Вопрос о происхождении термина «варанг/варяг» основательно запутан. К числу наиболее распространенных относятся два заблуждения: что этот термин возник в древней Руси и что он обозначал преимущественно скандинавов. Между тем, то и другое неверно. На Руси слово «варяг» вошло в повседневный обиход не раньше второй половины XI в., то есть позднее, чем в Византии и даже на арабском Востоке. Более того, анализ источников показывает, что первое в средневековой литературе упоминание народа «варанков» и «моря Варанк» («Варяжского моря») принадлежит арабоязычному автору — среднеазиатскому ученому аль-Бируни («Канон об астрономии и звездах», 1030 г.), который почерпнул свои сведения из Византии.
 

 
В свою очередь, скандинавские саги недвусмысленно отрицают тождество «варягов» и викингов. Древнерусский термин «варяг» был известен в Скандинавии в форме «вэринг» (vaering). Но слово это пришло в скандинавские языки извне. И более того, вэринги в сагах в большинстве случаев отличаются от норманнов-викингов.
 
На Руси термин «варанг/варяг», прежде чем приобрести расширительное значение «выходец из заморья», прилагался преимущественно к жителям славянского Поморья. Так, во вводной части «Повести временных лет» варяги «приседят» к морю Варяжскому, в соседстве с ляхами, пруссами и чудью — населением южного берега Балтики. В Никоновской летописи «варяжская русь» Рюрика приходит «из немец». В договоре 1189 г. Новгорода с Готским берегом этими же «немцами» предстают варяги — жители ганзейских городов Балтийского Поморья, то есть бывших славянских земель, колонизованных в XI-XII вв. германскими феодалами. Наконец, Ипатьевская летопись (Ермолаевский список) прямо сообщает в статье под 1305 г., что «Поморие Варязское» находится за «Кгданьском» (польским Гданьском, немецким Данцигом), то есть опять же в бывшем славянском Поморье.
 

Арабские писатели в своих известиях о народе «варанков» практически слово в слово повторяют русских летописцев. По их представлениям, народ «варанков» жил на южном побережье Балтийского моря, в его славянском регионе. Наконец, византийский хронист Никифор Вриенний во второй четверти XII в. записал, что варанги-«щитоносцы» происходили «из варварской страны вблизи Океана и отличались издревле верностью византийским императорам». Оборот «вблизи Океана» подразумевает именно южный, а не скандинавский берег Балтики.
 
Однако, несмотря на то, что термин «варанг/варяг» наделялся определенным этническим содержанием, славянского племени с таким названием никогда не существовало. Между тем слово «варяг» бытовало, прежде всего, в славянской среде Балтийского Поморья и, более того, обладало неким символическим смыслом. В одном месте у Саксона Грамматика можно прочитать о славянском князе Варизине (Warisin, то есть Варязин, Варяг), побежденном датским конунгом Омундом в Ютландии вместе с шестью другими славянскими князьями. Употребление слова «варяг» как имени собственного убедительно свидетельствует о его священном значении у славян.
 
Прояснить это значение помогает одна филологическая находка графа И. Потоцкого, который в 1795 г. опубликовал в Гамбурге словарь еще сохранявшегося в XVIII в. древанского наречия (древане — славянское племя, на чьей земле возник Гамбург). В нем среди уцелевших древанских слов оказалось слово «варанг» (warang) — «меч» (Гедеонов С.А. Отрывки из исследований о варяжском вопросе. 1862-64. Т. II. С. 159-160; он же. Варяги и Русь. СПб., 1876. С. 167-169).
 
Слову «варанг» суждены были долгие приключения. Византийцы, по-видимому, познакомились с ним достаточно рано, услыхав его из уст поморских славян, поступавших вместе с русами на византийскую службу, или от самих русов. Впрочем, в Константинополе оно не было в ходу, по крайней мере, до конца Х в. («варанги» еще отсутствуют в списке императорских наемников у Константина Багрянородного). Но звучное иностранное слово не осталось незамеченным. На рубеже X-XI вв. константинопольское простонародье сделало его нарицательным, что явствует из слов византийского писателя Иоанна Скилицы о том, что варанги «назывались так на простонародном языке». В пользу этой датировки говорит и употребление слова «варанк» в «Каноне об астрономии и звездах» аль-Бируни.
 
