Один из читателей моей предыдущей статьи «Об имени Хельги» напомнил о том, что в науке предлагалось соотносить имя князя Олега с иранским Халег, и назвал, в частности, имя Е.С. Галкиной. Собственно, изначально эта мысль была высказана еще А.Г. Кузьминым. Так, в своей ставшей классической статье «Об этнической природе варягов», Кузьмин писал: «Примечательно, что древнерусскому имени Олег имеется иранская параллель – Халег со значением «творец», «создатель». Возможно, что происхождение этого имени связано с ирано-тюркскими контактами: в тюркских языках улуг означает «старший», «высший». Один из венгерских вождей эпохи переселения на Дунай носил имя Хулек… На болгарской почве тюркское улуг дало олг. Данные о переходе тюркского улуг в болгарское олг взяты из статьи Заимова, в которой автор привел надпись от 904 г. на греческом языке «…епи Феодору олгу тракану», которая была переведена как «…при Феодоре олге тархане» с пояснением, что олг значит «великий»» (Кузьмин А.Г. Об этнической природе варягов // Гедеонов С.А. Варяги и Русь. М., 2005. С. 617).
 

Волх Всеславич (худ. Борис Ольшанский)
 
В области антропонимических исследований относительно древнерусских летописных имен у А.Г. Кузьмина есть немало гениальных открытий и выводов, основанных на этих открытиях. Но в его время не было принято видеть в имени русов самостоятельное древнее имя народа в Восточной Европе, носители которого были современниками ариев. Поэтому при рассмотрении древнерусской истории использовался лингвистический подход. В его рамках имя русов, обычно рассматривалось как синоним имени славян, и при этом начало русской истории не могло иметь место раньше первых упоминаний славян в византийских источниках, т.е. не ранее конца VI – начала VII вв.
 

Продолжается сбор средств на проекты по ДНК-генеалогии. Ваше пожертвование – это дальнейшее изучение настоящей истории наших предков, выпуск тематических книг, организация научных мероприятий, исследование палео-днк и ещё многое другое. Первоочередные проекты: издание учебника профессора А.А. Клёсова «ДНК-генеалогия. Практический курс», запуск сайта Академии ДНК-генеалогии, продвижение московской лаборатории ДНК-генеалогии. Сделать пожертвование от 100 до 5000 руб. можно буквально в один клик внизу по этой ссылке. Спасибо за поддержку!

 

Но в работах некоторых ученых (Кузьмин, Седов) древние русы стали рассматриваться как часть «иранских» племен, поскольку для этих ученых было совершенно очевидно, что история древних русов имеет более глубокие корни в Восточной Европе, чем это предлагается сторонниками отождествления русов со славянами указанного периода, переселившимися в Восточную Европу из Подунавья или Повисленья. Сейчас мне представляется возможным скорректировать некоторые, выдвинутые ранее толкования имени Олег в связи с рассуждениями об его иранских и прочих параллелях.
 

Связь антропонимов Олег/Ольга с гидронимикой Восточной Европы

Существует тесная связь имен Олега (Вольгá < Вольг < Ольг) и Ольги (Вóльга < Ольга < Ельга) с гидронимикой Восточной Европы. И первое, что бросается в глаза, это то, что личные имена Вольгá и Вóльга соответствуют названию величайшей реки Восточной Европы Волге с массой ответвлений от этого названия. Есть небольшая речка Волга, несущая свои воды в Вятку как приток Медянки, есть река Волгарица с правым притоком Малая Волгарица, в один из левых притоков Вятки впадает Волошка. В документах XVI в. Каргапольского уезда упоминаются в бассейне озера Лача реки Волга и Воложка (совр. Волошка, приток Онеги), а также – Усть-Воложская волость. Есть своя Волга и в южном Беломорье, есть река Вольга во Владимирской губернии; есть река Вельга – приток Нудоли в Московской области; есть река Вилга в Прионежье и еще одна Вилга в Пряжинском и Кондопожском районах Карелии, впадающая в Нелгомозеро. Две названные Вилги пытаются, понятное дело, объяснять из финских языков. Хотя течет река Вилга и в Польше, есть даже польский шляхетский род Вилга. Однако там где прошел рудбекианизм, там поле науки «усеяно костями» – обломками повергнутых научных знаний.
 
Из этого же гнезда выходит название Вологда – река и город на одноименной реке с вариантом Вологода (см.: Соболевский А.И. Названия рек и озер русского Севера. М., 1927. С. 1). В Вологодской области есть деревня Волшницы (а в Тверской губернии – Волшница). Волшница, согласно толковым словарям, это – место, где совершались предсказания жрецом-прорицателем. Судя по тому, что волшница – женского рода, то предсказания там совершались, скорее всего, жрицами-прорицательницами, т.е. теми сакральными властительницами, прекрасными и премудрыми, о которых я уже писала на Переформате
 
Кроме того, есть множество рек с названием Ольшанка с одноименными населенными пунктами в России, Белоруссии и на Украине. Но к гидронимам Ольшанка есть варианты Елшанка и Ильшанка (Московская область). Есть в России реки с названием Елга: Елга – приток Цильни, реки Верхневолжского бассейна; Елга – приток Вятки; Елга – приток Стерли (от Поволжья до Оренбургской области); Елга – приток Тора (Поволжье). Заканчивая рассмотрение одноименных гидронимов, следует еще назвать реку Олег, которая упоминается Ипатьевской летописью под 1251 годом, в походе Даниила Романовича на ятвягов, а также, разумеется, – и реку Волхов.
 
Таким образом, в Восточной Европе, на земле древних русов есть гидронимы, которые соответствуют всем формам личных имен Олега и Ольги: гидроним Волга соответствует мужскому имени Вольгá/Вольг и женскому имени Волга/Вóльга. Гидроним Олег соответствует мужскому имени Олег, а гидронимы Ельга соответствуют женскому имени Ельга – одной из форм имени Ольга. Совпадение названий рек и имен богатырей и других былинных героев типично для русского эпоса. Так, известен богатырь Дунай в русских былинах. Представляется, что ситуация с происхождением имен Олега и Ольги яснее ясного: оба имени рождены на Русской равнине в лоне древнерусской традиции и отражают практику архаичного мифопоэтического сознания давать наиболее важным гидронимам имена родовых божеств или обожествленных предков и героев. Эта же черта была присуща и культурной традиции ариев, воплотившейся, например, в Ведах, где Сарасвати – название священной реки и женский теоним.
 
Поэтому пора избавляться от рудбекианистского абсурда, под влиянием которого название русской реки Волги делят между финскими и балтскими языками, а происхождение личных имен Ольги и Олега выводят от «германских» корней. Если бы еще эти декларации подкреплялись доказательствами, а то ведь их нет и близко, как было показано в ряде работ.
 
Здесь стоит добавить, что немецкие лингвисты – сторонники концепции древнеевропейской гидронимии, безусловно, относят такие гидронимы как Волхов и Волга к индоевропейской гидронимии, выделяя в них древнеевропейский корень *el-/*ol- (Васильева Н.В. О термине и понятии «древнеевропейские гидронимы» // Ономастика Поволжья. М., 2001. С. 107). Об этом писал немецкий лингвист, славист и известный специалист по славяно-германской топонимике К. Хенгст, выявляя древнеевропейскую гидронимию у восточных славян и представляя, в частности, результаты исследований В. Шмида и Ю. Удольфа (Schmid W. Linguisticae scientiae collectanea. Ausgewaehlte Schriften. Hrsg. V.S. Berlin-New York, 1994; Udolph J. Die Stellung der Gewaessernamen Polens innerhalb der alteuropaeischen Hydronymie. Heidelberg, 1990). Продолжая развивать интерпретацию гидронима Волга на основе древнеевропейского корня, данную еще Ю.Удольфом, Хенгст напомнил и мысль, высказанную Гамкрелидзе и Ивановым в их работе 1984 г. «Индоевропейский язык и индоевропейцы», о том, что недостаточная изученность в историческом аспекте древнейшей гидронимии Поволжья не позволяет выявить возможные следы происхождения индоевропейцев через эти области (Хенгст К. Древнеевропейские гидронимы у восточных славян // Ономастика Поволжья. М., 2001. С. 103).
 
По концепции древнеевропейской гидронимии стоит пояснить, что, по мнению ее сторонников, к древнеевропейским гидронимам следует относить название такого водного объекта, которое восходит к индоевропейскому корню и которое нельзя объяснить только из того языка, на котором говорят в историческое время на данной территории; значение такого названия должно относиться к семантическому полю воды, кроме того, данный гидроним должен иметь хотя бы одно соответствие на территории Европы в виде другого древнего названия со сходной структурой (Васильева Н.В. О термине и понятии «древнеевропейские гидронимы» // Ономастика Поволжья. М., 2001. С. 106-112). Приведенный комментарий можно дополнить словами немецкого исследователя А. Пауля, писавшего о том, что концепция, получившая название «древнеевропейской гидронимии», возводит топонимику к наследию первых индоевропейских переселенцев в Европе, давших названия рекам ещё до расхождения индоевропейских языков на разные группы.
 
Надо сказать, что в немалой степени благодаря трудам названных немецких ученых удалось обнаружить и сходные с Волгой древние названия рек, выходящие за пределы территорий, населенных носителями как финно-угорских, так и балтских языков. Это – река Влга в бассейне Лабы (Чехия) и река Вилга в бассейне Вислы (Польша). Однако как показывает ситуационный анализ, пока эти данные на вопрос о происхождении русской Волги, а вместе с этим и на вопрос происхождения русских имен Олег и Ольга кардинального влияния не оказали, но тем не менее, введение их в научный оборот важно.
 
C позиций сегодняшнего дня совершенно очевидно, чем вызвана недостаточная изученность древнейшей индоевропейской гидронимии Поволжья. Кто были те индоевропейские первопоселенцы в Европе? Сейчас мы знаем, что это были представители гаплогруппы R1a или арии и древние русы. Но для ученых советского периода понятие древние русы было связано с историографическими сложностями, названными в самом начале статьи, и под гнетом этих сложностей волею науки так было определено, что по Восточной Европе с древнейших времен бродили все, кто угодно: от иранцев до финно-угров и балтов – все, кроме древних русов.
 
Ну, а для немецких ученых по своим политическим причинам до сих пор нежелателен термин арии. Отсюда у немецких исследователей и такие обтекаемые термины как древнеевропейские дославянские корни и пр. В начале работы над моей концепцией о древних русах как насельниках в Восточной Европе я также использовала сходные термины за неимением лучшего: индоевропейский субстрат, связанный с русской историей и т.д. (Грот Л.П. О Рослагене на дне морском и о варягах не из Скандинавии // Слово о Ломоносове / Изгнание норманнов из русской истории. Вып. 3. М., 2012. С. 465-490), но теперь ДНК-генеалогия помогла многое прояснить, поэтому в последних работах я стала писать арии и древние русы.
 
Варианты имен Олега и Ольги в русских источниках

Проблемы, связанные с изучением индоевропейских корней восточноевропейской гидронимики, это и проблемы, связанные с изучением личных имен Олега/Вольги/Вольга и Ольги/Волги/Вольги, ибо как было показано выше, эти антропонимы неразрывно связаны с восточноевропейской гидронимикой.
 
Соответственно, древнеевропейский корень *el-/*ol-, выделенный сторонниками концепции древнеевропейской гидронимии в восточноевропейских гидронимах (Волга, Волхов) и относимый ими к так называемому дославянскому периоду, т.е. к периоду до расселения восточноевропейского славянства, хорошо укладывается в рамки моей концепции о древних русах, как одном из древнейших носителей индоевропейских языков в Восточной Европе. Тем более, что по свидетельству Н.В. Васильевой, ни в кельтском, ни в древнегерманском нет корня *el-/*ol-. Но зато этот корень очень хорошо представлен в русской топонимике и в антропонимике, созданных древними русами до миграций в Восточную Европу представителей гаплогруппы N1c1.
 
Этот древнеевропейский корень *el-/*ol- образует и имена Олега и Ольги. О тождестве Ольги и Ельги как вариантов одного и того же древнерусского имени, не имеющего ничего общего со скандинавскими именословами, было уже сказано. В источниках сохранились во множестве варианты использования имени Ольга с различным чередованием основы. Пример из ПВЛ: «…и повеле Ольга воемъ своимъ имати… И възложиша на ня дань тяжьку… а третьяя Вышегороду к Ользѣ; бѣ бо Вышегород град Вóльзинъ. И иде Вóльга по Дерьвьстѣй земли …и по Днѣпру перевѣсища и по Деснѣ, и есть село ее Ольжичи и доселе» (ПВЛ. Подготовка текста, перевод, статьи и комментарии Д.С.Лихачева / Под редакцией В.П.Адриановой-Перец. 3-е изд. СПб., 2007. С. 29).
 
М. Халанский сообщает о том, что в городе Льгове Курской губернии существует предание об основании города Льгова княгиней Ольгой. Город впервые упомянут в Ипатьевской летописи под 1152 году под названием Ольгов. В паре Ольгов – Льгов сохраняется только корневое л-. В его работе приводятся различные варианты названия пýстыни в Курской губернии, которые в подлинных актах архива курской консистории зафиксированы и как Волпиновская пустынь, и как Льпиновская пустынь, а также как Илпиновская пустынь. Такие корневые чередования как вол-/ль/ил- естественны для русского языка, что иллюстрируется Халанским на примере слова вольгота/льгота/ильгота. Последний вариант чередования напоминает также о варианте Волга/Вилга.
 
Посмотрим теперь на имя Олег. Исследователь XIX в. М. Халанский собрал множество вариантов, которые разные древнерусские памятники сохранили для имени Олег. В летописании это: Олъгъ, Олегъ, Олгъ в Лаврентьевской и Ипатьевской летописях, но в падежных формах Олгомь и Олгови; кроме того, есть такая форма имени как Ольгá (Хронограф XVII века, сп. Московской Синодальной библиотеки № 135). Встречается в летописях и написание имени Олега с начальной в-. От именительного падежа имени Волгъ есть падежная форма по Волзѣ (ПСРЛ, IX, 18, прим. г) аналогично вариантам женского имени Вóльга и Ольга. Но есть варианты и с опущением начального о: Легъ, Лга (ПСРЛ, IX, 25, прим. н и 15, прим. 5); сравн. Лжичи при Олжичи, Ольжичи (Ип. л. 315) (Халанский М. К истории поэтических сказаний об Олеге Вещем // Журнал Министерства народного просвещения. СПб., 1902. С. 322). В онежских былинах для Вольги имеется вариант Волья: молодой Волья-то Всеславьевич/Щеславьевич, молода Волью Всеславьевича (Гильфердинг А.Ф. Онежские былины, записанные А.Ф. Гильфердингом летом 1871 года. СПб., 1873. № 32). Очевидно, что в приведенных вариантах былинного имени Вольгá и Волья корнем является вол-.
 
