Wiesbaden, 1964
      (2) Тацит, Птолемей, Плиний Старший
      (3) Иордан, письмо Кассиодора (Gwerini – франк.), Агафий Миренейский, Фредегар, Прокопий Кессарийский
      (4) Прокопий Кессарийский
      (5) Lex Werinorum
      (6) Видукинд Корвейский, Титмар Мерзебургский
      (7) Адам Бременский
      (8) Адам Бременский, Гельмольд из Бозау
      (9) Адам Бременский, Гельмольд из Бозау
      (10) Исключительно франкские источники
      (11) Адам Бременский
      (12) Адам Бременский, Гельмольд из Бозау, источники 11-12 вв. и позднее, титулы мекленбургских князей
      (13) Грамоты, определяющие границы Гамбургской епархии в IX-XII вв., Sclavania «в узком смысле» у Адама, Regnum Obodritorum=Regnum Slavorum=Slavia у Гельмольда, Slavonia Кадлубека и Богухвала, Slavi Саксона Грамматика
      * реконструируемая, не упоминающаяся в источниках этого века промежуточная форма
       
      Надеюсь, на этот раз правильно понял суть Вашего вопроса)

      • Игорь Пименов говорит:

        О чтении Варнабы. Как я уже указывал ранее, в раннем средневековье правила написания слов латиницей резко отличалось от современных правил чтения этих слов, эти правила забылись с эпохой возрождения. Поэтому, наше чтение Waigri как Вагры неверное, так это слово никогда не читалось и не звучало (оно звучало как Вайры). Тоже самое со словами на –abi: Warnabi, Weletabi…
         
        Дело в том что в древнесаксонском неначальное b не означало звук [b]. Неначальный b произносился как билабиальный спирант ƀ. Вот какие правила были в древнесаксонском языке:
         
        B – билабиальный взрывной, произносился только вначале слова, в удвоении и после некоторых согласных.
        b – билабиальный спирант ƀ, произносился не вначале слова (в абсолютном конце слова оглушался).
        w – билабиальный полугласный
        v – лабиодентальный фрикативный (причем непонятно был ли такой вообще)
         
        Для записи славянского окончания –авы ни w не подходило, поскольку западнославянский -в- не был полугласным, ни v, поскольку он не был еще лабиодентальным. Будучи в полабском лабиодентальным спирантом, единственным его способом записи было -b-, поэтому, запись -abi произносилась по древнесаксонски как -аƀi, а не как -abi, как мы сейчас произносим. Отсюда, запись типа Warnabi читалась как Варнавы, а не как Варнабы. Замечу, из-за того, что начальное B- означало взрывной согласный, запись Barnabi была невозможной, и им приходилось писать W-, так как вообще было невозможно передать фонетику славянского слова. И тут нам повезло, иначе бы мы читали бы сейчас это слово как Барнабы.
         
        >> Насчёт того, где точно были ревдинги и варины, можно, конечно, и поспорить.
         
        Интересно, что из слова Reudigni можно фонетически-регулярно вывести слав. Руяне. Не из этой формы, но близкой, можно вывести форму русы.

  • И. Рожанский говорит:

    >> Вот уже пару лет как мой пытливый ум с радиотехническим образованием терзает мысль – Wagri-Wari, это же латынь, которую вроде бы наследует нынешний итальянский. Вот вам прямой аналог: Togliatti – Тольятти.
     
    Интересное предположение, хотя, наверное, его трудно будет проверить независимыми методами. Все-таки в современном итальянском и французском (cygne – лебедь, произносится как «синь») функция буквы «g» в качестве «мягкого знака» используется только в сочетаниях «gl» и «gn». Были ли знакомы с таким способом передачи палатализованных согласных авторы хроник, написанных на средневековой латыни, следует отдельно рассматривать на других примерах. Более-менее протяженные тексты на раннем итальянском с близкой к современной орфографии датируются 14-м веком. В более ранних памятниках отсутствуют слова, по которым можно бы проверить, существовали ли палатализованные «нь» и «ль» в романских языках 9-10 веков и как они передавались в письменном виде. Возможно, ответ может дать анализ текстов на старофранцузском, но я не в курсе, где и как можно найти соответствующие работы.
     
    А вообще точная фонетическая передача иноязычных слов может порой выглядеть парадоксально с точки зрения языка, из которого это слово взято. Почему, например, немецкие аристократические фамилии «фон Бюлов» (von Bülow) и «фон Сюдов» (von Sydow) мы пишем через «ю», хотя там вполне очевидно их славянское происхождение от «белый» и «седой», соответственно? Ответ простой. Если эти фамилии, образованные от названий родовых поместий в Мекленбурге и Бранденбурге, записать как «Below» и «Sedow», то по правилам немецкого произношения они будут звучать как «Бэлов» и «Сэдов», без славянского смягчения первого согласного, да еще с ударением на первом слоге. Однако в немецком есть гласный, отсутствующий в русском, что передается буквой «ü» (у умляут), реже «у» (ипсилон), а звучит как нечто среднее между гласным в словах «крюк» и «крик». В свою очередь, русское «е» в словах «белый» и «седой» происходит от древнеславянского гласного, что звучал как среднее между «е» и «и» и записывался буквой «ять». Из всех гласных немецкого языка самым близким к славянскому «ятю» оказывается как раз «у умляут», а потому именно он позволяет наиболее точно передать звучание славянских топонимов, имитируя также мягкость начальных согласных. Традиционно в русской транслитерации немецкая «ü» передается (не совсем точно) нашей «ю». Круг замкнулся, и славянские по происхождению фамилии приобрели в двойной транскрипции изначально не свойственный им иноязычный шарм.

