Один из читателей, комментируя мой очерк Происхождение Руси в вымыслах и домыслах, заметил, что обращаться ко многим из современных норманистов с идеей содействовать выходу российского общества из духовного кризиса через позитивное восприятие национальной истории – неблагодарная затея. Вполне разделяю этот скепсис. Именно поэтому я пишу «для широкого круга читателей», к которым я стала обращаться напрямую, через голову вузовско-академической системы, полученной вместе с постсоветским наследием марксизма-норманизма. Эта система часто просто своим весом выдавливает инакомыслящих.
 

 
В связи с этим мне пришла в голову мысль показать на примерах, как представители современной вузовско-академической системы борются с инакомыслием. Под инакомыслием ими понимается всякое сомнение в существовании гребцов в лодках во главе с «безродным скандинавом». А в целом – любая критика идеи о том, что скандинавские пираты-викинги эксклюзивно создали государственность в среде восточных славян, настроили городов и организовали торговлю трансконтинентального масштаба.
 
Поэтому расскажу интересную историю моих отношений с коллегами из Великого Новгорода. Впервые в этот город я приехала на конференцию Прошлое Новгорода и Новгородской земли осенью 2005 года, по приглашению доктора исторических наук, профессора Василия Фёдоровича Андреева, в то время заведующего кафедрой Истории и археологии России Новгородского государственного университета имени Ярослава Мудрого. В.Ф. Андреев был инициатором и организатором этих ежегодных конференций еще с начала 90-х годов.
 

Для конференции 2005 г. я предложила доклад «Как Рюрик стал великим русским князем? Теоретические аспекты генезиса древнерусского института княжеской власти». К осени 2005 г. тема генезиса древнерусского института княжеской власти была мною разработана только частично, а большинство публикаций по ней находились в печати. Но В.Ф. Андреев не побоялся поставить мое выступление на пленарное заседание, сказав, что даже заявка такой масштабной темы имеет важное значение. Это был подход ученого милостью божией, который видит и оценивает проблему, абстрагируясь от того, кто ее представляет: маститый академик или малоизвестный «нечиновный» историк, стоящий в начале пути исследования.
 
Получила я приглашение от проф. В.Ф. Андреева и на следующий год. Приехать не смогла, но прислала текст доклада «Начальный период российской истории и западноевропейские утопии», посвященный известной сейчас теме шведской гипербореады. Этот текст был опубликован в материалах конференций 2006-2007 гг.
 
Сейчас можно сказать, что конференции под руководством В.Ф. Андреева были истинным научным форумом, поскольку на них могли выступать ученые, придерживавшиеся различных направлений и взглядов. Последняя конференция В.Ф. Андреева, после трехлетнего перерыва, была проведена осенью 2011 года. Я как обычно получила приглашение и прислала доклад под названием «О титулатуре летописных князей – “О князъх Русскихъ: о Рюрикъ, и Синеусъ и Тривори”, “О князи Рустем Осколдъ” и других» (текст опубликован на сайте переформат.ру под другим названием). Материалы этой конференции до сих пор не опубликованы, официальная причина: за неимением средств.
 
Сотрудничество с проф. В.Ф. Андреевым и его коллегами в рамках конференций «Прошлое Новгорода и Новгородской земли» я всегда буду вспоминать с глубокой благодарностью, поскольку оно очень помогло мне в период разработки двух моих главнейших тем – темы древнерусского института наследной власти в догосударственных обществах и матрилатеральной традиции и темы утопических корней норманизма – наследника готицизма и рудбекианизма.
 
Также с глубокой благодарностью хочется сказать о моем сотрудничестве в Новгороде со специалистами кафедры Всеобщей истории НовГу, создателями Научно-исследовательского музейного центра (НИМЦ) «Лихудовский музей» медиевистами И.Л. Григорьевой и Н.В. Салониковым. НИМЦ получил свое название в память деятельности в Новгороде славянских просветителей и ученых иеромонахов Иоанникия и Софрония Лихудов, стоявших у истоков системы среднего и высшего образования в России начала XVIII в. Создателями «Лихудовского музея» были организованы Лихудовские чтения – уникальные конференции c обширной тематикой, отражающей панораму истории культуры и образования в Новгородской земле. Я была приглашена участвовать во «Вторых Лихудовских чтениях» с докладами «Ингегерд – принцесса свейская и княжна ободритская. К вопросу о генеалогии как источнике информации по генезису наследного института власти» и «К вопросу о летописных варягах “к въстоку” до предела Симова». Оба доклада были опубликованы в сборнике материалов конференции: Лихудовские чтения 2004. Великий Новгород, 2009.
 
В 2010 году были проведены «Третьи Лихудовские чтения», куда я приехала с докладом «Проблемы исследования российского политогенеза и критика норманистской концепции “Князя по найму”». Доклад этот явно стал той каплей, которая переполнила кубок у сторонников норманизма в Великом Новгороде, и в нем зашипел-запенился критический дух, более двухсот лет охранявший покой норманистских химер. Столкновение произошло на пленарном заседании, после моего доклада. Привожу его описание из отчета в Вестнике РОИИ (РОИИ – Межрегиональная общественная организация содействия научно-исследовательской и преподавательской деятельности «Общество интеллектуальной истории»):
 

31 мая – 2 июня 2010 г. в Новгородском государственном университете имени Ярослава Мудрого состоялась научная конференция с международным участием «Третьи Лихудовские чтения». Её организаторами выступили Научно-исследовательский музейный центр «Лихудовский музей» при кафедре всеобщей истории исторического факультета НовГУ; Новгородское региональное отделение Российского общества интеллектуальной истории; Научная библиотека НовГУ, соучредителями — Институт всеобщей истории РАН; Российская национальная библиотека; Новгородская епархия Русской Православной Церкви.
 
В Чтениях приняли участие учёные из Великого Новгорода, Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Набережных Челнов, Томска, Тюмени, а также из Украины (Харьков), Эстонии (Тарту), Швеции (Люлео). Конференция была посвящена приближающемуся 1150-летнему юбилею Российской государственности, а состоялась в Дни славянской письменности и культуры, центром проведения которых в 2010 г. был Великий Новгород. На открытии Чтений в конференц-зале университета в числе многочисленных гостей присутствовали священно- и церковнослужители Новгородской епархии Русской Православной Церкви.
 
После приветственных слов от имени руководства НовГУ и деканата исторического факультета, содержащих, в частности, тёплые слова по адресу учёных, приехавших из Украины, Эстонии и Швеции, с приветственной речью от имени Архиепископа Великого Новгорода и Старорусского Льва выступил протоиерей Александр Ранне. Он отметил большую роль братьев Лихудов в становлении системы духовного образования в России.
 