Рассуждая о закономерности перехода о в е, Халанский распространяет примеры такого перехода не только для женской формы имени Ольга/Ельга, но и на его мужской вариант Олег из формы Волья. Халанский приводит такие примеры, как Евпатiй – Олпатiй, Елиферiй – Олухвїръ, Есипъ – Осипъ. Поэтому по его убеждению, для такого варианта женского имени Ольга как Ельга логично предположить мужской вариант для Олега как Ельг. Халанский упоминает Эриха Ляссоту, в 1594-м году посетившего Киев и оставившего сведения о некоторых лицах древнерусского эпоса, в частности, о матери Владимира Юлзѣ и о богатыре его Ельѣ Моровлине. Халанский обращает внимание, что народную южнорусскую форму имени Елья Ляссота передал как Elia. В фонетическом отношении, по его мнению, Елья (Elia) должно считаться вариантом Волья, и как при Волья имелся вариант Вольгá, так и при Елья следует предположить форму Ельгá.
 
Согласно Халанскому, имя богатыря Elia из записок Ляссоты есть старый народный южнорусский вариант имени Олег, восходящий к основной форме *Елъгъ или *Елъгá. Подтверждение своей мысли Халанский видит в древненемецкой поэме «Ортнит», где действует герой Eligas или Eligus, и данное имя есть вариант от Олъгъ и Ольгá в форме Елъгъ и Ельгá. Имя русского короля или künig von Reussen изображалось в разных формах. Помимо Eligas/Ilias в редакции поэмы, входящей в печатное издание Heldenbuoch 1477 г. и воспроизведенное A.Келлером в 1867 г. Но в прозаическом введении к Heldenbuoch тот же самый герой назван Elegast. Халанский напомнил, что предположение о существовании в древнерусском языке формы Елгъ как варианта Олъгъ высказывалось также Д.И. Иловайским (Халанский М. Указ.соч. С. 317-338).
 
Рассуждения Халанского об имени Eligas в древненемецких эпических произведениях как передачи русского Елъгъ/Олъгъ представляются логичными. Для архаичных антропонимов было обычным образование парных имен, т.е. таких имен, которые могут принадлежать как женщинам, так и мужчинам: Кир – Кира, Марин – Марина. Но традиция сохраняла парные имена неравномерно. Например, как отмечали Суслова и Суперанская, в официальных русских перечнях имен Августин числился, а Августина нет, не числились такие мужские имена как Дарий, Елен, Олимпиад, или не числились такие женские имена как Леонида, Модеста, Октавия и т.д.
 
Выявление парности мужских Вольгá/Елъгъ/Олъгъ и женских Вóльга/Ельга/Ольга имен, функционировавших в древнерусской традиции, важное свидетельство архаичной природы этих именных пар и их укорененности в русской антропонимической культуре. Эти имена получали распространение в общеевропейской устной традиции и становились этническими маркерами русских правителей. Eligas/Ilias как отражение русского Елъгъ/Олъгъ лишний раз свидетельствует о том, что христианизация языческого именослова происходила при помощи «наложения» новых библейских имен на созвучную языческую основу. Сейчас имя Eligas künig von Reussen переводится в современных изданиях как Илья, хотя использованные Халанским ранние издания показывают, что путь к этому христианскому имени шел от древнерусских языческих Eligas и Elegast таким же образом, как от языческого Данслава/Данши – к библейскому Даниилу.
 
Особой разновидностью былинного имени Вольги/Вольи является имя такого мифологизированного древнерусского героя как Волх Всеславьевич. По определению В.В. Иванова и В.Н. Топорова, сюжет о Волхе Всеславьевиче (реже – Вольгá Буславлевич или Святославьевич) принадлежит к наиболее архаичному слою в русском былинном эпосе (Иванов В.В., Топоров В.Н. Волх // Славянская мифология. М., 1995. С.108-109).
 
Надо сказать, что норманистами (в частности, Мельникова Е.А.) предпринимаются попытки представить эпические древнерусские имена былинных героев Вольги и Волха как былинную трансформацию скандинавского имени Helgi в восточнославянской языковой среде. Тогда сам древнерусский эпос, промышлениями норманизма, предстает плодом нечестивого (т.е. вымышленного) союза мировоззрения скандинавских викингов (напоминаю еще раз, что слово викинг означает пират и не более того) – якобы носителей дружинного эпоса с некими аморфными местными верованиями и понятиями восточнославянского языческого мировоззрения. Что можно сказать по этому поводу? Абсурдность исходного момента о скандинавском Хельги для имени Олега вынуждает норманизм плодить абсурд в бесчисленном многообразии форм.
 
Здесь же следует отметить, что в русском фольклоре запечатлелся и образ княгини Ольги. Так, личность княгини Ольги отразилась в таком специфическом жанре как народные исторические песни или, как их называет С.Н. Азбелев, исторические баллады. Историческим песням, пишет С.Н. Азбелев, принадлежит особое место в системе жанров русского фольклора. Основная масса этих песен относится к эпическому роду поэзии, но есть и принадлежащие к песенной лирике: в таких произведениях – не повествование об исторических событиях, а передача эмоционального отношения к ним; часть исторических песен могут быть определены как лиро-эпические… Самые древние русские исторические песни не сохранились. Что песни такого рода существовали во множестве задолго до образования древнерусского государства, можно догадываться по скупым упоминаниям византийских историков… При всей своей конкретности, прямой, как правило, соотносимости с историческим событием историческая баллада не фактографична. Она в той или иной степени – всегда художественное обобщение народных впечатлений от исторического события (Российская история в зеркале русской поэзии: Россия Романовых в исторических песнях / Под общ. ред. В.Е. Захарова: сост., предисл. и коммент. С.Н. Азбелева. М., 2013. С. 3-7).
 
Исторические песни, изображающие личность княгини Ольги, были записаны П.В. Киреéвским и приведены в работе Халанского. Княгиня Ольга запечатлена в данной исторической песне как великая правительница и как яркая масштабная личность: с нею можно думу подумати и слово промолвити, она красавица, какой не видывали, она русскую умела больно грамоту и четью-пѣтью горазда церковному, она «грозная», была поляницей, т.е. богатыршей, когда она умерла, плакали по ней богатыри, называли ее «матушкой» (Халанский М. К истории поэтических сказаний об Олеге Вещем // Журнал министерства народного просвещения. СПб., 1903. С. 24).
 
Древнерусская сакральная традиция в именах Олега и Ольги

C какими понятиями роднятся имена Олег/Вольгá/Вольг и Ольга/Вóлга/Вóльга, если рассматривать их не в традициях шведской гипербореады, породившей норманизм? Продолжим для этой цели разговор об имени великой русской реки Волги.
 
Волга занимает совершенно особое место в древнерусской традиции, именуясь как Волга – матушка и как Волга – русская река. По-моему, теперь совершенно очевидно, что название Волга было рождено древнерусской традицией, т.е. традицией, идущей от древних русов, в силу чего имя Волга лучше и проще всего объясняется из русского языка. От древнерусского корня вол-/вл- рождаются как слова, связанные с водной стихией (влага, волглый), так и слова, связанные с материнским началом (влагалище, т.е. место истока, исхода жизни). В словаре Даля с Волгой связано выражение: «Волга всем рекам мати». Поэтому Волга для древних русов была такой же священной рекой, как для ариев была река Сарасвати: «обладательница вод», т.е. главная священная река и богиня, персонифицирующая эту реку.
 
Родство Волги и Волхова говорит о родстве имен Вольгá/Вольг/Олег и Волга/Вóльга/Ольга со словами от этого же корня, связанными с сакрально-мистическим содержанием: волхование, т.е. чародейство с помощью воды, волхвы и волховницы как древние жрецы и жрицы, Волхв – Вольга и Волховская коровница, Волхова. Былинные герои князья-чародеи и богатыри Волхв Всеславьевич и Вольга Святославьевич – перерожденцы великого древнерусского божества Волоса. Однокоренным с именами Вольгá/Вольг/Олег и Волга/Вóльга/Ольга выступает Волос/Велис – величайшее божество древних русов, всемогущий владыка трех сфер: небесного мира божественного солнца, мира живой и плодоносящей природы (урожая и скота – богатства человека) и подземно-подводного, т.е. потустороннего мира, где божество выступало в образе грозного змея-крокодила (подробнее здесь).
 
Само слово власть родилось от этого же корня. Поэтому древнерусские волости явно перекливаются с волошками – местами, где священные ритуалы/предсказания совершались древнерусскими жрецами и жрицами. Но тогда летописное «володеть и править» в тексте приглашения варяжских братьев следует понимать как «осуществлять сакральные и административные функции». Слово велий, т.е. великий тоже образовалось от этого корня. Гиганты древнерусских преданий великаны или волоты происходят от этого же корня.
 
Корень этот поистине неисчерпаем, вот почему имена, от него образованные, обладали такой магической энергетикой и всегда были в числе любимых русских имен. Имя Олега, по наблюдениям Иловайского, встречалось до XIV в., а женское имя Ольга вошло и в христианские именословы. Но эти имена сделались популярны не только у русских.
 
Распространенность имен с древнерусским корнем *el-/*ol- в Европе

Имена с корнем *el-/*ol- и соответственно, родственные именам Олега и Ольги, получили популярность в Европе. В словаре древнеиллирийских имен Ханс Краэ зафиксировал имя Olcias, вар. Olciae (Olci), Holcias (Oλκιαυ, Oλκια, Oλκιας) у двух лиц. Одним из них был полководец Македонии Olcias (Oλκιαυ), упомянутый писателем македонского происхождения Полиеном (II век). Аналогичное имя с вариантами Olciae/Olci (Oλκιας, Oλκιαυ, Oλκια) носил свергнутый король Иллирии в подложном завещании Александра (Krahe H. Lexikon altillyrischer personnamen. Heidelberg, 1929. S. 56, 80).
 
Здесь же надо вспомнить сведения о сербском городе Ольгуне у Гедеонова, который напоминал, что у Плиния этот топоним пишется как Olchinium, а у Тита Ливия и Птолемея как Olcinium, что у Константина Багрянородного переходит в форму Еλϰύνιον, т.е. наблюдается тот же переход, как Ольга и Ельга/Eλγα (Гедеонов С.А. Варяги и Русь. М., 2005. С. 182-183). У Краэ этот топоним приводится как иллирийский Olcinium. В наши дни это город в Черногории, название которого известно как Ульцин/Ульцинь. Чередование ол-/ул- понятно и естественно для русского языка. Соответственно, и вышеназванные именные варианты легко узнаваемы и как имена из древнерусского именослова: в иллирийском и македонском Олькиас или Ольки виден древерусский Олегъ/Олгъ и Ольгé, как князь рязанский Олгъ Иванович (по типу: Садкé – купец).
 
Вариант Holcias от Olcias еще раз наглядно свидетельствует, что в иноязычных именословах имена Олега и Ольги могли получать знак придыхания h, но эти варианты были всегда вторичны относительно древнерусского оригинала.
 
Древнерусское имя Олег/Вольгá, связанное и с понятием власти, и с сакральной силой теонима Волоса/Велеса, явно обладало мощной притягательной силой для заимствования его в литературные произведения и в произведения устной традиции соседних народов. Так очевидно появились и имя македонского полководца Олькиаса, и имя иллирийского короля Олькиаса/Ольки, от той же древнерусской именной основы произошла форма имени Eligas künig von Reussen в германских эпических сказаниях.
 
Идем дальше. В гуннских именах VI в. встречается Ольдоганд – имя, явно заимствованное из древнерусского именослова, как и многие другие имена индоевропейского происхождения, принимавшиеся гуннскими предводителями. К этой же эпохе принадлежит имя легендарного короля Олимара из Русции/Rusland (Rusciam), действовавшего в «Деяниях данов» Саксона Грамматика (Saxo. Danmarkskrøniken. Aschehoug Dansk Forlag, 1999. Bd. 1. S. 179-185). События, в которых участвует Олимар, относятся к легендарной части труда Саксона Грамматика, но имя Олимара, по замечанию А.Г. Кузьмина, находит аналогию в объединенной генеалогии герулов, вандалов и венедов, согласно «Генеалогическим таблицам» Хюбнера. Время жизни короля русов/рутенов Олимара относится к эпохе взаимоотношений королей данов с гуннами (Кузьмин А.Г. Начало Руси. М., 2003. С. 330-331).
 
Среди личных имен, образованных от именного компонента ол-, следует указать династийное имя Ольдржихов (Удальрихов), князей Моравии и Брно, а также князей Моравии в Оломоуце. В современных именословах чехов встречаются имена Olek/Alek, перекликающиеся с именем короля Иллирии Olciae/Olci у Краэ, а также имена Oleg, Olha. От этого же именного компонента ол-/ел- с перехдом в ал- образованы имена великого князя литовского Ольдгерда или Альгирдаса, а также – литовского князя Ольгимунта/Эльгимонта (XIV в.).
 
Южнобалтийское побережье пестрит названиями, родственными имени Волги. Они пронизывают Южную Балтию с востока до запада и связаны с крупнейшими древними религиозными центрами балтийских славян. Несложно предположить, что названия религиозных центров должны восходить к соответствующим теонимам. В первую очередь, следует назвать крупнейший поморский торговый центр Волин, а вблизи него Щецин – мать городов поморских, где был храм бога Триглава. Далее за ним Вологощь (ныне Вольгаста или Wolgast). В Волгасте находился храм Яровита, грозного бога войны, а также весенней яри и плодородия. У немецких хронистов это название выступало в вариантах Волигост/Олигост/Hologost/Hologast. Вот вам и подтверждение: славянский Волигост или Олигост, а у немцев Хологаст, таким же образом и славянская Вольга/Ольга/Елга у немцев превращалась в Хелгу.
 
Неподалеку от Вольгаста есть и небольшое озеро на острове Узедом (Узнам) под названием Вольгастзе (Wolgastsee) или Вологощское озеро. В Передней Померании рядом со Штральзундом есть поселок Velgast. В земле Саксония-Анхальт, рядом с г. Хавельберг есть деревня Vehlgast. В земле Шлезвиг-Гольштейн известен населенный пункт Walksfelde, что есть измененное славянское название Walegotsa, что зафиксировано на памятном камне (за уточнения топонимики приношу благодарность А.Паулю).
 