Отсюда следует, что термин «варанг» для обозначения отряда наемников возник в Византии, а не на Руси и не в Скандинавии. Из сообщений средневековых авторов известно, что славяне и русы почитали меч в качестве священного предмета; в частности, на нем приносились клятвы. Поэтому известие Потоцкого дает право считать, что под варангами греки подразумевали меченосцев, давших клятву верности на мече, иначе говоря, славянских дружинников-телохранителей (отсюда славянское слово «варить» — оберегать, защищать). Чиновники императорской канцелярии лишь узаконили это словечко из местного «арго» в качестве официального термина государственных документов — хрисовулов, а византийские писатели XII столетия ввели его в «высокую» литературу. Между тем в греческом языке оно ничего не означает и, следовательно, является заимствованием. Буквальное его совпадение с древанским «варанг» доказывает, что на рубеже Х – XI вв. наемные славяне-венды в Византии стали называться по роду их оружия «меченосцами» — «варангами». Подтверждением тому служат и сведения средневековых арабских писателей, почерпнутые большей частью от византийцев, о «народе варанк» на южном берегу Балтики.
 
Хрисовулы — указы византийских императоров. Варанги упоминаются в хрисовулах 60-80-х гг. XI в., которые освобождали дома, поместья, монастыри, по просьбе их владельцев и настоятелей, от постоя наемных отрядов. Последние перечислены в следующем порядке: хрисовул 1060 г. указывает «варангов, рос, саракинов, франков»; хрисовул 1075 г. — «рос, варангов, кульпингов [древнерусских колбягов], франков, булгар или саракинов»; хрисовул 1088 г. — «рос, варангов, кульпингов, инглингов, франков, немицев, булгар, саракин, алан, обезов, «бессмертных» (отряд византийской гвардии, чей численный состав всегда оставался неизменным — выбывшие из него воины немедленно заменялись другими — С.Ц.) и всех остальных, греков и чужеплеменников». Примечательно, что, варанги постоянно соседствуют с росами, как выходцы из одного региона.
 
Здесь также уместно заметить, что характерным оружием викингов и вообще народов Северной Европы был не меч, а секира. Наемников-норманнов византийские писатели называют «секироносцами»; они же именуют кельтов с Британских островов — «секироносными бриттами». В отличие от варангов – «меченосцев».
 
Видимо, потребность в новом термине появилась у греков в связи с необходимостью различать старых «росов-франков» из славянского Поморья от новых — многочисленного корпуса киевских русов, направленных в 988 г. князем Владимиром на помощь императору Василию II. В дальнейшем слово «варанг» в Византии получило значение «верный», «принесший клятву верности» — от обычая поморских славян клясться на мече. В этом значении оно и вошло в византийские хроники. Со второй половины XI в., когда приток поморских славян в Константинополь резко сократился, имя варангов было перенесено на жителей Британских островов, преимущественно кельтов-бриттов. По словам Скилицы, «варанги, по происхождению кельты, служащие по найму у греков».
 
В свое время В.Г. Васильевский убедительно показал, что норманнское завоевание Англии в 1066 г. должно было вызвать значительную англосаксонскую эмиграцию. Но островные бритты испытывали еще большие притеснения, так как наряду с национальным угнетением их коснулись еще и религиозные гонения. В 1074 г. папа Григорий VII предал анафеме женатых священников. Это был выпад не столько против греческой церкви, сколько против церкви бритто-ирландской, которая жила по особому уставу, позволявшему, в частности, монахам жить с семьями и передавать кафедры по наследству от отца к сыну. Спустя еще десятилетие, в 1085 г., Григорий VII фактически ликвидировал самостоятельность бритто-ирландской церкви. Поэтому массовая эмиграция в первую очередь коснулась не англосаксов, а бриттов и других кельтов, продолжавших придерживаться своих верований (Васильевский В.Г. Варяго-русская и варяго-английская дружина в Константинополе XI и XII веков. Труды. СПб., 1908. Т. 1).
 
Бритты, естественно, вливались в славянский корпус варангов на протяжении многих лет и далеко не сразу получили в нем численное преимущество. Важную роль в «оваряживании» бриттов сыграла их конфессиональная принадлежность. Славянские наемники, как правило, принимали в Константинополе христианство греческого образца. Русы, а потом и варанги имели в византийской столице особую церковь, которая называлась Варяжской Богородицей и была расположена при западном фасаде храма Святой Софии. Найдены свидетельства, что она принадлежала Константинопольскому патриархату.
 
Преследуемые Римской церковью бритты, поступая в корпус варангов, также молились в этом храме и вообще легко находили общий язык с православием, чему способствовали некоторые общие черты ирландской и греческой Церквей: допущение брака для священников, причащение мирян под двумя видами (вина и хлеба), отрицание чистилища и т.д. Конфессиональная близость бриттов православию привела к тому, что они унаследовали прозвище славян-вендов — «варанги», в значении «верные», ибо никакие другие наемники в Византии не исповедовали греческой веры.
 