Затем прозвучало Вступительное слово члена-корреспондента Афинской Академии Б.Л. Фонкича: «Дорогие друзья, разрешите от всего сердца приветствовать вас — организаторов и участников научной конференции «Третьи Лихудовские чтения», открывающейся в юбилейный год, когда мы отмечаем 325-летие создания Славяно-греко-латинской Академии. Начавшись в 1998 г. как очень специальное, достаточно скромное научное мероприятие, посвящённое по преимуществу деятельности Иоанникия и Софрония Лихудов в России, «Лихудовские чтения» уже на следующей встрече в 2004 г. заявляют себя конференцией высокого научного уровня. «Третьи Лихудовские чтения» — это уже качественно новый съезд учёных, интересы которых распространяются не только на изучение греческо-русских связей конца XVII — первой половины XVIII в., не только на исследование деятельности самих братьев Лихудов как создателей высшего образования на русской почве и их непосредственных учеников (хотя и здесь делается немало нового и важного), но невероятно расширяются и в плане хронологии, и в плане географии, и в плане тематики: теперь нас занимает история просвещения и образования всей Европы от Античности и Раннего Средневековья до наших дней; наряду с постоянными темами, имеющими отношение к истории русского просвещения, к преподаванию преимущественно гуманитарных дисциплин, мы обращаемся теперь к той богатой и разнообразной картине русской культуры XVII-XIX вв., изучать которую без знания «лихудовской проблематики» было бы нелегко и неверно».
 
Темой первого доклада пленарного заседания были проблемы изучения российского политогенеза. Л.П. Грот представила в нём результаты своих исследований о влиянии ряда западноевропейских утопий на изучение проблемы генезиса древнерусского института княжеской власти. Она отметила, что доминирующая в науке концепция возникновения княжеской власти в Новгороде вследствие договора с Рюриком, определяемая ею как реликт теории общественного договора XVII-XVIII вв., идёт вразрез как со всей известной династийной практикой человечества, так и с достижениями современных теоретических исследований, выявивших появление уже в архаичных обществах института верховной власти, носившего сакральный и наследственный характер и возникшего отнюдь не по договору. В потестарной системе далёкого прошлого, подчеркнул докладчик, нет места отношениям найма, поскольку услуги по найму осуществляются в профанной среде, а традиции верховной власти рождаются в сфере сакральной.
 
Доклад вызвал полемику. К.Г. Самойлов (НовГУ), отстаивая идею возникновения княжеской власти по договору, в качестве аргумента сослался на находки «замков»-пломб, датируемых концом X в. и гипотетически связываемых с договором призвания князя в Новгородскую землю. По мнению Л.П. Грот, «замки»-пломбы, как и любые другие археологические находки, могут подтверждать только начало новой княжеской династии, а не возникновение самого института княжеской власти. Иначе получается, отметила она, что летописные княжения существовали какое-то время без института, который «подоспел позднее» и возник по договору. Существовали договоры с князьями, а не институт княжеской власти по договору, резюмировала Л.П. Грот.

 
«Полемика» с археологом Самойловым («Старорусская археологическая экспедиция», руководитель – Е.В. Торопова) была продолжена и после доклада. Как говорится «под занавес», на лестничной площадке при выходе из зала я получила вопрос, от которого почти потеряла дар речи.
 
— Откуда Вы вообще взяли Ваши княженья до Рюрика?! – вопросил мой оппонент уже совсем наэлектризованным тоном.
 
— Из Повести Временных Лет, например, – только и смогла ответить я, поняв, что норманисты так крепко веруют в догму безродного Рюрика – наемника из Скандинавии, невесть как ставшего первым наследным русским князем, что не считают нужным сверяться с древнерусским летописанием.
 
Но «полемика», на мой взгляд, принесла два положительных результата. На второй день конференции Самойлов подошел ко мне и сообщил, что он ознакомился с ПВЛ и действительно обнаружил там княженья до Рюрика, в связи с чем решил принести свои извинения. Извинения были, разумеется, приняты, хотя и настроили на несколько философский лад. Не странно ли, подумалось мне, что резкости иных оппонентов допускаются прилюдно, а вот извинения приносятся с глазу на глаз. Однако сам по себе факт обнаружения норманистом древнерусских княжений (а следовательно, и князей) до Рюрика должен быть записан в приходную часть активов, что само по себе неплохо.
 
Далее, рассуждения Самойлова о новгородских замках-пломбах и сравнение их с дублинскими цилиндрами как аргумент о «норманском» вкладе в создание древнерусского института княжеской власти вызвали мой интерес к тому, чтобы поподробнее ознакомиться с ирландскими археологическими материалами по данному вопросу (о новгородских «замках»-пломбах хорошо известно по работам академика В.Л. Янина). Это привело к написанию статьи «О древнерусском институте княжеской власти, новгородских «замках»-цилиндрах и ирландских toggles», отданной для публикации в сборник материалов «Третьих Лихудовских чтений». Поскольку материалы данной конференции до сих пор не опубликованы в связи с отсутствием финансирования, организаторы Лихудовских чтений предложили дать эту статью в электронном виде, что я и сделаю в ближайшее время на сайте переформат.ру.
 
Ирландские toggles описаны подробно в работе ирландского ученого Дж. Ланга. Сравнение их с новгородскими «замками» сразу же обнаруживает тот факт, что между ними и «замками» нет ничего общего: ни функционально, ни по происхождению, поскольку ирландские «цилиндры» классифицируются как произведения автохтонной, т.е. ирландской материальной культуры, а не как следы присутствия «норманнов», на что пытался упирать Самойлов в своей полемике.
 
Худо во всей этой истории то, что сведения об ирландских «цилиндрах» были принесены в Новгород «третьей стороной», причем таким образом, что точное описание ирландского археологического материала куда-то стушевалось и исчезло, а размеры toggles были явно «подтянуты» к размерам новгородских «замков» (порядка 8 см) и волинских цилиндров (порядка 7 см), т.е. представлены в виде шкалы в 5 см, хотя в книге Дж. Ланга хорошо видно, что на шкале в 5 см отмечены реальные длины предметов в 2,9 см или в 2,7 см. Помимо этого размеры приведены и в тексте, так что ошибиться в восприятии данных размеров невозможно. Не берусь судить о том, как сведения об ирландских toggles, «скорректированные» под «древности викингов», якобы распространившиеся от Британских островов до Новгородских земель, были занесены в российскую науку. Упомянутую работу Дж. Ланга, изданную в Дублине в конце 80-х годов, наверное, не так просто было получить российским ученым в конце 90-х годов. Поэтому вполне естественно, что пользовались и посреднической помощью коллег – доверяешь же людям. По крайней мере, В.Л. Янин благодарит за предоставление сведений об этой публикации Р. Ковалёва (Янин В.Л. У истоков новгородской государственности. Великий Новгород, 2001. Сноска 113 к стр. 62: «Lang J.T. Viking-Age Decorated Wood. A Study of its Ornament and Style. Dublin, 1988. № DW 29, 30, 42. P. 22, 24-25,60,66. Сердечно благодарю Р. Ковалёва за указание на эту публикацию.) Однако пути распространения указанных «сведений» могли быть и более сложными, с участием большего числа лиц.
 
Но как бы то ни было, на деле оказывается, что ирландские toggles – вообще не «скандинавского» происхождения, а это, в свою очередь, освобождает от подозрения в «скандинавском» происхождении как новгородские «замки»-пломбы, так и волинские цилиндры. Новгородские же «замки» и волинские цилиндры – явная родня, что хорошо видно как на иллюстрации с их изображением, так и из пояснений В.Л.Янина.
 