Высказывались предположения, что все важнейшие божества южнобалтийских славян: Триглав, Яровит, Свентовит суть одно и то же божество под разными именами. Возможно, это так и есть, и Русь с Южной Балтией были связаны одной древней верой. Ведь и имя Волоса – это не имя бога, а только иносказательное прозвище. Но это прозвище отразилось в перечисленных южнобалтийских святилищах. Вот какой древностью и силой веет от древнерусских имен Олега и Ольги!
 
Имя Олег и его соответствия в иранских и тюркских именословах

Теперь можно вернуться к тому, с чего началась данная статья: к иранским и другим параллелям для имени Олег. Прежде всего, о древнерусском Олеге и иранском Халег со значением «творец», «создатель». Как было показано выше, имя древнерусского Вольга/Олъга было родственно Волосу – иносказательному прозвищу всемогущего божества русов, образ которого соединял небесный мир солнца, плодоносящую землю и потусторонний мир. Следовательно, это имя вполне могло стать известным в ираноязычном мире как имя с семантикой «творец», «создатель» и войти в иранские именословы с этим значением. Понятие верховного божества у ариев и древних русов менялось с течением тысячелетий. Но центром сакральной системы был культ солнца, и вокруг солнца как дара небесного пересекались функции многих богов РВ и древнерусских сказаний, что наложило свой отпечаток и на теонимику будущих времен.
 
Поэтому более логично предположить, что соотносимость значений имен Олег и Халег говорит не о ирано-тюркских контактах, как предполагал Кузьмин, а о контактах между древними русами и древними иранцами. Осталось данные контакты изучить, но для этого необходимо признать древние истоки русской истории, а не отодвигать их к тому времени, когда в византийских источниках стало упоминаться имя славян.
 
То же самое можно сказать и о улуг и Хулек. Один из венгерских вождей эпохи переселения на Дунай носил имя Хулек. Кузьмин напоминал, что в тюркских языках улуг означал «старший», «высший». На болгарской почве тюркское улуг дало олг. Важно учитывать, что и тюрки, и угры с древнейших времен испытывали сильное влияние сакрально-мифологической традиции индоевропейского солнцепоклонства, что оказывало большое влияние на развитие ономастики и ритуально-сакральной терминологии. Так, тюркский термин кун – солнце еще в древнетюркском языке явился заимствованием из тохарского (Иванов В.В. Тохары // Восточный Туркестан в древности и раннем средневековье. М., 1992). Индоевропейского происхождения был и миф о небесной лебедице-прародительнице в тюркской мифологии.
 
Влияние индоевропейской солярной религиозно-мифологической традиции сказалось и на этногенезе, и на культурогенезе народов Сибири и Центральной Азии. Согласно результатам научных исследований, древнеиранские hvar («фарн») или khors, персидское hôr/horsed в значении «солнце» отразились в многочисленных этнонимах с хори/хор: буряты – хоринцы, которые считаются субстратом в этногенезе бурят, монг-хоры (монгоры) Цинхая, хор-па Амдо и Тибета, хоро (хоролоры) в составе якутов, род хорилар и племенное объединение хори–тумат, упоминаемые в монгольской исторической хронике «Сокровенное сказание». К этой же основе хор- восходит и название древней арийской страны Хорезм – «страна/земля Солнца» (Кузнецов Б.И. Древний Иран и Тибет. История религии бон. СПб., 1998. С. 250 – 251; Павлов Е.В. Семантика хоринского этногонического мифа: к этимологии этнонима «хор» // Монголоведческие исследования. Вып. 5. Улан-Удэ, 2007). Та же солярная основа отразилась в названии кругового танца западных бурят ехор, символизировавшего солнечный круг.
 
Но думается, что простого воздействия лексемы – «солнце» было бы недостаточно для такого широкого распространения солярной лексики. Солнце было божеством, а у божества имелось имя, часто иносказательное, но это не мешало его участию в развитии духовной жизни. Поэтому здесь наверняка надо видеть влияние древнерусского солнцебога Хорса (Хѣрсъ/Гурсъ/Гуркъ). Полагаю, что именно этот теоним отразился и в вышеназванных этнонимах, топонимах, а также в ритуальных терминах типа ехор или в болгарском хоро – круговом танце, семантика которого заключалась также в том, чтобы быть символом солнца, а также в русском хороводе. Все они, наверняка, несут имя древнерусского солнечного божества Хорса, но с одной разницей.
 
Бурятский ехор – результат влияния индоевропейских солнечных культов, принесенных в Сибирь миграциями ариев. Болгарское хоро с большей вероятностью пришло с Волги на Балканы вместе с тюркскими протоболгарами, как древнее индоевропейское наследие древних тюрков, принявших арийские традиции почитания Солнца еще на своей прародине в Сибири. Хоровод – символический танец на Руси в честь солнечного божества, одним из имён которого было древнерусское Хорс (за пределами Руси у других славянских народов как божество не был известен). Но в отличие от бурятского ехора и болгарского хоро русский хоровод не занесен в древнерусскую традицию откуда-то извне, а соединен внутренней связью с именем древнерусского солнцебожества Хорса, рожденного в Восточной Европе в то далекое время, когда предки древних русов и древних ариев входили в единую общность носителей индоевропейских языков и сосуществовали в рамках культурно-сакральной общности, созданной ими на просторах от Восточной Европы до Сибири (Грот Л.П. Древнерусские божества солнечного культа: анализ топонима Кола // Вестник Липецкого государственного университета. Научный журнал. Серия Гуманитарные науки. Выпуск 2, 2008. С. 50).
 
То, что именно древнерусские сакральные традиции выступали культурным донором для представителей урало-алтайской языковой семьи, хорошо засвидетельствовано в таком памятнике начала XV в., как «Сказание о Мамаевом побоище», где описано, как Мамай, видя поражение своих войск, «…нача призывати боги своя: Перуна, Савана, Тамокоша, Раклия, Гурса и великого своего помощника Ахмета» (Сахаров И.П. Сказания русского народа. Т. 1, кн. IV. СПб, 1885. С. 80). Таким образом, и древнерусский Перун, и древнерусский Хорс/Гурс составляли важную часть сакральных верований полиэтнического населения Поволжья и южнорусских степей на протяжении столетий и сохранили свое влияние даже после распространения ислама.
 
Но тогда можно предположить, что это влияние древнерусских сакральных традиций на лексику тюркских, угрских и других народов включало также лексику, рожденную от важнейших древнерусских теонимов или имен былинных героев с основой вол-/ол-/юл- (Ольга как Juulza у Э.Ляссоты). Хочется напомнить замечание византийского дипломата и историка V в. Приска Панийского, принимавшего участие в посольстве к правителю гуннов Аттиле, о том, что «гуннский» язык отличался от собственно «варварского» языка гуннов, причем если в последнем языке можно предполагать тюркскую систему, то «гуннский» явно относился к индоевропейской группе (Кузьмин А.Г. Об этнической природе варягов. С. 612).
 
Древнерусское велий в переводе на тюркский вполне могло дать тюркское улуг, а прототипом для угрского антропонима Хулек явилось то же древнерусское Олег/Ольг. И болгарское олг проще всего объяснить прямым воздействием древнерусского Олга, семантика которого заключала и значение великого, и значение власти. Если только данная надпись не содержала двух личных имен Феодора Олга.
 
Не надо забывать, что из Восточной Европы на Балканы переселялись не только тюркские протоболгары и венгры, но и носители индоевропейских языков. Этнонимы серб (*sъrb, *sъrbi) и хорват обнаруживаются в Восточной Европе еще в античное время (Трубачев О.Н. К истокам Руси (наблюдения лингвиста). М., 1993. С. 23-25). Этноним хорваты говорит сам за себя – Хорсопоклонники. У сербов же известно личное имя Хрьсь. То, что антропонимы часто образуются от теонимов, факт общеизвестный. Поэтому нет ничего удивительного в том, что носители этнонимов серб и хорват в лоне своих миграций на Балканы уносили из Восточной Европы как теонимы, так и наиболее важные личные имена.
 
Перечисляя всех возможных носителей имени Олгъ/Олъгъ, нельзя не упомянуть и царя Русии, имя которого обозначено как Hlgw в так называемом Кембриджском документе – рукописи на древнееврейском языке, которая содержит фрагмент письма некоего еврея к неназванному лицу и в которой содержится рассказ о русском правителе или «царе Русии» по имени Хлгу (Hlgw) (Коковцев П.К. Еврейско-хазарская переписка в X в. Л., 1932).
 
Опубликовавший этот документ семитолог П.К. Коковцев пояснял, что имя H-l-g-w может читаться как Halgu/Halgo или Helgu/Helgo. В этом имени стали усматривать максимально близкий вариант для имени Олег от якобы скандинавского оригинала Хельги. Как показывают мои исследования, в данной переписке скандинавская форма Хельги не могла участвовать, поскольку для «царя Русии» не могло быть использовано уменьшительное имя, каковым является скандинавская гипокористика Хельги. А вот древнерусская форма Елъгъ как вариант имени Олъгъ, возможно, в его иранской огласовке Халег представляются вполне естественными. И не вижу никаких проблем в том, чтобы представить, что летописный князь Олег Вещий был не единственным носителем древнейшего имени русов Олъгъ/Елгъ/Волгъ с учетом того, что данное имя, отраженное в гидронимике, существовало на Русской равнине с глубокой древности.
 
* * *

Вот что вкратце хотелось сказать о династийных княжеских именах Вóльга/Олег и Вóльга/Ольга, которые вобрали емкую сакральную символику. Вся эта величественная символика «до самой магмы» – древнерусского происхождения. И какими убогими потугами предстают на фоне этой древней традиции хлопоты норманистов втиснуть и эти имена древнерусских правителей в мизерный масштаб, заданный рудбекианизмом.
 
Лидия Грот,
кандидат исторических наук
 
Перейти к авторской колонке
 

Продолжается сбор средств на проекты по ДНК-генеалогии. Ваше пожертвование – это дальнейшее изучение настоящей истории наших предков, выпуск тематических книг, организация научных мероприятий, исследование палео-днк и ещё многое другое. Первоочередные проекты: издание учебника профессора А.А. Клёсова «ДНК-генеалогия. Практический курс», запуск сайта Академии ДНК-генеалогии, продвижение московской лаборатории ДНК-генеалогии. Сделать пожертвование от 100 до 5000 руб. можно буквально в один клик внизу по этой ссылке. Спасибо за поддержку!

 

Понравилась статья? Поделитесь ссылкой с друзьями!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Читайте другие статьи на Переформате:

47 комментариев: Об именах Олег и Ольга (продолжение)

  • А.М. Харитонов говорит:

    Уважаемая Лидия Павловна! В Вашей работе нет ссылки на древнетюркское *elig «хан, правитель» из первичного «полусотник», что может несколько изменить формат рассматриваемых значений. Что-то уж больно некоторые европейские «святые» (сант-, сент-) напоминают …сотник.

    • Liddy Groth говорит:

      >> …нет ссылки на древнетюркское *elig…
       
      Действительно, нет. А зачем бы мне она понадобилась? Не улавливаю Вашу мысль. Раскройте ее, пожалуйста.
       
      >> Что-то уж больно некоторые европейские «святые» (сант-, сент-) напоминают… сотник.
       
      А мне так совсем не напоминают. Отчего бы это? Но Ваше «некоторые» интригует. Значит, по-вашему, некоторые сант-, сент- от сотников, а остальные от кого? От… полусотников?

  • rsm говорит:

    Уважаемая Лидия Павловна! Большое Спасибо!

  • V. M. говорит:

    Отличный разбор. Спасибо Вам, уважаемая Лидия Павловна, и желаю успехов в дальнейших исследованиях.

  • CeMaPzJI говорит:

    >> Существует тесная связь имен Олега (Вольгá < Вольг < Ольг) и Ольги (Вóльга < Ольга < Ельга) с гидронимикой Восточной Европы.
     
    Могут ли эти имена и схожие с ними названия (гидронимы) быть как-то связаны с Вальгаллой (Вальхаллой, Валгаллой)?

    • Liddy Groth говорит:

      >> Могут ли эти имена и схожие с ними названия (гидронимы) быть как-то связаны с Вальгаллой?
       
      Понятия не имею. А что, Вальгалла позиционируется уже как гидроним? И какое отношение Вальгалла имеет к статье о древнерусских именах Олег и Ольга? Вы что же, русскими категориями мыслить не умеете, одни германизмы в голове? Ну, давайте, унесемся на крыльях фантазии… помечтаем. Поскольку деятель (деятели), скрытые за именем божества Одина, переселялись с юга Европы, с территории где-то между Малой Азией и южно-европейскими степями, то возможно, в бытность свою там кое-какую лексику и восприняли от древних русов, например, лексему вол-/ол-. Но лично я этому не очень верю. Поэтому если будете рассказывать знакомым, то на меня не ссылайтесь.

      • CeMaPzJI говорит:

        >> А что, Вальгалла позиционируется уже как гидроним?
         
        Нет, Вальгалла больше позиционируется, как мифическо-легендарный топоним. О котором у норманов в веках остались приятные воспоминания, и куда они стремились вернуться после смерти.
         
        >> И какое отношение Вальгалла имеет к статье о древнерусских именах Олег и Ольга?
         
        Ну как же? В статье связываются имена Ольга, Вольга с гидронимом Волга. А гидроним может быть частью топонима.
         
        >> Вы что же, русскими категориями мыслить не умеете, одни германизмы в голове?
         
        Мыслить умею. И даже вижу по концовке вашего ответа, что Вы уловили мою мысль. Одно не понял. Почему всё это Вы иронически называете крыльями фантазии и «помечтаем»? Как известно, «крылья фантазии» Гомера привели Г. Шлимана к определённым реалиям.
         
        >> Поэтому если будете рассказывать знакомым, то на меня не ссылайтесь.
         
        Хорошо, буду молчать, как Каменная могила ))

        • Liddy Groth говорит:

          >> …В статье связываются имена Ольга, Вольга с гидронимом Волга. А гидроним может быть частью топонима.
           
          Логика в Вашем рассуждении, бесспорно, есть: священные имена могли использоваться в литературной традиции для создания литературной топонимики/антропонимики.
           