    • сергей говорит:

      Возможно и другое объяснение звучанию славянских по происхождению фамилий «Белов» и «Седов» как «Бюлов» и «Сюдов». Правда, оно относится к примерам на гласную «о», а не «е». Но ведь и «Рюрика» мы имеем в западных огласовках «Рорик» и «Рерик»; так что, возможно, моё объяснение окажется нелишним. В «Воспоминаниях на 1832 год, издаваемых С. Руссовым» (СПб., 1832, кн. 5, с. 73-75; кн.6, с. 49-64), приводится «Словарь балтийско-славянский древний». А из этого словаря видно, что огласовка на «у» и «ю» достаточно типична для западных славян: буг, бюзач – бог, божество; буль, бют, бюються – боль, боязнь, бояться; гюрка – горка, холм и т.д.

  • Семен Романовский говорит:

    Отличная статья. Из других ваших статей можно сделать вывод о возможном присутствии западно-балтийских племен в Германии в дославянский период. После прочтения всего материала мне видится такая картина: 1.) северная Германия и Скандинавия заселяются кроманьонцами в палеолите по мере таяния ледника; 2.) представители культуры гребенчато-ямочной керамики (4200 до н.э. до 2000 до н.э.) заселяют южный берег Балтики и частично Скандинавию; 3.) местные варианты культуры полей погребальных урн (2800-1900 до н. э.) уже выделившиеся протогерманцы осваивают северо-западную Германию, с востока с ними соседствуют балтийские племена, а разделяют их небольшие островки палеоевропейцев (потомков культуры я.г. керамики и неолитических первопоселенцев), на южных границах этих западных балтов находится тшинецкая культура еще не разделившихся восточных балтов и славян. 4.) Германцы окончательно ассимилируют доиндоевропейское население и переходят к германизации з.балтов, экспансия готской вельбарской культуры способствует этому, возможно сосуществование в составе конфедерации племен под началом готов. Названия «восточно-германских племен» находящий в последствии параллели у славян населявших те же регионы считаем как этнически балтские подвергшиеся германизации. 5.) К 4 веку начинается славянская колонизация Балтики, славянская колонизация в первые этапы осуществлялась только мужским населением (как в последствии будет происходить колонизация финно-угорских земель восточными славянами), вступив в контакт с малочисленными з.балтскими племенами они быстро их ассимилировали позаимствовав некоторые названия в топономике и имена в антропономику. Этим также можно объяснить те случаи, когда европейские авторы зовут славян именами в.германских племен начала эры, но заимствования названий племен не было, т.к. эти новые балто-славянские племена сохранившие старые балтские название со временем полностью стали этнически славянскими. Конечно, это все только предположения.

    • Андрей Пауль говорит:

      Спасибо за отзыв! Не являясь специалистом по ранним эпохам, прокомментирую лишь то, что касается известного не только по археологии, но и по источникам периодов.
       
      >> К 4 веку начинается славянская колонизация Балтики, славянская колонизация в первые этапы осуществлялась только мужским населением (как в последствии будет происходить колонизация финно-угорских земель восточными славянами), вступив в контакт с малочисленными з.балтскими племенами они быстро их ассимилировали позаимствовав некоторые названия в топономике и имена в антропономику.
       
      Честно говоря, не вижу какой-либо возможности для подобного – ни в источниках, ни в археологии. Может, конечно, Вы и правы, но в этом случае, Вы опережаете науку. Для 4 века каких-либо крупных изменений не фиксируется, разве что археологических находок в последующий период 4-6 вв. известно меньше, источники тоже молчат. Вообще, лично я против однозначного отождествления археологических культур с «этносами», «народами» и пр. Особенно в дописьменные периоды. Огромное число более поздних примеров из этнографии и истории говорит о том, что общую культуру могли иметь разные народы, а близкородственные народы, в свою очередь, – совсем разные культуры. Думаю, в подобных случаях, когда из источников неизвестно почти ничего, кроме одного-двух не совсем ясных упоминаний, не стоит торопиться с выводами. Исходя из какой-либо исключительно умозрительной схемы истории региона можно пойти совсем неверным путём и попросту заменить один исторический миф другим. Более перспективным, как мне кажется, будет сбор аргументов и подтверждений для разных гипотез и их сопоставление, при этом, пока не принимая ни одну из них, а лишь учитывая, как возможные варианты.

      • сергей говорит:

        Мне нравится ваша осторожность в выводах. Она оправдана ещё и тем, что в современных научных представлениях об этногенезе практически не учитывается роль дуальной организации. А между тем она очень велика. И, скорее всего, именно к ней восходит странная связь между англами и варинами. Но тут тоже – опережение науки.

Подписывайтесь на Переформат:
 
Переформатные книжные новинки
   
Конкурс на звание столицы ДНК-генеалогии
Спасибо, Переформат!
  
Наши друзья