 

Цилиндр из Белоозера и цилиндр из Волина

В своей статье я постаралась привести достаточно подробные данные из книги Дж. Ланга, что дает возможность сравнить ирландский археологический материал с новгородским и волинским. Но неплохо было бы найти эту работу и в интернете для того чтобы сделать ее доступной для многих читателей. Поскольку до тех пор, пока норманисты занимаются подбрасыванием в российскую науку подманипулированных данных, надо иметь возможность все перепроверять самим с оригинальным материалом в руках.
 
Однако продолжу рассказ о том, как развивались мои отношения с норманистами из Великого Новгорода. На смену конференциям В.Ф. Андреева пришла «Новгородика», которая стала проводиться с 2006 года с периодичностью раз в два года, и обстановка поменялась очень ощутимо.
 
На конференцию «Новгородика 2010» я в указанные сроки отправила заявку с темой доклада «Варяги-варины-вэринги в норманистской концепции и в истории», и через некоторое время получила подтверждение, что заявка получена. Но в конце мая, будучи в Новгороде на упомянутых Лихудовских чтениях, я с удивлением узнала, что мою заявку никак не могут найти. Что ж, в жизни всякое бывает. И по возвращении в Люлео я сразу же продублировала отправку заявки на «Новгородику 2010». Внизу привожу переписку с представителем Оргкомитета конференции, которая красноречива сама по себе.
 

3 juni 2010
Уважаемый Оргкомитет!
Направляю Вам заявку на участие в конференции «Новгородика – 2010».
Пересылаю также Ваш ответ о принятии заявки.
Просьба подтвердить получение.
С уважением
Л.П.Грот
 
3 juni 2010
Re: Novgorodika
Лидия Павловна, здравствуйте!
Конечно, Ваша заявка была мною принята, она включена в общий список еще давно (посмотрела списки еще вчера, не успела Вам отписать сразу). Все же спасибо за дублировку, и простите мою забывчивость: заявок уже 152, очень трудно все держать в голове.
Всего Вам самого доброго!

 
9 juni 2010
Re: О решении оргкомитета «Новгородики»
Уважаемая Лидия Павловна, здравствуйте!
Вчера у нас состоялось расширенное заседание оргкомитета «Новгородики», на котором мы окончательно утверждали списки приглашаемых участников. К сожалению, от части заявок нам пришлось отказаться. Мне выпала не очень приятная миссия сообщить Вам, что Вашу заявку оргкомитет счел возможным отклонить. Сообщаю Вам решение моих коллег, поскольку мое мнение, конечно, не является определяющим, т.к. все решения по научной части принимает общее собрание оргкомитета.
С самыми добрыми чувствами –

 
9 juni 2010
Уважаемая …!
Как автор, я имею право знать, по какой причине отклонена моя заявка?
С уважением
Л.П.Грот
 
14 juni 2010
Уважаемая …!
Сожалею, но я вынуждена напомнить Вам, что я обращалась к Вам с вопросом: по какой причине была отклонена моя заявка на участие в конференции «Новгородика», хотя заявка была подана в срок, и предложенный доклад соответствует теме конференции. Новгородский университет – не официальный орган с определённым режимом, а общее собрание оргкомитета – мероприятие открытое, поэтому будьте любезны и сообщите, пожалуйста, в каких формулировках «общее собрание» постановило, что по причине того-то и того-то мою заявку следует отклонить. В противном случае «оргкомитет» даёт мне повод думать, что он борется таким способом с инакомыслящими – явно неподходящая позиция для научного собрания.
Всего доброго.
Л.П.Грот
 
14 juni 2010
Уважаемая Лидия Павловна, здравствуйте!
Извините за задержку с ответом – до последнего решали о степени наших возможностей по отношению к каждому заявившемуся. К сожалению, мы не сможем оплатить дорогу и проживание многим из них: уровень финансирования, в связи с усилившимися кризисными моментами разного характера, слишком низок. Поэтому мы призываем всех, кто сможет приехать за свой счет, сделать это. Если Вы пожелаете потратиться и приехать в Новгород во второй раз за короткое время, мы включим Вас в программу конференции.
Что касается инакомыслия, о котором Вы пишете, – не имею о нем ни малейшего представления, и не думаю, что в сегодняшнем научном мире оно каким-то образом карается. В истинной науке, как Вы понимаете, инакомыслие никогда не становилось предметом репрессий. Лишь бы это была на самом деле наука – к чему мы все стремимся, формируя состав конференции, особенно такой дорогой нам, как «Новгородика».
Еще раз прошу извинения за Ваше вынужденное ожидание.

 
15 juni 2010
Уважаемая …!
Вы задержались не только с ответом, но и с предложением мне поучаствовать в «Новгородике» за свой счёт.
От 9/6-10 Вы известили меня, без особых разъяснений, о том, что общее собрание Оргомитета приняло решение об отклонении моей заявки. Поскольку общее собрание Оргкомитета формулирует свои решения словесно, я обратилась к Вам с просьбой сообщить мне формулировку решения, по которому моя заявка была отклонена. После напоминания о том, что я жду ответа, Вы присылаете мне какое-то путаное письмо о том, что кризис крепчает, денег мало, и Вы обращаетесь с призывом приехать за свой счёт. Уважаемая …, если моя заявка уже отклонена, то при чём здесь деньги?! Или правая рука Вашего Оргкомитета не знает, что делает левая? Значит, сам по себе мой доклад не нужен, но если за деньги, то Вы так уж и быть, можете опять включить меня в программу? Подобную пренебрежительную форму обращения с учёными мне до сих пор не доводилось наблюдать при организации научных конференций!
Всех Вам благ.
Л.П.Грот
 
P.S. Формулировки типа «истинная наука» или «подлинно научный уровень» и пр. подходят больше догматикам и сектантам от науки, для учёных достаточно одного слова «наука» – просто и со вкусом. Научно-образовательные учреждения не наделены полномочиями карать или проводить репрессии – руки коротки -, но в их стенах бытуют иные способы, например, замалчивание, организованный отказ от открытой дискуссии и пр. Вы, по Вашим словам, не в курсе всего этого, поэтому я Вам и рассказываю.
 
15 juni 2010
Здравствуйте, Лидия Павловна!
Сожалею, что наша переписка вышла на такой уровень: мне еще никогда не приходилось так общаться с заявившимися на конференцию учеными. Но я благодарю Вас за разъяснения и за урок, который я извлекла из этой ситуации. Впредь я постараюсь вести себя так, чтобы не обнадеживать людей раньше времени, не проникаться к ним личной симпатией, чтобы потом не писать, как Вы выражаетесь, «путаных писем», которые на самом деле отражают не мои нестройные мысли, а на самом деле сложную ситуацию.
Еще раз приношу Вам свои личные извинения.
Всего Вам самого доброго!

 
В этом году, как известно, проводилась «Новгородика 2012», куда я также направляла заявку на участие с темой доклада «Призвание Рюрика: о чем идет спор». Методы организации конференции в этом году рационализировались таким образом, что Оргкомитету не пришлось вступать в переписку с каждым отдельным заявителем. На сайте НовГУ просто были вывешены списки участников конференции, заявки которых были приняты. Как собственно и ожидалось, своего имени я в этих списках не обнаружила.
 