          >> …вижу по концовке вашего ответа, что Вы уловили мою мысль.
           
          Уловила, уловила. Признаю.
           
          >> Почему всё это Вы иронически называете крыльями фантазии…
           
          Стих такой нашел.
           
          >> …«крылья фантазии» Гомера привели Г. Шлимана к определённым реалиям.
           
          Крылья у Гомера были, но давно признана и историчность Гомера, что Шлиман, собственно, и доказал.
           
          >> …буду молчать, как Каменная могила ))
           
          И склонность выражаться вычурно тому порукой.

  • Виктория В.С. говорит:

    Уважаемая Лидия Павловна! После Вашей первой статьи я ознакомилась с сайтами про русские реки. Все Вами упомянутые названия (и намного больше аналогичных) там нашлись. Но я больше интересовалась, что можно найти по теме исключения буквы «г» из корня. Есть сайт рыболовов, где сотни рек упорядочены по алфавиту, поэтому наглядно видно. Река, где «г» можно отнести к корню (видимо балтскому) всего одна – Валгма. Все прочие, где есть «г», имеют одинаковое окончание «га» (Онега, Свияга и т.д.). На одном сайте подсчитано, что из 833 рек (картина несколько смазана тем, что представлены там не только реки европейские) 58 шт. имеют окончания «га» и они в подавляющем большинстве европейские.
     
    После этого я пошла в словари санскрита искать возможные следы, так называемые, индоевропейские. Там всё очевидно:
     
    ga – идущий и т.п. / идти, ходить, быть в движении;
    gama – доро«га», путь, способ;
    gamatha – путешественник;
    и ещё несколько аналогичных на основе «га».
     
    После чего естественно было заглянуть, что там с русской «но-га». Всё в порядке)). TaGga – нога от бедра до ступни, jaGgha – нога от колена до ступни. Последнее наверняка прямой языковый родственник нашей го-лени.
     
    Я имею обыкновение в вопросах языков (и слов) заглядывать в словари санскрита. Просто потому, что это единственный древний словарь так называемых индоевропейских слов. Всё остальное реконструкты. Не всегда что-нибудь нахожу, и совсем не обязательно потому, что нет, может, просто не умею. В связи с этим ещё немного, не совсем по теме статьи, но навеяно ею. Я уже пару раз высказывала мысль про «солнцепоклонников», но не хватило «тямы» связать её с хорватами.
     
    >> Этноним хорваты говорит сам за себя – Хорсопоклонники.
     
    Cобственно речь о версии, что летописные «словены» возможно не имеют отношения ни к «слову», ни к «славе». А являются латинизированным вариантом названия от латинизированного хорса – «солнце». К слову сказать, у западных славян опущена другая «о» (слонце) от латинского «solo». Для второй части обоих слов (хор-ваты и сло-вены) можно предложить «переводные» варианты родом из санскрита, следы которых есть в русском и латинском: sevana – почитание, поклонение, seva – идол, культ (болван? изваяние?); vena – страсть, любовь (что совершенно точно имело хождение у древних латинов – отсюда Венера).
     
    Это, конечно, толкование, которое прямо обратно тому, которое в Вашей статье. Т.е. возможное движение названия с запада на восток. Но бессмысленно спорить, что оно тоже было. Поэтому на основании чисто лексики, как это делают по большей части, невозможно определить направление движения. А вот синтез с географией уже имеет вектор. Вернее так – если он там есть, то найдётся. Такой же вектор имеет и днк-генеалогия. Понятно, что этот вектор, так или иначе, Вы держали в уме, он «морально поддерживал» в очень кропотливом и трудоёмком исследовании. Но Ваше исследование от него полностью независимо. Тем ценнее результат. И для истории, и для днк-генеалогии.

    • Liddy Groth говорит:

      >> После Вашей первой статьи я ознакомилась с сайтами про русские реки. Все Вами упомянутые названия (и намного больше аналогичных) там нашлись. Но я больше интересовалась, что можно найти по теме исключения буквы «г» из корня. Есть сайт рыболовов, где сотни рек упорядочены по алфавиту, поэтому наглядно видно. Река, где «г» можно отнести к корню (видимо балтскому) всего одна – Валгма.
       
      Уважаемая Виктория В.С.! Валгма может быть тоже с редуцированным о : Валогама (см. Ваши санскритские термины), как в случае с Вологдой – Вологодой.
       
      >> Все прочие, где есть «г», имеют одинаковое окончание «га» (Онега, Свияга и т.д.). На одном сайте подсчитано, что из 833 рек (картина несколько смазана тем, что представлены там не только реки европейские) 58 шт. имеют окончания «га» и они в подавляющем большинстве европейские.
       
      Вот Вам еще немного информации для размышления. В древнерусском названии Волги, также как в древнерусском имени Волг/Олг корень или постоянно сохраняемая основа есть вол-/ол-, остальная же часть в этих словах подвержена изменениям. Еще в XIX в. высказывались мысли о том, что Волга – двуосновное имя, где корень вол-, а га- есть второй компонент, в названиях рек обозначавший гидроним: Онега, Пинега, Синюга или озеро Синего в Московской области и пр., и также как и первый, никакого отношения к финно-угорским языкам не имевший. Изучая гидронимы Поволжья, Прикамья и Русского Севера и сравнивая их с данными названий на юге и в центре России, А.И. Соболевский пришел к выводу о том, что эти области были населены носителями индоевропейского языка – языка автохтонного населения Восточной Европы, которое Соболевский называет скифским, по его словам, «впредь до подыскания более подходящего термина» (Соболевский А.И. Русско-скифские этюды // ИОРЯС РАН. Тт. XXVI-XXVII. Л., 1921-1924).
       
      Я отмечала неоднократно, что для языка автохтонного населения Восточной Европы начала использовать такой «более подходящий термин» как язык древних русов, т.е. язык, лежащий у истоков древнерусской языковой традиции. Все уточняющие лингвистические характеристики оставляю лингвистам, здесь же ограничусь примером из работы Соболевского: есть река Сеньга как приток Клязьмы и есть такой аналог этого гидронима как река Синьговка/Сеньговка в Калужской губернии (бассейн Днепра). Соболевский проводит параллель с названием Синега в двинской грамоте XV в., известное как Синюга, приток Вели, с отсылкой к работе Огородникова, у которого отмечены Сенеж или Синеж, Сенежское озеро на севере Московской губернии, которое в Степенной книге названо как Сенего или Сенег. В силу взаимозаменяемости именных компонентов -га/-г и -жа/-ж в русском языке Соболевский присоединяет к этим примерам Разнежскую заводь или Разнежский затон на Волге (несколько выше реки Суры). Другой пример: есть река Сога, приток Согожи, притока Шексны, но есть и Сага – две речки в Черниговской и одна в Курской губерниях (бассейн Днепра), вариантами названий которых выступают Сеготь, Сегозеро и Сига (=*Сегá?) в Смоленской губернии (бассейн Днепра), а также название озера Сиг (с урезанным га-) в Тверской губернии (Его же. Названия рек и озер Русского Севера. М., 1927. С. 6-7, 16).
       
      Ну, какие здесь могут быть финно-угорские языки? Все чередования в конечном именном компоненте га- хорошо объяснимы из морфологии русского языка. К приведенным примерам из Соболевского можно добавить результаты исследований В.П.Васильева по архаичной топонимике Новгородской земли. Согласно Васильеву, такие гидронимы как Онега, Онига являются историческими вариантами гидронима Онегость, т.е. данные сокращенные формы есть не что иное, как отражение на топонимическом уровне закономерности усечения соотвествующего антропонима на -гость. К реальности такого рода имен на иных славянских землях, можно добавить, например, надпись «Доброга» на корчаге не позже XI в., обнаруженной при разборке руин Успенского собора в Киеве (Васильев В.Л. Архаическая топонимия Новгородской земли. Великий Новгород, 2005. С. 161).
       
      Данная работа Васильева представляет, на мой взгляд, ценнейшее исследование, но относительно трактовки именного компонента -гость хотелось бы внести некоторые корректировки. Совершенно согласна с мыслью о вторичности гидронима, но не относительно антропонима, а относительно теонима, поскольку по моему убеждению, такие имена с конечным компонентом -гость (Радогост, Велегост) и др. были изначально именами божеств или обожествленных предков. Без учета аспекта сакральности понять роль компонента -гость/-гост невозможно. Это иллюстрируется и высказыванием Васильева о том, что «элемент -гост, будучи в постпозиции, является семантически опустошенным и по сути дела, выполнял, прежде всего, строевую функцию, благодаря чему препозитивный элемент нес на себе основную смысловую нагрузку» (Там же. С. 126).
       
      Семантическая «опустошенность» могла развиться в ходе тысячелетий, но в архаичную древнерусскую эпоху имел совершенно определенную смысловую нагрузку, и надо только отойти от понимания компонента -гост как современное гость, т.е. посетитель, восходящего к примитивной трактовке Г.Миллером личного имени Гостомысла как «к чужестранным склонный».
       
      Гость в древнерусской традиции – это покойник, предок, дух/душа умерших родственников. Поэтому гость в архаичной традиции – это посредник между миром мертвых и живых, носитель судьбы, могущий повлиять на все сферы жизни. Отсюда и погост – церковь с прилегающим к ней участком и кладбищем. Поскольку феномены природы были также сакрализованными объектами поклонения, ассоциировавшимися с «предками», то и их могли приглашать как «гостей» в Сочельник или в канун Крещения. Следовательно, гость – это табуированная иносказательная форма имени, под которой скрыто запретное имя божества или обожествленного предка. Поэтому этот элемент использовали в названиях топонимов как оберег для родной земли и как название – посредник между миром живых потомков и миром умерших предков для снискания заступничества последних перед высшими силами. Ближе всего к этому божеству древних русов стоит древнегреческий Гермес – обладатель тайного знания – хитроумия, проводник душ умерших. По этой древнейшей функции у него было и особое прозвище Психопомп, где psychē – душа сходно по значению с *ghostis: spirit, soul (spirit), genius, geist. Как известно, *ghostis возводится к эпохе индоевропейской древности, которую сейчас можно отождествить с эпохой ариев и древних русов в Восточной Европе.
       
      Итак, круг замкнулся и именной компонент -га есть один из сокращенных вариантов –гост/-гаст, выступавший как иносказательная форма древнерусского теонима, имевшего обережный смысл и оттого бывшего таким продуктивным и долговечным во всех областях ономастики, прежде всего в топонимике и антропонимике. В полной форме компонент -гост/-гаст лучше всего сохранился на южнобалтийском побережье, о чем сказано в статье выше. В силу своей абсолютной значительности постпозитивный компонент -га сохранялся в названиях гидронимов и финно-угорскими народами, заселявшими Восточную Европу 2000-1500 лет тому назад, позднее древних русов и ариев.
       
      Таким образом, происхождение имени Волга связано исключительно с древнерусской духовной традицией, которая выступала культурным донором относительно всех народов, мигрировавших в Восточную Европу из Зауралья и Сибири.
       
      >> Cобственно речь о версии, что летописные «словены» возможно не имеют отношения ни к «слову», ни к «славе». А являются латинизированным вариантом названия от латинизированного хорса – «солнце». К слову сказать, у западных славян опущена другая «о» (слонце) от латинского «solo». Для второй части обоих слов (хор-ваты и сло-вены) можно предложить «переводные» варианты родом из санскрита, следы которых есть в русском и латинском: sevana – почитание, поклонение, seva – идол, культ (болван? изваяние?); vena – страсть, любовь (что совершенно точно имело хождение у древних латинов – отсюда Венера).
       
      Интересные мысли. Видите, сколько у нас неизученного как в истории русов, так и в более общей истории славян.
       
      >> Это, конечно, толкование, которое прямо обратно тому, которое в Вашей статье. Т.е. возможное движение названия с запада на восток.
       
      Запад и Восток Европы были как сообщающиеся сосуды, т.е. функционировали оба вектора. Просто, вектор «с востока» исчез из науки, а я его восстанавливаю. Частично эту мысль о «сообщающихся сосудах» я уже развивала в своих статьях (здесь и здесь на стр. 24-26). Здесь же несколько слов по поводу Вашего комментария к предыдущей статье. Я не могла ответить сразу, поскольку наш Переформат подвергся совершенно разбойному нападению и не работал пару дней. Вы писали, что моя концепция «восточного вектора» не воспринимается во всей целостности. Но это естественная реакция неподготовленного общества. Новое вообще воспринимается медленно. Поэтому требуется терпение и продолжение работы. Правда, полагаю, что ушибленным германизмом это не поможет. Поживут-поживут, да так с глупостью и отойдут.

      • Виктория В.С. говорит:

        Уважаемая Лидия Павловна, версия, что «га» от -гост/-гаст меня впечатлила). Есть немалая вероятность, что так было. Я, конечно, по своей привычке заглянула в «индоевропейское прошлое» с помощью словаря по санскриту: g(av)eSate – искать, стремиться, исследовать. Т.е. «дознаватель» получился самым натуральным «гость», с учётом принятого сокращения gav- до g-. Но хочу обратить внимание на то, что это могут быть «параллельные» процессы. Собственно, в восприятии древних людей «движение» (в том смысле, что я ранее описала для «га») и «познание» (от гост/гаст) суть одно и то же, т.к. не существовали друг без друга. Что касается рек, так они во все времена были инструментом и движения, и познания. Ведь реки это аналоги «ниток из клубка в лабиринте», с помощью которых можно было с незапамятных времён уехать на тысячи км и вернуться назад.
         
        >> Правда, полагаю, что ушибленным германизмом это не поможет. Поживут-поживут, да так с глупостью и отойдут.
         
        К сожалению, так. До тех пор пока не наступит осознание (на основании данных из днк-истории), что не было никакого праиндоевропейского языка и «дерево» индоевропейских языков это совсем даже не «история» развития эволюции праиндоевропейского языка, германизм будет «ушибать» и далее.

  • СергейС говорит:

    >> Кроме того, есть множество рек с названием Ольшанка с одноименными населенными пунктами в России, Белоруссии и на Украине. Но к гидронимам Ольшанка есть варианты Елшанка и Ильшанка (Московская область).
     
    Ельшанка (Елшанка, Ольшанка) – распространенный гидроним в Волжском регионе. Название, очевидно, давалось рекам с зарослями ольхи вдоль берегов.
     