Фрагмент из открытой переписки того самого К.Г.Самойлова, о котором шла речь в начале
 
В интернете сегодня можно натолкнуться на самую разнообразную информацию. И мне иногда присылают всякую всячину, если она меня касается. Так я узнала о кулуарном обмене мнениями по поводу моей заявки на участие в «Новгородике 2012». Хорошо иллюстрирует положение вещей в современной вузовско-академической системе.
 
Лидия Грот,
кандидат исторических наук
 
Перейти к авторской колонке
 

Понравилась статья? Поделитесь ссылкой с друзьями!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Читайте другие статьи на Переформате:

20 комментариев: Как норманисты справляют Год государственности

  • В. говорит:

    Эти товарищи постоянно оттачивают навыки и цинизм. Я столкнулся с подобной ситуацией в прошлом году, в Институте российской истории. Будучи кандидатом исторических наук, я регулярно с 2005 года принимал участие в проводимых ИРИ РАН мероприятиях, публиковался в сборнике Трудов института и в других издаваемых там научных сборниках. Причём я никогда не был сотрудником института, т.е. из любви к истории, добровольно и бесплатно делал то, за что другие получают оклад и повод надувать щёки. Это продолжалось ровно до того момента, как пришёл новый директор – Ю.А. Петров. Он сменил «антинорманиста» А.Н. Сахарова. Буквально сразу после этого была апробирована схема недопущения «инакомыслящих». Примерно такая же, как Вы описали. Впрочем, моё «инакомыслие» и выражается в том же – в сомнениях относительно скандинавских первооткрывателей русской истории. Так что можно, думаю, говорить о скоординированной политике. Для наглядности приведу фрагменты из своей переписки:
     
    Здравствуйте! Ваша заявка принята и будет рассмотрена до середины сентября. Приглашение участникам конференции будет рассылаться в конце сентября. С уважением, секретарь Оргкомитета.
     
    Прошу сообщить результаты рассмотрения.
     
    Ваша заявка была внимательно рассмотрена членами Оргкомитета. К сожалению, мы не можем пригласить Вас участвовать в мероприятии, так как Оргкомитет вынужден был осуществлять отбор из большого числа поступивших заявок высокого научного качества. Мы надеемся на дальнейшее сотрудничество с Вами и, возможно, Ваше участие в научных мероприятиях, которые будет проводить ИРИ РАН в будущем.

     
    Такие опусы принято называть «отписками». Естественно, мне захотелось получить ответ по существу: на каком основании заявка была отклонена и как она рассматривалась (насколько понимаю, рассмотрение должно как-то официально документироваться). Заявленная тема полностью соответствовала общей тематике. Ранее никаких проблем с участием в конференциях ИРИ РАН не возникало. В сборниках института мои статьи представлены. Новый доклад планировался, собственно, продолжением всего этого. Но тут вдруг новый директор и… «отбор из большого числа поступивших заявок высокого научного качества». А как вообще можно определить степень «научного качества» той или иной заявки, если по требованиям оргкомитета она должна содержать лишь тему выступления, ФИО докладчика и пару абзацев общего текста? Заявка – она и есть заявка.
     
    Что же по существу? Та же схема, как в Вашем, Лидия Павловна, случае. Сперва заявка формально принимается. Этим занимается технический человек, который «не в теме». Затем список заявок просматривает «цензор» (в этой среде позиция, очевидно, почётная – что следует из приведённого Вами скриншота). И происходит собственно цензирование. В случае несогласия «инакомыслящего» снова включается технический человек, которому отведена известная роль – и начинаются «путаные письма» о том, что заявок очень много, ситуация сложная, решение принял кто-то там и прочие бла-бла-бла…
     
    В моём случае схему усовершенствовали тем, что к простому «заявка принята» добавилось – «к рассмотрению», чтобы потом не попасть в просак и оставить возможность для отклонения любого неугодного доклада по надуманному предлогу или вообще без объяснения причин. Так и произошло. Спустя 2 месяца на мой запрос о том, по каким причинам заявку отклонили и как происходило её рассмотрение, был получен ответ:
     
    Обращаем Ваше внимание, что в Информационном письме сообщалось, что Оргкомитет оставляет за собой право отбора докладов участников конференции и публикации материалов. Ваша заявка была отклонена в соответствии с данным пунктом Информационного письма. С уважением, секретарь Оргкомитета.
     
    То есть никаких объяснений. Оставили за собой право отклонить – и отклонили. Впрочем, такие ответы ставят руководство института в дурацкое положение. Мелкий клерк от науки открыто признаёт, что участники конференции выбираются произвольно. Для меня это не стало открытием. Но подумайте: сегодня именно такие люди определяют будущее российской исторической науки. На бюджетные средства, конечно. И не верьте, когда говорят, что эти средства – мизерные и выделяют их якобы редко. Смотря для кого. Некоторым на жизнь очень хорошо хватает. И не только отдельным персонам, но и целым лжетеориям – норманнской, например.

  • Нефёдов Е. говорит:

    Это самые настоящие мошенники и шарлатаны во всём – и в том, как они пишут свою теорию, как обращаются с фактами, и в методах их взаимоотношений с оппонентами! Вся “дискуссия” с сомневающимися лежит полностью вне границ понятия “наука” (если мы берём это слово в исходном, чистом значении – “накопления и систематизации проверенных, доказанных, точных знаний”) – то, как они ведут общение с инакомыслящими – это вненаучная возня с целью расправиться над сомневающимся. Что-то типа инквизиции или НКВД, когда человек карается за сам факт несогласия с чем-то без рассмотрения доказательств того прав он, сомневаясь в этом, или нет. Есть у него основания или нет. Уже само несогласие с их постулатами выставляется ими как якобы заведомый признак неправоты. Большие ничего они делать не умеют! Это воинствующие мошенники и шулеры!

  • Ulmerug говорит:

    Спасибо за статью! Вы очень правильно делаете, что открываете все эти подковёрные махинации: важно знать, что зачастую скрывается под мыльным пузырем напускной научности. Особо впечатлил г-н Самойлов, “почитавший” ПВЛ лишь в 2010 г. (вопрос, что он делал на университетской скамье?..) и история с ирландским бочонком, выросшим в размерах и перешедшим в круг скандинавских древностей.

  • Александр говорит:

    Видели реакцию норманистов на это? Спорить с вами им «лень», не могут снизойти с высоты собственного «профессионализма». Разложение в «академической системе» полное. Некий Белецкий «раздражается», что какая-то там Лидия Грот, которую он «никогда раньше не читал», «зря все-таки занялась варяжской проблемой». Представляет всё так, что вы «жалуетесь на каждом углу» на обычное дело в этой разложившейся системе, когда конференции, организованные за госсчёт, стали междусобойчиками. Здесь не пустить учёного прочитать доклад обычное дело. Нужно ли метать бисер и участвовать в этих конференциях?
     
    Запамятовал Белецкий как сам был первым среди подписантов против конференции «Начала Русского мира» в Питере (тут об этом есть – http://pereformat.ru/2011/08/nachalo-russkogo-mira/), куда его не пригласили. Но он и заявки не подавал. И организаторы были коммерческие организации, а не финансируемые из бюджета. Но видно должны были сами нижайше сходить на поклон к «профессионалу». Чем быстрее эта разложившаяся система загнётся тем лучше, произойдёт естественная ротация научных кадров и в России станет больше нормальных историков.

    • Eddla говорит:

      Совершенно с Вами согласна, Александр! Что мы и наблюдаем. Все эти прикормленные в советское время русофобы/интернационалисты больше всего на свете боятся именно того что самосознание русского народа пробудится, вот и стараются они изо всех своих маломощных потуг продлить время «сна» русских. Но их судьба незавидна. Кроме ухмылок и зевоты они более ничего не вызывают.

  • Ovod говорит:

    Извините, если не в тему, но пользуясь случаем хотел бы выяснить один вопрос по «гребцам», о которых Вы столько пишете. Сторонники скандинавской этимологии имени Русь, выводят его от промежуточной финской формы. А возможен ли вообще лингвистический переход с др.-сканд. roþs в др.-русск. русь, в частности др.-сканд. «о» в др.-русск. «у»?
     
    Насколько мне известно, в скандинавских языках первая гласная в слове имеет долгое звучание, а в шведском долгое «о» звучит даже близко к нашей «у». Насколько все это справедливо, особенно к предполагаемому периоду заимствования термина? Другими словами, какое произношение было в шведском диалекте скандинавского языка и соответственно могла ли гласная «у» появиться в др.-русском, а дифтонг ou в финском от сканд. праформы? Есть ли какие примеры заимствований в финский язык со шведского и др.-сканд. с длинным «о» в слове?

    • Liddy Groth говорит:

      Я историк, и лингвистическими исследованиями не занимаюсь. Но полагаю, что для IX века вряд ли имеются надежные лингвистические материалы, раскрывающие процесс взаимодействия носителей восточноскандинавских и западнофинских языков. Я говорю конкретно о IX в. потому, что как историк я во всем должна отталкиваться от хронологии. Собственно, так должны поступать и лингвисты, поскольку все в мире существует не только в пространстве, но и во времени. Однако «абсолютная хронология фонетических изменений – вечная и сложная проблема исторического языкознания» (А.В. Назаренко). Соответственно, лингвистика имеет вторичное значение для исторических исследований.
       
      Возможен ли вообще лингвистический переход с др.-сканд. roÞs в др.-русск. русь…
       
      Небезынтересно в данном контексте привести высказывание известного археолога В.В. Седова: «Однако сам термин Ruotsi/Rootsi не является собственно финским, это – западнофинское заимствование из древнегерманского (выделено мной – Л.Г.). В этой связи высказана догадка, что древнегерманская лексемы roÞs «гребцы» была самоназванием скандинавов, нередко приплывавших в земли западно-финских племен. Отсюда, будто бы, западно-финское название шведов Ruotsi/Rootsi… Археолог не может согласиться с такими построениями. Если Ruotsi/Rootsi является общезападнофинским заимствованием, то оно должно было возникнуть из древнегерманского не в вендельско-викингское время, а раньше – до распада западнофинской общности, т.е. до VII-VIII вв., когда уже началось становление отдельных языков прибалтийских финнов. Тем не менее существенных проникновений скандинавов в западно-финский ареал в первой половине I тыс. н.э. археология не фиксирует, они надежно датируются только вендельско-викингским периодом. Следовательно, с исторических позиций рассматриваемая гипотеза не находит подтверждения.» (Седов В.В. Древнерусская народность. Историко-археологическое исследование. М., 1999. С. 66).
       
      Продолжу, приведя отрывок из работы А.В. Назаренко: «Осознанно или бессознательно сторонники этой гипотезы пытаются обойти уже отмечавшийся нами главный недостаток древнескандинавской этимологии (вернее было бы сказать, этимологий) имени «русь» – отсутствие формально-лингвистически безупречного древнескандинавского оригинала этого имени… Здесь не место вникать в дискуссию вокруг постулируемого исходного звена – др.-сканд. *rōÞ(s)- в составе того или иного композита, проблематичность которого в достаточной мере была продемонстрирована еще Р. Экблумом.., а также дискуссией, развернувшейся после 1947 г. вокруг его работ… Напомним только, что одним из краеугольных камней скандинавской этимологии названия «русь» со времен В. Томсена была такая последовательность заимствований: др.-сканд. *rōÞ(s)- > фин. ruotsi > вост.-слав. русь , поскольку только на финской почве мыслимо сокращение второй части гипотетического (!!! – Л.Г.) древнескандинавского сложного слова до искомого *rōÞ(s)… Как в языке самих варягов или тем более, в греческом исходная форма типа *rōÞs-menn могла редуцироваться до *rōÞs, остается загадкой…».
       
      К этой фразе имеется ссылка: «В этой связи нам непонятно мнение специалиста, отказывающегося от «поиска конкретной (древнескандинавской – А.Н.) словоформы, исходной для фин. Ruotsi», поскольку таковой якобы мог послужить «любой из композитов с первоосновой *rōÞs- » (Мельникова, 1989, с. 298); в том-то и состоит проблема, что не только не любой, а ни один из предложенных до сих пор композитов не дает лингвистически удовлетворительной праформы» (Назаренко А.В. Русь на международных путях. М., 2001. С. 11-50).
       
      Что мы можем почерпнуть из вышеприведенных работ двух выдающихся российских ученых? Во-первых, В.В. Седов напоминает, что исходным для всех лингвистических построений является др.-герм. *rōðs (см. Мельникова Е.А., Петрухин В.Я. Название «Русь» в этнокультурной истории Древнерусского государства // ВИ, 1989, № 8. С. 24-38), исходя из которого и пытались найти подходящие др.-сканд. слова с основой на *roÞs- , типа roÞsmaðr, roÞskarl со значением «гребец, участник похода на гребных судах». Из работы А.В. Назаренко мы видим, что данных др.-сканд. слов для IX века не обнаружено. Назаренко подчеркивает, что все перечисленные др.-сканд. слова с основой *roÞ- для IX в. гипотетичны, что они только предположительно воспроизводят самоназвание с этой основой, «в IX-X вв. якобы (выделено мной – Л.Г.) еще звучавшего в языке восточноевропейских скандинавов» (Указ. соч.). Следовательно:
       
      а.) др.-герм. rōðs могло бытовать в достаточно обширном ареале древнегерманских языков, и для связи его с носителями финских языков надо установить все возможные контакты финнов и носителей др.-герм. языков для IX в., и уже с этим материалом в руках продолжать рассуждения;
       
      б) проявилась ли эта др.-герм. основа в IX в. в др.-сканд. языке, по-прежнему, гипотетично, возможно, др.-сканд. лексемы образовались позднее; шведский норманист Экблюм указывал на проблематичность использования *rōÞ(s)-, немецкий лингвист Шрамм назвал древнескандинавский прототип «балластом» и предложил вообще выкинуть шведских «гребцов» из игры; Мельникова предлагает отказаться от поисков конкретной древнескандинавской словоформы для Руотси, а ижевский историк В.В. Пузанов, свободно толкуя Шрамма, высказывает уверенность в том, что лингвистические трудности преобразования Руотси в Русь следует перестать принимать во внимание, и критикует за, по его убеждению, некорректное отношение к данной проблеме учёных, на эти трудности указывающих (в частности, он указывает на работы А.В. Назаренко, В.В. Седова, О.П. Толочко и П.П. Толочко, А.В. Петрова), аргументируя так, что: «поскольку не найден удовлетворительный древнескандинавский прототип финскому Ruotsi, то и сама схема перехода Ruotsi в Русь несостоятельна… Нетрудно заметить, что такой постановкой вопроса некорректно подменяются понятия: невозможностью убедительного для всех… объяснения происхождения одного из этнонимов, реально существующих до настоящего времени, доказывается невозможность заимствования данного этнонима… другой языковой системой. Такой подход абсолютно некорректен, и проблему трансформации финского Ruotsi в славянское Русь необходимо, здесь мы согласны с Г. Шраммом, освободить от балласта решения проблемы происхождения самого термина Ruotsi.» (Пузанов В.В. Образование древнерусского государства. Ижевск, 2012. С. 274.)
       