    Ольха (лат. Álnus) – род деревьев и кустарников семейства Берёзовые. Русское слово «ольха» происходит от праславянского *olьxa/elьxa (откуда также происходит это слово в других славянских языках). Народные названия: вильха, вольха, елоха, елха, елшина, лешинник, олешник, олех, ольшняк. Ольха предпочитает богатые, влажные, хорошо дренированные почвы. Она растёт по берегам рек, ручьёв, на травянистых болотах, у подножия возвышенностей. Ещё Исидор Севильский (ок.560) считал, что латинское название ольхи происходит от лат. álitur(ab) ámne — питается рекой или кельтского al — при, alis — вода, lan — берег — по местообитанию. Современная наука (извините, в лице Википедии) считает его точку зрения методологически несостоятельной и отдаёт предпочтение следующей: индоевропейская лексема является производной от корня *el-, ol-, связанного с обозначением светлого или красного/бурого цвета. Но Ваша работа, уважаемая Лидия Павловна, полностью реабилитирует точку зрения Исидора Севильского.

    • Liddy Groth говорит:

      Уважаемый СергейС! Очень рада, что оказала поддержку Исидору Севильскому. Согласно концепции древнеевропейских гидронимов, и.-е. корень *el-/ *ol- связан со значением «приводить в движение, течь» (относительно цвета у меня сведений нет). Поэтому дело не в ольхе, а в обозначении воды. Получается, что название ольха с корнем *el-/ *ol тоже связано с семантическим полем воды: как дерево, растущее у воды. Однако статья была не об Исидоре, а о наших древнерусских княжеских именах Олеге и Ольге. Тут я что-нибудь полезное сообщила, как по-Вашему?

      • СергейС говорит:

        Уважаемая Лидия Павловна! В Волгограде есть две Ельшанки, нижняя и верхняя, раньше было больше. Прочитав Вашу статью, я заинтересовался их историей и выяснил, что они получили имя от малой реки Ельшанки (Ольшанки) протяженностью 5,2 км, названной так, очевидно, из-за зарослей ольхи вдоль берегов. В XX веке река Ельшанка была скрыта в ливневые коллекторы. Колонизацию земель по берегам Волги к югу от Царицына, ныне центральная часть Волгограда, начала императрица Елизавета в 1750-е годы. Вряд ли в то время названия Ельшанка, Ольшанка у первопоселенцев ассоциировались с водой, поэтому я и поинтересовался происхождением названия Ольхи и, как оказалось, по данным Исидора Севильского, оно тоже связано с водой. Ну, получился такой странный комментарий.
         
        >> …а о наших древнерусских княжеских именах Олеге и Ольге. Тут я что-нибудь полезное сообщила, как по-Вашему?
         
        Безусловно, мне было очень интересно узнать о существовании тесной связи имён Олега и Ольги с гидронимикой Восточной Европы и с названием моей Волги. Я теперь, при случае, рассказываю Олегам и Ольгам и их родителям, что эти имена не скандинавские, а наши, родные. Что в Восточной Европе, на земле древних русов, есть реки, речки, притоки, названия которых соответствуют именам Олега и Ольги: название рек Волга, река с таким именем не одна, соответствует мужскому имени Вольгá/Вольг и женскому имени Волга/Вóльга. Название реки Олег, а была и такая, соответствует мужскому имени Олег, а речки и притоки с названием Елга соответствуют женскому имени Ельга – одной из форм имени Ольга. Что имена Олега и Ольги рождены на Русской равнине в лоне древнерусской традиции и отражают практику архаичного мифопоэтического сознания давать наиболее важным гидронимам имена родовых божеств или обожествленных предков и героев.

  • Юрий ВК говорит:

    Уважаемая Лидия Павловна! Как известно, у античных авторов Волга называлась Ра. По-видимому, так же называли ее древние арии. Позднее она называлась Итиль. Как рассказал мне один товарищ из Татарстана, там популярна версия, что на самом деле река называлась Болга – то ли получила имя от болгар, то ли болгары от реки. Как вы думаете, может ли быть в такой версии рациональное зерно?
     
    И еще вопрос – в предыдущем посте вы писали: «А кроме того, раз это уменьшительное имя (Вася, Коля, Ваня), то оно [Хельги] не может употребляться и для княжеского/королевского имени, о чем также подробно рассказывается в статье». Но вот что я прочитал в статье Мельниковой Е.А. «Ольгъ/Олег Вещий. К истории имени и прозвища первого русского князя»:
     
    «В текстах, отражающих традицию до примерно 1000 г., насчитывается всего около 10 персонажей, носивших это имя, причем их подавляющее большинство так или иначе связано с героико-эпическим контекстом, но не общегерманским, а собственно скандинавским (северогерманским).
     
    Наибольшую известность в германском мире имели три персонажа героического эпоса. Первый – представитель легендарной датской (зеландской) королевской династии Скьёльдунгов Хельги. Он впервые упоминается в англо-саксонских поэмах «Видсид» (VIII в.) и «Беовульф» (VIII в.) как Halga Til – Хальга Сильный. Позднее о нем говорят Саксон Грамматик, Снорри Стурлусон, «Сага о Скьёльдунгах» и ряд саг о древних временах. В соответствии с героико-эпической генеалогией Скьолдунгов, он является отцом Хрольва (др.-англ. Хродульв) Краки («Жердинки»). Сюжетное время сказаний о Хрольве условно определяется как период от конца Великого переселения народов до VIII в., когда возникли «Видсид» и «Беовульф». Последовательного изложения деяний самого Хельги до нас не дошло, сохранились лишь незначительные обрывки связанных с его именем сюжетов. Два других Хельги являются героями комплекса эддических так называемых «Песней о Хельги»: Хельги сын Хьёрварда и Хельги сын Сигмунда, Убийца Хундинга. Восстановление исторического или историко-культурного ядра этих сказаний (если таковое имелось) крайне гипотетично, но, возможно, они имеют датское происхождение».
     
    И далее: «Очевидно, что в древнегерманском и древнескандинавском дохристианском мире имя Helgi/Helga не принадлежало к числу рядовых, обыденных имен. Им могли обладать прежде всего представители знатных родов, т. е. оно относилось к сравнительно небольшой категории «княжеских» имен (ср. такие имена как Hákon, Rǫgnvaldr, Yngvarr и ряд других). Имя предполагало «героичность», доблестность его носителя и отсылало к представлениям о сакральности конунга как обладателя удачи (хамингьи), олицетворения успеха».
     
    Отсюда следует, что имя было вполне достойно конунга, который мог стать русским князем. Как написано в ПВЛ, он заявил Аскольду и Диру: «Не князья вы и не княжеского рода, но я княжеского рода». По сведениям Иоакимовской летописи, он был братом Ефанды, «княжны урманской», на которой женился Рюрик. И там же о происхождении имени княгини Ольги: «Когда Игорь возмужал, оженил его Олег, выдал за него жену от Изборска, рода Гостомыслова, которая Прекраса звалась, а Олег переименовал её и нарек в своё имя Ольга».

    • Liddy Groth говорит:

      >> …у античных авторов Волга называлась Ра. По-видимому, также называли ее древние арии.
       
      Известно достаточно хорошо, что у древних ариев она называлась Рангха или Раса. Против последнего названия страстно борются норманисты, поэтому остановимся на этой точке в ожидании разрешения вопроса. Но современниками древних ариев в Восточной Европе были древние русы. Они что, по-вашему, никаких рек на своем языке не называли?
       
      >> …Позднее называлась Итиль.
       
      Да, низовья Волги носили это название. Я занималась названием Итиль. Внимательное изучение вопроса показало, что это название также имеет индоевропейское происхождение. Это исследование я пока не публиковала, но сделаю это в ближайшее время.
       
      Товарищам из Татарстана – пламенный привет, но пусть предъявляют источники. Просто помавать руками в воздухе и таинственно возглашать: «Но на самом-то деле…». И как быть с другими родственными названиями? Как они-то на самом деле звучали: Билга, Блга? По мнению некоторых товарищей из… даже Адам и Ева разговаривали на протодревне… в общем, почти на татарском. Такие вот невинные слабости бытуют в мире.
       
      >> …В предыдущем посте Вы писали… Но вот что я прочитал в статье Мельниковой…
       
      Вы зачем мне статью Мельниковой переписываете?! Я достаточно подробно рассматриваю ее в предыдущей статье по линку и показываю бесплодную умозрительность Мельниковой, которая не смогла ни показать, откуда Хельги попало в скандинавские литературные произведения XII-XIII вв., ни найти реальное историческое лицо с именем Хельги из датско-норвежских династий, откуда это имя могло перейти к Рюриковичам. Поскольку должна Вас просветить, уважаемый Юрий ВК, обмен именами происходил в рамках междинастийного обмене (обычно через браки), а не в обмене между литературой и политиками.
       
      >> …По сведениям Иоакимовской летописи, он был братом Ефанды, «княжны урманской».
       
      Отождествеление летописных урман с норвежцами – одна из выдумок норманизма, за которой нет никаких доказательств. В работе о летописных именах я подробно рассматриваю этот вопрос в разделах под названиями: «Князь Олег и княгиня Ольга: вопросы происхождения» и «Датский политический миф и отождествление Мурмана и с Норвежской землей». Это слишком большой материал, чтобы помещать его на Переформате. Дождитесь выхода книги, ознакомьтесь с ней. Я буду согласна организовать обсуждение книги на Переформате.

  • Иван М. говорит:

    >> От древнерусского корня вол-/вл- рождаются как слова, связанные с водной стихией (влага, волглый), так и слова, связанные с материнским началом (влагалище, т.е. место истока, исхода жизни).
     
    Говоря о происхождении названия Волги, автор не первый раз уже повторяет ошибочное предположение. Из древнерусского влагалище переводится на современный как мешок. Никакой водной стихии там нет, а есть общий для европейских языков корень лог/locus.
     
    >> Судя по тому, что волшница – женского рода, то предсказания там совершались, скорее всего, жрицами-прорицательницами.
     
    Если продолжить рассуждать в том же ключе, то поскольку слово изба женского рода, то и населены избы были, скорее всего, «сакральными властительницами, прекрасными и премудрыми».

    • Дмитрий говорит:

      Кто вы, о великий интеллектуал?

    • Liddy Groth говорит:

      >> Говоря о происхождении названия Волги, автор не первый раз уже повторяет ошибочное предположение.
       
      Бдительны Вы, уважаемый читатель. Ну, что ж, признаю мою закоснелую закоренелость или закоренелую закоснелость.
       
      >> Из древнерусского влагалище переводится на современный как мешок. Никакой водной стихии там нет, а есть общий для европейских языков корень лог/locus.
       
      Давайте, не будем переводить с русского на русский, а разберемся сначала по сути. Ваша критика направлена на фразу статьи: От древнерусского корня вол-/вл- рождаются как слова, связанные с водной стихией (влага, волглый), так и слова, связанные с материнским началом (влагалище, т.е. место истока, исхода жизни). Где здесь заявление о том, что я связываю влагалище с водной стихией? По-моему, очевидно, что я связываю его с органом, который служит для вывода младенца/детеныша из материнской утробы. Но это – общепринято, т.е. научно и практически обосновано. Пожалуйста: «Влагáлище: в анатомии это начальный открытый вовне отдел репродуктивной системы самки, служащий для вывода развившихся плодов». Есть вопросы к данному определению? Или Вы храните иллюзии нежного возраста о том, что младенцев приносят аисты? Тогда конечно, тогда все вопросы отпадают автоматически.
       
      Теперь про общий для европейских языков корень. Основной смысл Вашего комментария сводится к тому, что общепринятым корнем для слова влагалище является корень лог-,
      а не вл-. Очень может быть. Но все дело в том, уважаемый читатель, что эта общепринятость исходит со стороны, повинной в абсолютной какофонии при истолковании морфологической структуры и этимологии гидронимов Волга, Вологда и др. То в них финский корень находят, то балтский, при этом расчленяют слова самым диким образом. И пока этимология находится в лоне такого сравнительно-исторического языкознания, то на критику чужих заблуждений ее сторонники особым правом не располагают. Пусть сначала уберут из науки залежи рудбекианизма, тогда можно будет и поговорить.
       
      >> Судя по тому, что волшница – женского рода…
       
      >> Если продолжить рассуждать в том же ключе, то поскольку слово изба женского рода, то и населены избы были, скорее всего, «сакральными властительницами, прекрасными и премудрыми».
       
      Легко догадаться, что Вы гордитесь своим чувством юмора. А зря. Ему бы лучше оставаться в пределах домашнего круга. Только близкие все поймут и простят.

    • Liddy Groth говорит:

      >> Кто вы, о великий интеллектуал?
       
      Уважаемый Дмитрий! Позволю себе ответить на Ваш вопрос, иначе он останется гласом вопиющего в пустыне. Критика звучит с той стороны, которая с помощью особого подвида этимологии, рожденного шведскими политическими мифами, так запутала изучение древнерусской истории, что тут латать – не за что хватать. Лучше всего эту мысль пояснить с помощью другого примера.
       
      В частности, до недавнего времени представители этого подвида любили играть лингвистическими кубиками с такими названиями прибрежной полосы Швеции в районе Упсалы-Стокгольма как Roden, Roslagen, а также финского названия Швеции Ruotsi и строить из них имя Руси, автоматически пристраивая к нему и историю русского народа, и историю древнерусской государственности.
       
      Какие имена, какие личности отметились в этой игре! Какое наукообразие: имя Русь лёгким мановением руки конструировалось из др.-сканд. слов с основой на *roþs-, типа roþsmaðr, roþskarl со значением «гребец, участник похода на гребных судах», которыми связывалось происхождение имени Русь со шведским Рослагеном через посредство финского названия Швеции Ruotsi, Rootsi, для чего предлагались возможные исходные формы от др.-шв. Rōdhsin – название жителей области Рослаген (Roslagen<*Roþslagen) на восточном побережье Швеции. И название жителей шведского Рослагена от исходного *rōðs – грести объясняет переход «финск. ruotsi > др.-русск. русь, что фонетически убедительно обосновано» (Мельникова Е.А., Петрухин В.Я. Название «Русь» в этнокультурной истории Древнерусского государства // Древняя Русь и Скандинавия. Избранные труды. М., 2011. С. 136-137).
       