      Весь этот пространный материал я привела для того, чтобы образно показать, что все уже из монастыря, один Вы – в монастырь: все начинают потихонечку отказываться от др.-сканд. rōÞ(s), поскольку только тогда, по словам Г. Шрамма, читатель заметит, что Руотси никогда не значило гребцов (Schramm G. Altrusslands Anfang. Historische Schlüsse aus Namen, Wörten und Texten zum 9. und 10. Jahrhundert. Freiburg, 2002).
       
      Соответственно, если норманистам стало неинтересно заниматься связью др.-сканд. rōÞ(s) и др.-русск. русь, то с какой стати я этим буду заниматься? Возможно, Вас удовлетворит замечание Назаренко, что все указанные преобразования могли происходить только при финском посредничестве, а не напрямую. По поводу возможностей перехода др.-сканд. «о» в др.-русск. «у»: обещаю заняться этим вопросом, если Вы найдете для меня подходящие примеры заимствования в др.-русск. языке др.-сканд. слов для IX в.
       
      Еще немного пояснений. В др.-сканд. roÞs корень (т.е. словообразующий элемент) roÞ (от ro – грести), а s – это соединительный согласный для сложносоставных слов. И как всё это, в конце концов, преобразовалось в этноним женского рода Русь есть загадка, как говорит Назаренко. Согласна с ним.
       
      Ответ на Ваш вопрос о том, какое произношение было в шведском диалекте скандинавского языка и могла ли гласная «у» появиться в др.-русск. от скандинавской праформы, частично дан в вышеприведенном материале. Но поскольку со скандинавскими праформами, как Вы могли заметить, у норманистов «напряженка», то более точно ответить на Ваш вопрос невозможно. Найдите конкретные примеры праформ от IX в., и тогда мы продолжим беседу. А до тех пор я решаюсь предполагать, что гласная «у» образовалась в др.-русск. языке в ходе развития самого языка, а не является заимствованной.
       
      И в завершение. Указанные примеры показывают, что все попытки строить доказательства, исходя в первую очередь из лингвистического материала, ничего конкретного не дают. Но весь известный мне исторический материал (по истории Швеции) говорит о полной бессмысленности поисков лингвистического обоснования происхождения этнонима женского рода Русь от какой-либо др.-сканд. праформы. Это подтверждается и открытием специфической историографической традиции Швеции (вообще, Западной Европы) приписывать себе выдуманную историю. В попытках лингвистическим путем доказать происхождение имени Руси от какого-либо шведского слова не больше научности, чем в попытках доказать шведское происхождение имени Гипербореи – а там ведь тоже такую «лингвистику» закручивали, что уму непостижимо! И верили в это почти 200 лет.

  • 333 говорит:

    Я бы посоветовал уважаемой Грот, не тратить время и нервы на бессмысленные конфликты с бессмысленными персонажами. Вся их официозная история, их провонявшие плесенью «институты», их дисеры и «научные труды» – давно уже являются пустым местом. А сами они – никто и звать их, никак. Это не более чем секта городских сумасшедших на гособеспечении, со своей самодеятельностью и стенгазетой.

    • Нефёдов Е. говорит:

      Отлично сказано! Но мало того, что мы понимаем – что они жалкие мошенники, мы должны эту мысль сделать очевидной для всех! А иначе эти мерзавцы так будут продолжать воспроизводить сами себя – воспитывать новые поколения таких же чудаков, как они это делают уже довольно долго. Историю изучать они не умеют, а вот делать себе подобных из студентов – умеют! Зачем нам надо, чтобы они рассказывали всю эту свою чушь про нашу историю?!

  • Liddy Groth говорит:

    По сути я с Вами согласна. Но что делать-то? Ведь эта система продолжает жить и функционировать, что как Вы правильно заметили, научную атмосферу не озонирует. Так делать-то чего?!

  • Екатерина говорит:

    То, что Вы написали, очень интересно. Вы не заметили, случайно, что хронологически изменение отношения к Вашему “инакомыслию” совпадает с политическими переменами в нашей стране. Вероятно, это не случайность. Эти институты, конференции и т.д. часть общей системы, отражающей, насколько сейчас больно наше государство. Вам не дают участвовать в конференциях и публиковать статьи, а других сажают за панк-молебны, несмотря на то, что у нас по Конституции церковь отделена от государства. По сути, это одно и то же. Пока на троне ВВП, пока существует созданная им система, ничего не изменится. А вот, что делать, каждый решает для себя сам. Очень много Ваших коллег, например, выходили 15 сентября…

    • Liddy Groth говорит:

      Уважаемая Екатерина! Я знаю, что отношение ко мне и моим публикациям отражает ситуацию собственно в науке, и справляться с этой ситуацией необходимо сугубо научными методами.

  • Eddla говорит:

    Вы знаете, Лидия! Научными спорами этим убогим «политрукам» от науки ничего не докажешь. Наоборот, пытаясь «играть» с ними по их правилам, вы лишь придаете им уверенности в их контроле за ситуацией. К сожалению, норманская теория есть атавизм совкового прошлого (я сознательно употребляю тут слово «совок» как совокупность всего того узколобого, зашоренного взгляда на мир, коим нас кормили последние 70 лет политруки от науки).
     
    Лидия! Пишите больше, обращайтесь к публике напрямую. Мы очень рады вашим находкам и вашим статьям. А злобные карлики, живущие в мыльных пузырях представлений собственной значимости и непогрешимости никого не интересуют уже. Люди то ведь не дураки. Они понимают что к чему. И без всяких ученых степеней.

  • Логунов Андрей говорит:

    Американский историк и философ Т.С. Кун дает прекрасное объяснение такому поведению норманистов. В 60-х годах ХХ века он ввел концепцию «нормальной науки», в которой центральное место занимает парадигма – теоретический образец для дальнейшей деятельности научного сообщества. Эта деятельность характеризуется следующим: сообщество ученых убеждено в том, что монопольная теория дает полное и исчерпывающее объяснение всех относящихся к делу фактов и исключает аномалии, фундаментальные исследования, о чем Вы писали ранее, ограничиваются, критика, прежде всего, основ парадигмы, также ограничивается, научная дискуссия уводится в сторону конкретизации положений главенствующей теории, рассматриваемые проблемы ограничиваются проблемами-головоломками, ответ на которые вытекает из принятой парадигмы и без введения новых фундаментальных допущений, отношение к тем, кто отказывается признать монополию теории (парадигмы), становится нетерпимым. Такое поведение превращает научное сообщество в коллективистское, и как всякое коллективистское, оно приобретает свой символ веры и свою радикальную цель, своих вождей и своих врагов. По Куну нормальная наука сменяется научной революцией, что мы и видим, благодаря Вам. И Вам за это – спасибо. :)

  • Павел Николаевич Аристархов говорит:

    Уважаемая Лидия Павловна! Вас удивляет упорство Ваших оппонентов? Возникает подозрение, что они и сами уже не очень верят в свои построения, но им «отступать уже некуда». Неужели они могут признать свое направление ошибочным?
     