      Но постепенно стал всплывать тот неудобный факт, что эти исходные слова, которые якобы преобразовывались в ruotsi, собственно в шведском языке в нужное время, т.е. в IX-X вв. не обнаруживались, т.е. основа на rōðs встречается в германских языках где угодно – на континенте или в районе Британских островов, но в шведском языке, где она была необходима как несущая опора для норманистской концепции, она фиксировалась не ранее середины XI в. Обнаруживались и другие неудобные факты, в частности, сообщения о русах в византийских источниках в начале IX в., например, в описаниях нападений росов на Амастриду, датируемых примерно периодом между 820-830-ми гг., т.е. за несколько десятилетий до призвания Рюрика.
       
      В статье Е.А.Мельниковой и В.Я.Петрухина, написанной около четверти века тому назад и ставшей для норманистов основным теоретическим пособием по толкованию происхождения имени Руси от шведских гребцов-родсов, разъяснялось, что слово рос в византийских источниках первой половины IX в. появляется как непосредственное (Sic! – Л.Г.) заимствование от скандинавов, а именно «…в результате непосредственных контактов с его носителями… Поэтому нет необходимости во всех этих случаях искать посредников передачи византийским авторам …названия «рос». Оно могло быть заимствовано прямо у пришельцев и отражать самоназвание дружин, которые в значительной части состояли из выходцев из Скандинавии и сохраняли то же название с основой rōþs-, которое ранее усвоили финны в форме ruotsi» (Там же. С. 146.).
       
      В одной из своих последних работ Е.А.Мельникова подтверждает вышеприведенное суждение о том, что упоминаемые в византийских источниках нападения народа рос на Амастриду были первыми «прорывами» скандинавов на юг. Возникшее тогда же в греческих источниках наименование ’Pώς является, якобы, «рефлексом самоназвания их отрядов – rōþs (menn) (Мельникова Е.А. Скандинавы в процессах образования Древнерусского государства // Древняя Русь и Скандинавия. Избранные труды. М., 2011). Таким образом, согласно этим достоверным этимологическим вычислениям, славяне усвоили имя Русь через финское посредничество, а византийцы – непосредственно от «родсов-гребцов». Но где же здесь логика? – возникает естественный вопрос. Логики нет, также как нет и фактов.
       
      Надо Вам сказать, что *Rōþs (-menn) – это что-то вроде гребоманы, т.е. слова, теоретически состоящего из двух компонентов, где -s выполняет функцию соединительного согласного. Поэтому совершенно фантастической предстает картина общения «скандинавов» с византийцами: «пришельцы» зачем-то оторвали первую часть слова гребо- и сообщили ее византийцам в качестве самоназвания, а у тех она трансформировалась в этноним Рос. Но в академическом мире эта фантастика стала мозолить глаза.
       
      Отмечая бесплодность результатов производства имени Русь из шведской этимологии, германист А.В.Назаренко писал: «Напомним только, что одним из краеугольных камней скандинавской этимологии названия «русь» со времен В.Томсена была такая последовательность заимствований: др.-сканд. *rōþ (s)- > фин. ruotsi > вост. – слав. русь, поскольку только на финской почве мыслимо сокращение второй части гипотетического древнескандинавского сложного слова до искомого *rōþs. Следовательно, идея о заимствовании греч. ´Pώς из языка… варягов не только не подкрепляет скандинавской этимологии имени «русь», … а, совершенно, напротив, ломает ее становой хребет». И продолжает далее: «В этой связи нам непонятно мнение специалиста, отказывающегося от поисков конкретной (древнескандинавской – А.Н.) словоформы, исходной для фин. Ruotsi, поскольку таковой якобы мог послужить любой из композитов с первой основой *rōþs … в том-то и состоит проблема, что не только любой, а ни один из предложенных до сих пор композитов не даёт лингвистически удовлетворительной праформы… поскольку остаётся загадкой, как в языке самих носителей исходная форма типа *rōþs-men могла редуцироваться до rōþs» (Назаренко А.В. Имя «Русь» в древнейшей западноевропейской языковой традиции (IX–XII века) // Древняя Русь на международных путях. М., 2001. С. 33).
       
      Т.е. Назаренко, как и мне, тоже непонятно, каким образом слово гребцы/гребоманы сократилось до начального композита гребо-, который пустился уже в самостоятельное плавание. Все эти неудобные вопросы этимология на службе фантастики решила как в сказке: одним ударом – семерых. Этимологию упразднили, а фантастику оставили. В одной из своих последних статей Л.С.Клейн так определил направление главного удара: «…для решения вопроса о происхождении термина «Русь» этимология этнонима не имеет ни малейшего значения. Я не «отмахиваюсь» от серьезного вопроса. Очень многие этнонимы не расшифрованы до сих пор, тем не менее, мы же их употребляем без всякой трудности. Например, термин «германцы». Это ведь не самоназвание. …Так же точно и с термином «Русь». Как он образовался, мы не знаем, можем только строить разные предположения. Но мы точно знаем, что он сформировался первоначально к северо-западу от восточных славян… финны и эстонцы зовут до сих пор Швецию Руотси. Значит, они сохранили память, что руотси приходили со стороны Швеции» (Клейн Л.С. Еще один сказ о лехитских варягах // Stratum plus. № 5, 2014. С. 335-343).
       
      Вот так вот! Более двухсот лет плели про гребцов-родсов и *Roþslagen, сколько сил и средств затрачено на эту белиберду. А теперь спокойно заявляют: неправильная была этимология, да и бог с ней! Ruotsi у нас есть? Есть! Нам и этого достаточно!
       
      Благодаря этому подвиду этимологии русское самоназвание русы и Русь приводят из Швеции, русские слова Волга и Вологда делят между финским и литовским. Я не возражаю против критического обсуждения моих положений, но судьи-то кто?

      • Дмитрий говорит:

        Спасибо, Лидия Павловна. А судьи те, кого судить нужно, народным судом.

      • Ruiary говорит:

        Уважаемая Лидия Павловна! А зачем Вам тратить свое время и нервы на «рогатых-полосатых» любителей «пещерного» норманизма 17-18 веков и прочих, простите за ругательство, «гребоманов». Вы вот писали, что Л.С. Клейн говорил: «…Я не отмахиваюсь…», а Вы, Лидия Павловна, от таких «товарищей» лучше отмахнитесь – сразу посылайте их на … о. Рослаген, в прямом и переносном смысле. Если людям вместо Олега и Владимира хочется быть Хельгу и Вальдемаром, то что же – Один им в помощь. Ну, а всем «гребоманам – туРУСтам – викингам» посоветуйте сесть на баркас под полосатым флагом и под веселые «Песни о Нибелунгах» грести в сторону Рослагена. На о. Рослаген их радостно и тепло встретят: «Бедный»-Йорик Ютландский и Гамлет принц Датский.

        • Liddy Groth говорит:

          Спасибо за славный комментарий! Правда, последовать ему будет сложно. Во-первых, вербальные контакты напрямую с «товарищами» невозможны в силу отсутствия знаний непечатного слова. А это необходимо, как показала практика одной непобедоносной компании, развязанной «товарищами» в мае 2012 года в связи с некоторыми моими статьями.
           
          >> Если людям вместо Олега и Владимира хочется быть Хельгу и Вальдемаром…
           
          Это, безусловно, клиника, и наука здесь не в помощь.
           
          >> «Бедный»-Йорик Ютландский и Гамлет принц Датский.
           
          Бедному Йорику, которому норманисты от щедрости своей широкой души присвоили звание Ютландского за потерю Ютландии, я уделила место в новой книге, находящейся в производстве. Там же есть и материалы по ирландскому антропонимикону, которые Вам в связи с увлечением историей Ирландии могут быть интересны. Переформат сообщит, когда книга выйдет из печати.

  • Олег Поленин говорит:

    Интересно было бы так же докопаться до истоков франкского имени «Гверин». Гверин (Варин) I (фр. Guerin (Warin); ок. 760 – после 819) — граф Шалона (после 763 – после 819) и граф Оверни (818 – после 819). Время жизни этого человека как раз приходится на период союзнических отношений между ободритами-варинами и франкской империей.

    • Liddy Groth говорит:

      Согласна. Работа с именословом в королевстве франков очень увлекательна. Я немного занималась этим, на Переформате пока не публиковала, но есть в книге, которая готовится к публикации.

  • Ruiary говорит:

    Здравствуйте Лидия Павловна! У Вас очень интересные статьи, особенно меня заинтересовала Ваша мысль о том, что города в Ирландии основали не мифические викинги, а варяги. Почему говорю про это в комментарии к этой статье? Просто интересно знать Ваше мнение в этом свете на средневековое государство Улад (Улах) в северной части Ирландии. Возможно, оно было основано варягами из рода Олега, ведь это слово имеет аналогии в кельтских языках. То же касается и слова варяг, в ирландском языке есть слово «фаряге», а в уэльском оно же «моряге» (наверное, русское слово моряки пошло от этого слова). Кажется, в Византии знали оба варианта этого слова. Если подумать, то видно, что под выражением «варяг» кельты понимали не врагов или пиратов (для скандинавских пиратов были свои названия), а скорее всего союзных им морских купцов, которые основывали по побережью Ирландии свои укрепленные города-гардарики. В Ирландии полиция носит название Гарда, наверное, осталось память с тех времен (шутка).

    • Liddy Groth говорит:

      >> …меня заинтересовала Ваша мысль о том, что города в Ирландии основали не мифические викинги, а варяги.
       
      Мифические викинги нигде ничего не основывали хотя бы в силу своей мифичности.
       
      >> …интересно знать Ваше мнение в этом свете на средневековое государство Улад (Улах) в северной части Ирландии. Возможно, оно было основано варягами из рода Олега, ведь это слово имеет аналогии в кельтских языках.
       
      Все возможно. Тем более что этноним/политоним Улад имеет интересные традиции и по части личных имен. Но этой темой надо заниматься отдельно. На сегодняшний день в моих планах ее пока нет.
       
      >> То же касается и слова варяг, в ирландском языке есть слово «фаряге», а в уэльском оно же «моряге» (наверное, русское слово моряки пошло от этого слова).
       
      Это вещи известные, с одной стороны. А с другой, ими никто всерьез не занимался.
       
      >> … под выражением «варяг» кельты понимали не врагов или пиратов (для скандинавских пиратов были свои названия), а скорее всего союзных им морских купцов, которые основывали по побережью Ирландии свои укрепленные города-гардарики.
       
      Были ли они такими уж «союзными», не знаю. Не уверена. Да, вряд ли это было так уж обязательно.
       
      >> В Ирландии полиция носит название Гарда, наверное, осталось память с тех времен (шутка).
       
      Хорошая шутка. А почему Вас интересует ирландская тема? Вы занимаетесь историей Ирландии?

      • Ruiary говорит:

        Лидия Павловна, спасибо за ответ моей весьма скромной персоне! Историей Ирландии увлекаюсь на «любительском» уровне, просто увлекся в советское время еще в школе. Заинтересовали фотографии в газетах британских солдат, крадущихся вдоль стен с надписью ИРА по улицам Белфаста. Стал интересен народ, который может сказать: «есть ли жизнь до смерти», чем не девиз для храбрых варягов. Но это отступление от темы, а насчет ирландской темы и Киевской Руси, то еще в советские годы заинтересовала фраза из книги журналиста Ю. Устименко «Познакомьтесь Ирландия»: «…В министерстве иностранных дел Ирландии мне при первой встрече с гордостью продемонстрировали увесистую книгу в кожаном переплете, торжественно открыли на нужной странице и прочитали рассказ об ирландских монахах, которых занесло в IX веке на Киевскую Русь крестить аборигенов. Но следы их затерялись в сизой дали столетий, и мне не удалось разыскать в архивах упоминание о деяниях ирландских миссионеров на Руси». Может, Вам, Лидия Павловна, во время Ваших поисков приходилось встречать материалы на данную тему? Впрочем, «раскопать» эту тему, наверное, можно в самой Ирландии, перерыв все древние манускрипты ирландских монастырей, написанных на средневековом ирландском языке. Еще интересен вопрос походов варягов по Волге и Каспийскому морю, через Хазарию. У Беды Достопочтенного сообщается о флоте короля бриттов на Каспийском море, но возможно, имеется в виду англо-варяжский флот? Вы случайно не встречали информации о «военно-морских базах» варягах на Апшеронском полуострове? Просто местные археологические находки имеют параллели с Русским Севером, Скандинавией, Британией и Ирландией. В советские времена этой темой интересовались некоторые норвежские исследователи, они вроде думали, что часть предков скандинавов пришла с территории Азербайджана.

        • V. M. говорит:

          >> об ирландских монахах, которых занесло в IX веке на Киевскую Русь крестить аборигенов…
           
          Об «ирландском христианстве» на Руси немало писал покойный профессор Аполлон Григорьевич Кузьмин, в частности, в своей классической уже книге «Падение Перуна» (М., 1988). В этом посте есть ссылка на перечень его работ, многие из которых, включая упомянутую книгу, можно скачать.

        • Liddy Groth говорит:

          По вопросу о связях в сакральной области между Восточной Европой и Британскими островами Вам уже совершенно правильно порекомендовали работы А.Г.Кузьмина.
           
          >> …Еще интересен вопрос походов варягов по Волге и Каспийскому морю, через Хазарию.
           
          Вопрос об освоении водной системы Восточной Европы в средневековый период мной пока не затрагивался, но я немного рассматривала этот вопрос для древнего периода, что необходимо для понимания и более поздних периодов. Например, я писала немного об этом в работе «О Рослагене на дне морском и о варягах не из Скандинавии»:
           
          Однако оставим экскурс в современную «гипербореаду» норманизма и вернёмся в Прикамье и Приуралье, где археологические материалы уже с III-II тыс. до н.э. свидетельствуют о развитии торговой деятельности, которая с течением веков выросла и охватила впечатляющий международный рынок древности вплоть до Египта и Индийского океана. Чтобы поддерживать торговлю такого грандиозного масштаба, причём развивать её на протяжении тысячелетий, требовалось наличие высокоразвитого судоходства – речного и морского. Кто, какой народ обладал в этом регионе такой судоходной традицией, идущей из глубины времён? И какова глубина этих времён?
           
          Традиции освоения морских просторов в Восточной Европе прослеживаются вплоть до глубокой древности. Свидетельством тому являются, например, изображения больших, пригодных для морских плаваний лодок, среди мезолитических наскальных петроглифов Кобыстана (Гобустана) у берегов Каспийского моря в Азербайджане, а также среди беломорских петроглифов близ г. Беломорска на берегу Залавруга – пересохшего протока р. Выга и онежских петроглифов при устье р. Водлы (Джафарадзаде И.М. Наскальные изображения Кобыстана // Археологические исследования в Азербайджане. Баку, 1965; Равдоникас В.И. Наскальные изображения Онежского озера и Белого моря. Ч. 1-2. М., Л., 1936–1938; Савватеев Ю.А. Наскальные рисунки Карелии. Петрозаводск, 1983).
           
          Петроглифы Карелии, в частности, запечатлели выразительные картины столкновений между различными группами людей: одни из них изображены на лыжах, другие – сидящими в морских лодьях или выходящими из них на берег. Ведущий специалист в области исследования наскальных памятников Карелии Ю.А.Савватеев, обобщая опыт прочтения петроглифов в работах предшественников (А.Я.Брюсова, А.М.Линевского, В.И.Равдоникаса), обращал внимание на то, что лыжи в этих изображениях не характеризуют зимний период года (иначе, откуда же лодьи, явно пришедшие по воде), а являются отличительным признаком определённой этнической группы, в которой принято видеть местное население, сражающееся с пришельцами в лодках – «мореходами». Мысль о том, что петроглифы изображают различные этнические группы, представляется убедительной. Но категоричное разделение «лыжников» и «мореходов» на «местных» и «пришлых» вызывает сомнения.
           
          Противоречия между изображёнными группами могли быть связаны, например, с их принадлежностью к различным культурно-хозяйственным типам, что включало, в том числе, и различия в культах. Используя приведённый выше образ традиционного мировоззрения южносибирских тюрков, можно сказать, что одни из персонажей карельских наскальных изображений могли свое происхождение вести «от воды», а другие – «от земли», т.е. одни были «водопоклонники», а другие поклонялись земле или другой стихии. Различия в вопросах веры во все времена создавали почву для кровавых конфликтов и могли превращать в чужаков представителей одного и того же социума.
           
          Странно предполагать, что люди в древности были свободны от религиозных междоусобиц. Однако идея борьбы местного населения Беломорья с чужеземцами, пришедшими по воде была, возможно, навеяна напрашивающейся связью между мезолитическими «морскими лодьями» с берегов Каспийского моря и «мореходами» беломорских и онежских петроглифов, которые в силу этого ассоциируются с приплывшими по воде иноплеменными захватчиками.
           
          Прямых оснований, повторяю, для этого нет. Но сама по себе мысль о наличии водных коммуникаций между югом и севером Восточной Европы уже в период мезолита-неолита вполне подкрепляется наличием упомянутых наскальных изображений крупных лодий как на Каспии, так и в Беломорье. Согласуется она и с существующими палеогеографическими представлениями о гидросистеме Восточной Европы в древности, изобилующей множеством водоёмов и полноводных рек и протоков, которые особенно в периоды трансгрессий создавали систему водных магистралей, позволявших людям быстро передвигаться как в широтном, так и в меридиональном направлениях (Бадер О.Н. Мезолит // Каменный век на территории СССР. М., 1970; Елина Г.А., Лукашов А.Д., Юрковская Т.К. Позднеледниковье и голоцен восточной Фенноскандии (палеорастительность и палеогеография). Петрозаводск, 2000; Мезолит СССР. М., 1989; Палеогеография Европы за последние 100 тыс. лет (Атлас-монография). М., 1982; Сейбутис А. Миграция послеледникового человека как отражение изменений экологической обстановки // Научные труды вузов Литовской ССР. Серия «География». VIII. Вильнюс, 1982.
           
          Гидрографическая система, как и всё в природе, не была статична и изменялась в ходе тысячелетий. Но память о древней взаимосвязанности восточноевропейских водных потоков сохранились вплоть до античных времён, так же как и традиция их использования в качестве сквозных транспортных артерий «от моря до моря». Полагаю нелишним привести несколько примеров из источников, иллюстрирующих наличие знаний о гидрографической системе Восточной Европы, включая и нынешний Волжский путь «от моря до моря», и соответственно, опыт их использования, начиная с древних времен. Свидетельством того, что водный путь между Каспием и севером Восточной Европы существовал и использовался с древности и до исторически обозримых периодов, служат сведения античных авторов.

           
          Фрагменты из античных авторов приведены в статье «Мыльная опера о том, как викинги бороздили просторы…»

          • Ruiary говорит:

            Большое спасибо, Лидия Павловна и Всеволод Меркулов за Ваши подробные ответы и ссылки на ценную информацию! Книга А.Г. Кузьмина «Падение Перуна» – очень Важная и Ценная Книга, так же как и его работы: «Варяги и Русь» и «Об этнической природе варягов». Сильно впечатлила фраза из статьи «Памяти профессора Аполлона Григорьевича Кузьмина»: «…По его словам, он застал ещё ту, старую деревню, с её трепетной связью между человеком и природой, в окружении которой он живёт, с её удивительными архаичными обрядами и фольклором». Под этими словами мог бы подписаться любой серьезный святой Ирландской кельтской Церкви, для которых связь с Богом рассматривалась и через большую любовь к природе. Работы А.Г. Кузьмина стоило бы ввести для обязательного изучения в школьную программу, как «прививку» от норманизма (про «прививку» – шутка). Но уж больно много «фарисеев» от науки (при научных званиях-регалиях) развелось еще с советских времен. Легко можно понять, как активизировались эти «фарисеи» после того, как Вы, Лидия Павловна, «утопили» в морской пучине эту «Малую землю» норманистов – о. Рослаген. Тот самый Рослаген, о берега которого (со слов норманистов) вот уже много столетий подряд разбивались волны Атлантического океана (почти как у Остапа Бендера). Тут бы уже пора кричать – «караул грабят!», в смысле доказательств лишают. Но тут в придачу новая «беда» – вместе с Рослагеном на дно пошла вся шведская эскадра драккаров, которую так долго строили норманисты. Как видно из Вашей статьи о том, как «викинги бороздили просторы…» -«выплыть» из всей эскадры смогли только рыбацкие лодки. Короче говоря, этот мыльный пузырь с очень красивым внешним фасадом лопнул под порывом свежего ветра с южных берегов Балтики. Лидия Павловна! Ваш труд, скорее всего, напоминает борьбу с таким Минотавром-Хамелеоном в большом и путаном «лабиринте» норманизма, со множеством катакомб и ложных галерей.

  • Олег Цыгельнюк говорит:

    До этой статьи был увеpен, что имя Олег скандинавского происхождения, теперь с удивлением воспринял не менее убедительные варианты иного происхождения своего имени. Спасибо!

  • Сергей говорит:

    Лидия Павловна, рассматривая происхождение названия Волги в контексте его связи с именами Олег/Ольга, Вы как-то упустили из виду, что среди прочих этимологий имеется и тюркская, от Елга – река. От нее же происходит и русская фамилия Елгин. Кроме того, в тюркских языках помимо Улуга (давшего в болгарском Олг) имеется и еще одно любопытное имя, Йолыг – колдун, вещий, что как нельзя лучше подходит к прозвищу летописного князя.

    • Liddy Groth говорит:

      >> …Вы как-то упустили из виду, что среди прочих этимологий имеется и тюркская, от Елга – река.
       
      Нет, не упустила. Перечитайте внимательно то, что я пишу про гидроним Елга как один из вариантов названия Волга. Он встречается за пределами проживания носителей тюркских языков. Отсюда может следовать логичный вывод: священнейшее имя главной реки русов Волги с такими вариантами как Елга воспринималось и другими народами, переселявшимися в Восточную Европу из Сибири, тоже в значении главной реки или для мифопоэтического сознания Реки с большой буквы, что и закрепилось в лексике тюркских языков как просто река.
       
      >> От нее же происходит и русская фамилия Елгин.
       
      Русская фамилия Елгин (ее вариантом может считаться Волгин) происходит от древнерусского гидронима Елга и древнерусского антропонима Елга. По-моему, это более закономерно для образования фамилии.
       
      >> …в тюркских языках помимо Улуга (давшего в болгарском Олг) имеется и еще одно любопытное имя, Йолыг – колдун, вещий, что как нельзя лучше подходит к прозвищу летописного князя.
       
      Действительно, очень любопытно. Спасибо, беру в свою «копилку». Но тут вот в чем дело. Древнерусское слово «волхв» для обозначения древнего жреца и родственное с такими понятиями как «вещий», «колдун» и, соответственно, с личным именем Олег (я рассматриваю это в статье), имело такую магическую силу, что было воспринято и носителями финно-угорских языков, войдя в финский язык как velho – маг, в эст. volu – ведьма (Фасмер М. Этимологический словарь русского языка). Аналогичное влияние испытали и носители тюркских языков, приняв имя Олега в форме Йолыг, поскольку в нем заключалось могучая энергетика значения вещего волхва.

      • Сергей говорит:

        >> Нет, не упустила. Перечитайте внимательно то, что я пишу про гидроним Елга как один из вариантов названия Волга.
         
        Извините, возможно, действительно недосмотрел. В то же время, что позволяет говорить о вероятности происхождения гидронима Волга от тюркского Елга. Во-первых, тюрки и финно-угры жили практически на всем протяжении Волги. Во-вторых, по соседству, в ареале обитания иранских племен, течет Дон, с иранского – река. Совпадение едва ли случайно. Вместе с тем, утверждать, что название Волга произошло только из тюркских или только из славянских языков – едва ли плодотворно. Контаминация созвучных или близких по смыслу слов на стыке разных языковых групп явление закономерное. Так что вполне возможно, что пришедшие к Волге славяне, слыша, как аборигены называют Волгу, Елгой-рекой, адаптировали данное название под свое созвучное и близкое по смыслу «волога» – «влага».
         
        >> Русская фамилия Елгин (ее вариантом может считаться Волгин) происходит от древнерусского гидронима Елга и древнерусского антропонима Елга. По-моему, это более закономерно для образования фамилии.
         
        «В марийский языках Йолга значит «сиять, светиться», в мордовских — елганя значит «гибкий, упругий», -ня — суффикс. В тюркских языках «елга» значит «овраг, ложбина, ручей, речка». Прозвище Елга мог получить человек, живший у речки. С суффиксом -ин получается фамилия Елгин». (Наука и жизнь, Из истории фамилий. доктор филологических наук А. Суперанская).
         
        >> Действительно, очень любопытно. Спасибо, беру в свою «копилку».
         
        Еще одно найденное мною значение имени Йолыг – счастливый.
         
        >> Аналогичное влияние испытали и носители тюркских языков, приняв имя Олега в форме Йолыг, поскольку в нем заключалось могучая энергетика значения вещего волхва.
         
        Не получается, имя Йолыг (Йолыг-каган, Йолыг-тегин) встречается в Орхоно-енисейских надписях. Кстати, Йолыг-тегин считается основателем древнетюркской литературы.

        • Liddy Groth говорит:

          >> Извините, возможно, действительно недосмотрел. В то же время, что позволяет говорить о вероятности происхождения гидронима Волга от тюркского Елга.
           
          Уважаемый Сергей! Недосмотр легко устранить, внимательно ознакомившись со статьей. В статье я пишу, что Елга – не тюркский гидроним, а древнерусский. А Вы опять, не разобравшись в концепции статьи, гнете свою линию про тюркскую Елгу.
           
          >> Во-первых, тюрки и финно-угры жили практически на всем протяжении Волги.
           
          Во-первых, почему жили? Названные Вами народы и сейчас там живут. Кроме того, там живут и русские, которых Вы почему-то не видите, а в низовьях Волги живут калмыки. Вот такое многоцветье культур России. И вопрос в том, какие народы когда появились на берегах Волги. Вы, судя по всему, находитесь под влиянием устарелой концепции, которую я разбираю в начале статьи о том, что русские появились на Волге позднее финно-угорских и тюркских народов.
           
          >> Во-вторых, по соседству, в ареале обитания иранских племен, течет Дон, с иранского – река. Совпадение едва ли случайно.
           
          А кто говорит о случайности? Все более-менее крупные гидронимы Восточной Европы названы носителями индоевропейских языков. Только «иранские племена» следует искать в Иране (у Вас устарелая фразеология), об этом тоже есть в статье, но Вы, судя по всему, читали ее очень небрежно. Если выражаться грамотно, то следовало бы сказать о том, что в Ригведе дану обозначает реку вообще, а вот в индоарийских языках, как отмечают индологи, это слово уже не встречается, т.е. оно относится к ведийскому языку, является реликтовым словом. Арии, которые ушли из Восточной Европы и стали со временем индоариями и иранцами, оставили его на своей прародине. Поэтому оно осталось у осетин как дон – вода, в лексике русских как дно – элемент русла любой реки или любого водоема, а также помимо Дона отразилось в гидронимах Дунай, Днепр, Днестр и так вплоть до Дона на Британских островах – Дон там есть, а иранцев нет. Это священное название уносили из Восточной Европы мигранты – носители рода R1a, но только те, кто там остался после ухода ариев в Азию. Известны и различные индоевропейские названия Волги: у древних ариев она называлась Рангха или Раса, что у античных авторов превратилось в редуцированное Ра. Мы беседуем здесь же с читателем Юрием ВК. Взглянули бы хоть на другие комментарии к этой статье.
           
          >> Вместе с тем, утверждать, что название Волга произошло только из тюркских или только из славянских языков – едва ли плодотворно.
           
          Более того, ошибочно, если Вы под славянами разумеете отмеченные в летописи миграции из Подунавья в VII в. В самом начале статьи я упоминаю об этом.
           
          >> Контаминация созвучных или близких по смыслу слов на стыке разных языковых групп явление закономерное.
           
          Сколько наукообразия и никакого реального смысла без конктретных примеров.
           
          >> Так что вполне возможно, что пришедшие к Волге славяне, слыша, как аборигены называют Волгу, Елгой-рекой…
           
          О каких аборигенах идет речь? О палеоевропейцах? Поскольку следующими за ними были носители индоевропейских языков. До сих пор их отождествляли только с ариями. Но я сумела выделить там и древних русов – об этом и статья, которую Вы либо совершенно не поняли, либо прочитали по диагонали. К тому же, не обратили внимание и на замечание в моем ответе о том, что название Елга фиксируется в тех областях, где тюрко-язычных народов нет (Елга – приток Вятки). Вы с кем беседуете: со мной или с самим собой?
           
          >> «В марийский языках Йолга значит «сиять, светиться», в мордовских — елганя значит «гибкий, упругий», -ня — суффикс. В тюркских языках «елга» значит «овраг, ложбина, ручей, речка». Прозвище Елга мог получить человек, живший у речки. С суффиксом -ин получается фамилия Елгин». (Наука и жизнь, Из истории фамилий. доктор филологических наук А. Суперанская).
           