    «Руотси-теорию» можно опровергать так, что выкрутится им будет сложно. Например, методом «от противного». Предположим, что этноним «русь» может быть произведен от финского «ruotsi» и представим шаг за шагом то, ЧТО ЯКОБЫ произошло. Получается следующая ситуация:
     
    1. Финны называют шведов этнонимом «ruotsi» (Ruotsimaa = Швеция);
    2. Славяне заимствовали это название у финнов и стали произносить это слово несколько иначе;
    3. Побежденные славяне и финны (чудь) дали эту кличку победителям-шведам;
    4. Победители почему-то усвоили кличку, данную побежденными народами (что особенно странно!), в качестве самоназвания, а свое старое название отбросили. (Если финское название шведов «ruotsi» происходит от слова, означающего «гребцы», то эта кличка является позорной, и, следовательно, совершенно непонятно как шведы могли усвоить эту кличку в качестве самоназвания);
    5. Шведы с гордостью называли себя кличкой перед греками и франками, хотя применение этой клички не облегчает для греков и франков понимания того, кто перед ними;
    6. Кличка, данная славянами шведам, распространилась на самих славян;
    7. Финны и эсты не заметили, что придуманная ими для шведов кличка распространилась на славян, и по-прежнему называют славян «венедами» (Venemaa = Россия);
    8. Славяне якобы называли шведов «русью», но Швецию называли «Свеей», а не «Русью».
    9. Новгородские словене происходят от славян с южного берега Балтийского моря, и, следовательно, знали шведов до переселения в новгородскую землю, но почему-то усвоили финское название шведов.
     
    Получается абсолютный абсурд! Кто же станет себя перед византийскими и франкскими императорами называть кличкой, данной ему побежденными народами?!
     
    Если же производить «Русь» от «Рустрингия» (что тоже нравится норманнистам), то это означает отказ от гипотезы скандинавского происхождения названия, поскольку Рустрингия находится во Фрисландии, а не в Скандинавии, и поэтому становится непонятной уверенность в том, что народ русь, пришедший «из-за моря», был скандинавским.
     
    Очень вероятно, что все эти нелогичности они уже «чувствуют», но разве это на них как-то повлияет? Если им «хочется» вывести русь из Скандинавии, то могли бы обратить внимание на норвежскую провинцию Rogaland. И следы скандинавской материальной культуры на Руси получили бы объяснение (если эти следы действительно скандинавские, а не объявленные скандинавскими без должных на то оснований!) Но то, что европейцы называли русь ругами не подталкивает норманнистов к этой мысли. Даже небольшое изменение во взглядах для норманнистов представляет огромную проблему.

    • Нефёдов Е. говорит:

      Да они просто шарлатаны!

      • Павел Николаевич Аристархов говорит:

        Однако, следует заметить, что так было и раньше. И не стыдились. Например, С.Ф. Платонов, будучи норманнистом, все-таки обратил внимание (напр., в своем «Полном курсе лекций по русской истории») на противоречия в источниках:
         
        «…Летописец отождествил варягов и русь; теперь же ученые их различают и для этого имеют свои основания. У иностранных писателей русь не смешивается с варягами и делается известной раньше варягов. Древние арабские писатели не раз говорят о народе русь и жилища его помещают у Черного моря, на побережье которого указывают и город Русию. В соседстве с печенегами помещают русь в Черноморье и некоторые греческие писатели (Константин Багрянородный и Зонара). Два греческих жития (Стефана Сурожского и Георгия Амастридского), разработанные В.Г. Васильевским, удостоверяют присутствие народа русь на Черном море в начале IX в., стало быть, ранее призвания варягов в Новгород. Ряд других известий также свидетельствует о том, что варяги и русь действуют отдельно друг от друга, что они не тождественны. Естественно было бы заключить отсюда, что имя руси принадлежало не варягам, а славянам и всегда обозначало то же, что оно значило в XII в., т.е. Киевскую область с ее населением. Так и склонен решать дело Д.И. Иловайский. Есть, однако, известия, по которым считать русь славянским племенным названием нельзя.
         
        Первые из этих известий — Бертинские летописи, составлявшиеся в монархии Карла Великого. В них говорится, что в 829 г. цареградский император Феофил отправил послов к Людовику Благочестивому, а с ними людей: «Rhos vocari dicebant» — т.е. людей, назвавших себя россами и посланных в Византию их царем, называемым Хаканом («rex illorum Chacanus vocabulo»). Людовик спросил у них о цели их прихода; они отвечали, что желают вернуться к себе на родину через его, Людовика, землю. Людовик заподозрил их в шпионстве и стал разузнавать, кто они и откуда. Оказалось, что они принадлежат к шведскому племени (eos gentis esse Sueonum). Таким образом в 839 г. русь относят к шведскому племени, чему в то же время как будто противоречит имя их царя — «Chacanus» — Хакан, вызвавшее много различных толкований. Под этим именем одни разумеют германское, скандинавское имя «Гакон», другие же прямо переводят это «Chacanus» словом «каган», разумея здесь хазарского хана, который назывался титулом «казан». Во всяком случае, известие Бертинских летописей сбивает до сих пор все теории. Не лучше и следующее известие: писатель Х в. Лиутпранд Кремонский говорит, что «греки зовут Russos тот народ, который мы зовем Nordmannos — по месту жительства (а position loci)», и тут же перечисляет народы «печенеги, хазары, руссы, которых мы зовем норманнами». Очевидно, автор запутался: вначале он говорит, что русь — это норманны потому, что они живут на севере, а вслед за тем помещает их с печенегами и хазарами на юге России.
         
        Таким образом, определяя варягов как скандинавов, мы не можем определить руси. По одним известиям, русь — те же скандинавы, по другим — русь живет у Черного, а не у Балтийского моря, в соседстве с хазарами и печенегами. Самый надежный материал для определения национальности руси — остатки ее языка — очень скуден. Но на нем-то главным образом и держится так называемая норманнская школа
        ».
         
        Разумеется, запутался не Лиутпранд Кремонский, а сам С.Ф. Платонов: для греков и италийцев Х века север начинался уже за Дунаем и «норманнами» (т.е. «северными людьми») они называли не только скандинавов.
         
        Казалось бы, еще немного и из сказанного им самим будет сделан очевидный вывод. Но Платонов свернул на привычную норманнистскую колею, хотя отмеченные им нестыковки в исторических источниках действительно существуют. На эти противоречия обращал внимание даже сам А. Шлецер, которому принадлежат слова: «Россы, осаждавшие в 866 г. Константинополь, никак не могут быть Осколдовыми Руссами. Первые составляли великий, сильный, завоевательный и давно уже известный народ, приводивший в ужас все берега Черного моря». (А. Шлецер. Нестор. Т. II. СПб., 1816.). Основоположник сомневался! Но надо было доказать то, что требуется, и это было «доказано».