          Суперанская и ее коллега Суслова – отличные специалисты в области ономастики. И когда речь у них идет, например, об именах древнегреческих героев, то там все замечательно, поскольку они исходят из хорошо разработанной ономастики древнегреческого мира. Что же касается Восточной Европы, то здесь они исходят из той этнической карты Восточной Европы в древности, которая была навязана науке шведским политическим мифом, одним из разработчиков-разводчиков которого был О.Рудбек и согласно которому финны заселяли Восточную Европу и подчинялись шведо-варягам задолго до славян (у меня есть об этом статьи). Сейчас известна утопическая, т.е. ненаучная природа этой карты, поскольку доказано, что первыми насельниками на Русской равнине были носители индоевропейских языков, а финно-угорские, и существенно позднее их тюркские народы расселялись уже на освоенных теми носителями восточноевропейских просторах. Освоенность включала и наличие топонимики, поскольку природным феноменам давались имена оберегов – предков или богов (например, Волга/Елга). Эти имена усваивались и лексикой новых пришельцев. Отсюда наличие Йолга в марийском или Йолыг в тюркском. Отсюда же и елга как обозначение речки в тюркских языках.
           
          По поводу мордовского елганя уместно напомнить, что предки мордвы были, судя по всему, одними из ранних переселенцев в Восточную Европу из-за Уралья. Все этнонимы мордвы: и собирательный мордва, и самоназвания эрзя и мокша происходят из индоевропейских языков, причем из очень древних языковых пластов (см., например, работы Н.Ф. Мокшина). Например, мокша имеет соответствие в санскрите: moksa – освобождение, т.е. высшее совершенство; для этнонима эрзя нашли соответствия из иранского arsan – самец, мужчина, герой. Предполагают также, что этноним эрзя имеет и какую-то генетическую связь с древним этнонимом «арья», которое происходит от санскритского корня -рь/-ри, где основные значения «хозяин, скотовод, член кочующего племени» (Гусева Н.Р.).
           
          Совершенно очевидно, что соединение индоевропейского имени и финно-угорского языка в этническом облике мордовского народа свидетельствуют о том, что в его этногенезе, как и в этногенезе, например, современных болгар, участвовали разноэтничные предки: носители финно-угорских языков и носители индоевропейских языков, когда вновь созданная общность язык получила от одного «родителя» – финно-угорского, а имя – от другого – индоевропейского. Связь одного из этнонимов – самоназвания мокша с гидронимом Мокша позволяет предположить, что носители финно-угорского языка мигрировали в области, уже освоенные древнейшей индоевропейской традицией, давшей имена явно предкового, сакрального значения природным феноменам, которые и были приняты финно-угорскими предками современной мордвы. О присутствии в мордовской традиции реликтового индоевропейского культурного пласта говорит и сохранение использования древнейшего названия Волги – Ра, которое, по данным современных исследователей (А.В.Подосинов) восходит к ведийскому Rasa и авестийскому Rangha – главной мировой реке ведийской и зороастрийской мифологии. В эрзя-мордовском оно звучит как Рав (О), а в мокша-мордовском – как Рава. Предполагается (Шрамм Г.), что это древнее заимствование из североиранского. Но «заимствования из североиранского» – дань устаревшей концепции, поскольку насельниками в Восточной Европе являются R1a – арии до миграций и выделяемые мной древние русы.
           
          Исследовались связи между этнонимом мокша и женским божеством древнерусского пантеона Мокошью (см., например, Б.А.Рыбаков). Но на пути вставала утопическая концепция отождествления русов с носителями имени славян периода не ранее конца VI-VII вв. и отсутствие общеславянского божества Мокоши. Традиция почитания Мокоши полнее всего сохранилась в северорусской традиции, куда славянская колонизация из Подунавья пришла очень поздно, причём уже сильно окрашенная православием. В областях же, с которыми связывают славянский этногенез (от Повисленья до Поднепровья) развитой традиции культа Мокоши не обнаружено, есть только эпизодические упоминания этого имени в сказках (словенская сказка о колдунье Мокошке – см. Иванов В.В., Топоров В.Н.). Б.А. Рыбаков приводил утверждение Л.Нидерле о Мокоши, что нигде более она не известна кроме как у русских (как и Хорс, о чем говорится в статье). В словаре Г. Дьяченко приводятся сведения знатока Олонецкого края Е.В.Барсова о том, что имя Мокоши встречалось еще в XVI в. в вопросниках «не ходила еще к мокошѣ?), а у Даля есть значение мокшить как просить. Таким образом, Мокошь – милостивое женское божество древних русов, именем которого назывались гидронимы, и по имени одного из таких гидронимов назвали себя пришлые финно-угорские переселенцы. Имя этого божества оставило свой след и в санскрите, отразившись в теологической лексике. Вот Вам пример того, как взаимодействовали финно-угорские переселенцы и индоевропейские аборигены (арии и древние русы).
           
          >> Еще одно найденное мною значение имени Йолыг – счастливый.
           
          Прекрасно. См. комментарий выше.
           
          >> Не получается, имя Йолыг (Йолыг-каган, Йолыг-тегин) встречается в Орхоно-енисейских надписях.
           
          Еще как получается-то. Вы что-нибудь слышали о миграциях ариев на восток и создании ими там великолепных культур, повлиявших на этногенез и культурогенез народов Сибири, Центральной Азии? Об этом есть громадная литература. Память об этом влиянии сохранилась и в этногенетических мифах тюрков. Неужели ничего не знаете? Кроме многочисленных исследований сибирских научных центров, об этом есть и мои статьи на Переформате. А недавно вышла очень увлекательная книга А.А.Клёсова и К.Пензева «Арийские народы на просторах Евразии».
           
          >> Кстати, Йолыг-тегин считается основателем древнетюркской литературы.
           
          И какой вывод из этого? Вы что же, полагаете, что имя того или иного основателя обязательно согласуется с этнической принадлежностью основателя? Мысль на уровне XVI-XVIII вв. Имена даются, исходя из той системы верований, в рамках которых живет народ, отсюда имена христианские, мусульманские, буддийские и т.д. Если часть предков современных тюркских народов жила в лоне индоевропейского солнцепоклонства еще в Сибири, то и имена у них соответствующие, адаптированные по форме к тюркским языкам.
           
          В завершение хочу сказать, что Вашими вопросами Вы продемонстрировали крайне небрежное прочтение моей статьи, что я расцениваю как неуважение ко мне как к автору. Если Вы собираетесь продолжить обсуждение, то это может быт сделано только на основе статьи, а не на основе привычных Вам стереотипов.

          • Svatopolk говорит:

            Здравствуйте! Извините, если слишком много на себя беру, но утверждение об отсутствии в общеславянском пантеоне богини Мокоши, на мой взгляд, не совсем обосновано. По крайней мере, имя Мокошь известно на территории расселения западных славян: в Чехии и сейчас существует город Мокошин (Mokošín), первое упоминание которого относится еще к 1073 году. Это, конечно, не говорит о почитании чехами богини, но факт использования имени есть. Сайт города: obecmokosin.cz
             
            Простите за вторжение!

            • Liddy Groth говорит:

              >> …утверждение об отсутствии в общеславянском пантеоне богини Мокоши, на мой взгляд, не совсем обосновано.
               
              Уважаемый Svatopolk! Речь идет о культе Мокоши. Исследованием этого вопроса, как сказано в статье, занимался Нидерле – автор, которому в данном вопросе вполне можно доверять.
               
              >> …имя Мокошь известно на территории расселения западных славян: в Чехии и сейчас существует город Мокошин…
               
              Распространение теонима за пределы территории культа в формах названий местности и личных имен – феномен хорошо известный. В статье, например, говорится о божестве Хорса, культ которого был известен только как древнерусский культ в Восточной Европе, но у сербов было известно личное имя Хръсь. Тоже и с богиней Мокошью. Но каждое божество могло иметь много имен, поэтому сходный культ в разных областях мог существовать под другими именами.

              • Svatopolk говорит:

                В таком случае прошу простить мне мою необразованность! Я полагал, что наличие культа того или иного бога можно установить и косвенно – как раз по топонимике, наличию соответствующих имен… К примеру, культ Сварога как таковой на Руси не фиксируется, о нем нет ни слова в поучениях против язычников, в описании кумиров, есть только его упоминание в летописи в качестве отца Даждьбога. Что, однако, по Вашим словам, не позволяет делать вывод о наличии его культа.
                 
                По поводу же Мокоши у западных славян позволю себе привести еще несколько обнаруженных мною топонимов: в Польше – Mokszany, Mokszy Błoto, Mąkoszyn, Mokuszów, у Полабских славян – Muuks/Mukus, у лужицких сорбов – Mokočice, в Чехии так же известны Mokošin vrch, Mokošny, Makušín.
                 
                Прошу извинить за настырность!

                • Liddy Groth говорит:

                  >> …Я полагал, что наличие культа того или иного бога можно установить и косвенно – как раз по топонимике, наличию соответствующих имен…
                   
                  Топонимика – важный источник, но одного этого источника недостаточно, в частности, для того, чтобы установить, связан ли данный топоним с отправлением культа в данной местности или он свидетельствует о чем-то другом.
                   
                  >> …К примеру, культ Сварога как таковой на Руси не фиксируется, о нем нет ни слова в поучениях против язычников, в описании кумиров, есть только его упоминание в летописи в качестве отца Даждьбога. Что, однако, по Вашим словам, не позволяет делать вывод о наличии его культа.
                   
                  Где в обсуждаемой статье я говорю об этом?
                   
                  >> По поводу же Мокоши у западных славян позволю себе привести еще несколько обнаруженных мною топонимов…
                   
                  Если Вас так занимает культ женского божества Мокоши и Вы полагаете, что данный вопрос был недостаточно исследован Нидерле и Рыбаковым, то проведите свое исследование, посмотрите, следы почитания каких женских божеств можно выявить в указанных Вами местностях, и мы с интересом рассмотрим обнаруженные Вами новые материалы.

                  • Svatopolk говорит:

                    Сварог был приведен только как пример, я и не утверждал, что Вы его где-то упоминали. Культ Сварога на Руси нигде не упомянут и никем не описан, что не мешает, однако, исследователям строить о нем гипотезы. Извините за отнятое время.

  • Елена Иванова говорит:

    >> Eligas/Ilias как отражение русского Елъгъ/Олъгъ лишний раз свидетельствует о том, что христианизация языческого именослова происходила при помощи «наложения» новых библейских имен на созвучную языческую основу. Сейчас имя Eligas künig von Reussen переводится в современных изданиях как Илья, хотя использованные Халанским ранние издания показывают, что путь к этому христианскому имени шел от древнерусских языческих Eligas и Elegast таким же образом, как от языческого Данслава/Данши – к библейскому Даниилу.
     
    Читаю это и думаю про Илью Муромца, ведь были же варианты Волья и Вильга. А потом взяли и «окрестили» в честь пророка Ильи.

    • Liddy Groth говорит:

      >> …думаю про Илью Муромца, ведь были же варианты Волья и Вильга.
       
      Совершенно верно. В северорусских (онежских) былинах и в преданиях. Этот материал есть в новой книге о летописных именах – статья является небольшим отрывком из нее.
       
      >> А потом взяли и «окрестили» в честь пророка Ильи.
       
      Так шел процесс освоения новых сакральных систем (в Вашем примере – христианства), через замену привычных древних антропонимов созвучными новыми. Об этом я рассуждаю в статье «Князь Олег: имя и личность». В связи с этим возникает законный вопрос: какое влияние северорусский именослов древних русов оказывал на именословы «южных приделов» – античный, библейский и др.? Но так вопрос не ставился с… XVIII в. Там пролегает рубеж, от которого пошли представления о том, что в древнерусской истории все «пришлое».

  • Александр говорит:

    Здравствуйте. У меня есть вопрос. В словаре В. Даля ольга значит топкое болото. Это не может быть связано с Олегом. Я просто подумал, что вещий – значит, вещал что-то людям. Может, он волхвом был, в свободное от работы время? Болото, место обитания нежити, входящей в свиту Велеса. Стало быть, болото – место сакральное. Мне кажется, для волхва вполне подходящее прозвище. Ответьте, в чём я ошибаюсь, пожалуйста. Прошу прощения, если что не так, писанина – не моя стихия.

    • Liddy Groth говорит:

      >> В словаре В. Даля ольга значит топкое болото.
       
      Уважаемый Александр! Да, вот это пояснение у Даля: «ОЛЬГА, топкое болото. Первая застава великая, ольги топучие. Рыбн. III. 19 (Наумов).
       
      >> Болото, место обитания нежити, входящей в свиту Велеса. Стало быть, болото – место сакральное. Мне кажется, для волхва вполне подходящее прозвище. Ответьте, в чём я ошибаюсь, пожалуйста.
       
      В статье я отмечаю, что именной компонент ол-/вол- связан в водой, с водной стихией. С этой же стихией воды хорошо соотносятся и «ольги топучие». Но логичен и ход Ваших рассуждений. Болото, действительно, ассоциировалось как место жительства «нечистой», т.е. демонической силы. Отразилось это поверье во множестве фольклорных произведений. Мне особенно запомнился один из сказов П.П.Бажова «Синюшкин колодец»: «Про Синюшку Илья много слыхал… Вот, дескать, по глухим болотным местам, а то и по старым шахтам набегали люди на Синюшку. Где она сидит, тут и богатство положено». Корень ол-/вол- связан с волхованием, отчего логично протянуть нить и к культу Волоса. Поэтому пример про «ольги топучие» лишний раз подчеркивает связь имен Олега и Ольги с традицией древнерусской культуры, причем с традицией архаичной, уводящей в глубину дохристианских верований.

  • Александр говорит:

    Именно архаичной и дохристианской. Ведь лешие и кикиморы – нечистая и демоническая сила только в представлении христиан и, наверное, относятся к более поздним временам. А с точки зрения язычника это духи – охранители природы и помощники Волоса в поддержании равновесия в мире, стало быть сущности весьма почитаемые. Спасибо, что откликнулись, Лидия Павловна, и успехов вам в ваших трудах!

  • Александр говорит:

    Прошу прощения, еще хотел добавить. Ведь Олег пришел в Киев с Ладоги, а там и болот и водоёмов хватает.

Подписывайтесь на Переформат:
 
Переформатные книжные новинки
   
Конкурс на звание столицы ДНК-генеалогии
Спасибо, Переформат!
  
Наши друзья