  • Павел Николаевич Аристархов говорит:

    Полицентрическая теория А.Г. Кузьмина о множественности и разноэтничности «Руссий» находит свое подтверждение в тех самых источниках, в которых якобы содержатся «доказательства» норманнской теории. Например, сведения восточных авторов о руси (очень высоко оцениваемые норманнистами) содержат поразительные (и необъяснимые без гипотезы полицентризма) противоречия:
     
    1)
    АЛ-ИСТАХPИ: «ар-Рус. Их три группы (джинс). Одна группа их ближайшая к Булгару, и царь их сидит в городе, называемом Куйаба, и он (город) больше Булгара. И самая отдаленная из них группа, называемая ас-Славийя, и (третья) группа их, называемая ал-Арсания, и царь их сидит в Арсе… Что же касается Арсы, то неизвестно, чтобы кто-нибудь из чужеземцев достигал её, так как там они (жители) убивают всякого чужеземца, приходящего в их землю…»
     
    ИБН-РУСТЕ: «…Гостям оказывают почет, и с чужеземцами, которые ищут их покровительства, обращаются хорошо, так же как и с теми, кто часто у них бывает, не позволяя никому из своих обижать или притеснять таких людей…»
     
    2)
    АЛ-ИСТАХPИ: «…И русы — народ, сжигающий своих мертвых…»
     
    ИБН-ФАДЛАН: «…Мне не раз говорили, что они делают со своими главарями при [их] смерти дела, из которых самое меньшее — сожжение… А именно: если [это] бедный человек из их числа, то делают маленький корабль, кладут его в него и сжигают его. Что же касается богатого, то собирают то, что у него имеется, и делят это на три трети, причем [одна] треть — для его семьи, [одна] треть на то, чтобы на нее скроить для него одежды, и [одна] треть, чтобы на нее приготовить набиз, который они пьют до дня, когда его девушка убьет сама себя и будет сожжена вместе со своим господином…»
     
    ИБН-МИСКАВЕЙХ: «…Когда умирал один из них, хоронили его, а вместе с ним его оружие, платье и орудия, и жену или кого-нибудь другого из женщин, и слугу его, если он любил его, согласно их обычаю. После того как дело русов погибло, потревожили мусульмане могилы их и извлекли оттуда мечи их…»
     
    ИБН-РУСТЕ: «…Когда у них умирает кто-либо из знатных, ему выкапывают могилу в виде большого дома, кладут его туда, и вместе с ним кладут в ту же могилу его одежду и золотые браслеты, которые он носил. Затем опускают туда множество съестных припасов, сосуды с напитками и чеканную монету. Наконец, в могилу кладут живую любимую жену покойника. После этого отверстие могилы закладывают, и жена умирает в заключении…»
     
    Из приведенных отрывков видно, что у руси существовало два разных погребальных обряда, причем погребение вместе с живой женой – обряд явно не норманнский и не славянский. Ибн-Русте в «Дорогих ценностях» славянский погребальный обряд описывает так: «Когда умирает у них кто-либо, труп его сжигают. Женщины же, когда случится у них покойник, царапают себе ножом руки и лица. На другой день после сожжения покойника они идут на место, где это происходило, собирают пепел с того места и кладут его на холм. И по прошествии года после смерти покойника берут они бочонков двадцать больше или меньше меда, отправляются на тот холм, где собирается семья покойного, едят там и пьют, а затем расходятся. И если у покойника было три жены и одна из них утверждает, что она особенно любила его, то она приносит к его трупу два столба, их вбивают стоймя в землю, потом кладут третий столб поперек, привязывают посреди этой перекладины веревку, она становится па скамейку и конец (веревки) завязывает вокруг своей шеи. После того как она так сделает, скамью убирают из-под нее, и она остается повисшей, пока не задохнется и не умрет, после чего ее бросают в огонь, где она и сгорает».
     
    Кроме того, в восточных источниках о руси есть и другие, менее значимые, но весьма интересные противоречия:
     
    а)
    ИБН-РУСТЕ: «…Мечи у них сулеймановы…»
    ИБН-ФАДЛАН: «…Мечи их плоские, бороздчатые, франкские…»
     
    б)
    ИБН-ФАДЛАН: «…Они не носят ни курток, ни кафтанов, но у них мужчина носит кису, которой он охватывает один бок, причем одна из рук выходит из нее наружу…»
    АЛ-ИСТАХPИ: «…и одежда их короткие куртки…»
     
    в)
    ИБН-ФАДЛАН: «…У них обязательно каждый день умывать свои лица и свои головы самой грязной водой, какая только бывает, и самой нечистой…»
    ИБН-РУСТЕ: «…Они соблюдают чистоту своих одежд, их мужчины носят золотые браслеты…»
     
    Лидия Павловна, пишите больше! (Если Вы будете меньше внимания обращать на «критиков», то от этого будет лишь большая польза для дела.)

  • Павел Николаевич Аристархов говорит:

    И еще хотелось бы добавить, уважаемая Лидия Павловна, что бредовые «теории» возможны даже у физиков, и жить они могут очень долго. А в исторической науке возможностей для мистификаций еще больше. Удачи Вам! И спасибо Вам!

  • Максим говорит:

    Что есть норманнская теория с геополитической точки зрения? Это идеологическая диверсия.
     
    1. Самый прямолинейный подход норманнистов – варяги-русь Рюрика суть норманны, образовавшие древнерусское государство, поскольку сами славяне не могли этого сделать. (Да и до сих пор не могут ничего путного сотворить.)
     
    2. Более изощренный подход – сомнение в историчности Рюрика, но признание летописных варягов норманнами, создавшими государство Русь. А название «русь» при этом подходе может иметь как норманнские, так и славянские или еще какие-то корни.
     
    3. Еще более изощренный подход, присущий советской историографии: варяги – норманны, но это ничего не значит с точки зрения возникновения государства – восточные славяне и так были готовы к государственности и этот институт должен был возникнуть, а варяги-норманны просто подвернулись под руку Истории.
     
    Каждый из этих подходов имеет обширную критику, полон противоречий и не может быть признан истинным. Существует большое количество работ ученых разных лет (даже – веков), идеологий, дисциплин, в которых предлагается ненорманнская атрибуция варягов-руси (В. Татищев, М. Ломоносов, С. Гедеонов, М. Тихомиров, А. Кузьмин, Л. Грот и др.).
     
    Не вдаваясь в обзор этих взглядов, поставим вопрос – а почему частный спор вокруг национальной принадлежности растворившегося этноса настолько принципиален?
     
    С моей точки зрения, варяги-норманны удобны для сложившейся исторической практики, поскольку логично входят в каноническую историю Европы, вписывают русскую цивилизацию в общеевропейский устоявшийся концепт. На этой базе можно строить теорию именно и только европейского (в традициях Древнего Рима – Западной Европы) русского государства.
     
    В рамках норманнизма русское государство возникает практически на пустом месте, когда пассионарная энергия норманнов кристаллизует магму славянских племен в единую структуру. Вся история восточных славян до призвания варягов признается несущественной.

Подписывайтесь на Переформат:
 
Переформатные книжные новинки
     
Конкурс на звание столицы ДНК-генеалогии
Спасибо, Переформат!
  
Наши друзья