Византийские авторы XII столетия уже позабыли об этнической принадлежности первых, настоящих варангов-меченосцев и сохранили только смутные воспоминания, что они жили в какой-то «варварской стране близ Океана» и что они чем-то родственны «росам», рядом с которыми варанги и продолжали упоминаться в исторических сочинениях и документах. Зато арабские писатели, получившие в XI в. от византийцев сведения о варангах (поморских славянах), закрепили эти знания в качестве устойчивой литературной традиции о «море варанков» и «народе варанков» — «славянах славян», живущих на южном побережье Балтики (такая обработка и передача из поколения в поколение известий, полученных однажды из первоисточника, вообще характерна для арабской географической и исторической литературы об отдаленных землях и народах).
 
На Руси термин «варанг» в форме «варяг» сделался известным в первой половине XI в., то есть в то время, когда он еще обозначал наемников из славянского Поморья. В пользу такой датировки говорят некоторые древнерусские тексты, например, Ермолаевский список Ипатьевской летописи, в котором «Поморие Варяжское» равнозначно землям поморских славян. Память об их присутствии поморских «варягов» в Таврической Руси сохранилась в средневековом названии нынешнего поселка Черноморское — Варанголимен (Varangolimen). В «Книге о древностях Российского государства» (конец XVII в.) также говорится о варягах, живших еще до основания Киева на берегах Теплого (Черного) моря.
 
Но затем, в связи с исчезновением славян-вендов из византийского варяжского корпуса и начавшимся активным онемечиванием славянского Поморья, прежнее его значение было забыто. Для Нестора «варяг» — это уже «наемный воин» или просто «выходец из заморья». Впрочем, и в XII в. все еще сохраняется неясное воспоминание об этническом значении термина: летопись помещает варягов, как этнос, на южное побережье Балтики, к западу от ляхов и пруссов, а новгородцы в договорной грамоте с Готским берегом именуют варягами ганзейских купцов, обитающих опять же на территории бывшего славянского Поморья.
 
Однако характерно, что русские люди XII столетия уже не могут четко отделить новые значения слова «варяг» от старого. Поэтому когда Нестор попытался определить Рюрикову «русь» посредством термина «варяги», причем взятом в современном для летописца значении «житель заморья» («ибо звались те варяги русь, яко другие зовутся свеи, другие же урманы, англяне, иные готы), этот непредумышленный анахронизм стал причиной многовекового историографического заблуждения, породив пресловутый «варяжский вопрос», который, по удачному выражению кого-то из историков, сделался настоящим кошмаром начальной русской истории.
 
Сергей Цветков, историк
 
Перейти к авторской колонке
 

Понравилась статья? Поделитесь ссылкой с друзьями!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Читайте другие статьи на Переформате:

71 комментарий: Варяги-меченосцы и кошмар начальной русской истории

  • И. Рожанский говорит:

    >> Однако, несмотря на то, что термин «варанг/варяг» наделялся определенным этническим содержанием, славянского племени с таким названием никогда не существовало.
     
    Около года назад Андрей Пауль предложил другую трактовку слова «варяг» и привел доводы, что племя такое существовало, причем самое сильное в южнобалтийском регионе. Это ободриты, о которых сообщают германские источники, написанные на средневековой латыни, но о существовании которых загадочным образом не пишет ни один из славянских документов. Вы пробовали сопоставить эту интерпретацию со своей?

    • Виктория В.С. говорит:

      Я тоже об этом вспомнила. К этому хотелось бы добавить, что в обсуждаемой статье приведены византийские хрисовулы (не одна, а три), где «варанги» упоминаются через запятую с теми, кого византийцы (и прочие) относили к категории народов (племен). После этого рассуждения о другом – некорректный домысел.
       
      Вообще-то, надо заметить также, что текст этих хрисовул находится в противоречии с ПВЛ. Здесь – рос и варанги разные объекты. Если это истина, то византийские «варанги» никак не могут быть несторовскими «варягами». Достаточно вероятно, что это просто созвучие. Хотя…
       
      И арабы «варангов-варанков», и Нестор «варягов» связывали с одноимённым морем. Хотя и здесь расхождение в смыслах терминов. И последнее, Византия, конечно, нуждалась в наёмниках с «мечами», но не меньше, если не больше, в тех, кто умеет воевать на море. Поэтому наёмники, именем которых некоторые называли целое море, были очень желательны. Что опять перекликается с «действующих лицах» статьи А.Пауля.

      • Сергей Цветков говорит:

        Вот статья «Русской Правды», примерно современная хрисовулам: «Если убьет муж мужа, то мстит брат за брата, либо отец, либо сын, либо племянники; коль скоро никто не будет мстить, то взять за убитого 40 гривен, если он окажется русином, или гридином, или купцом, или ябетником, или мечником; но если будет изгой или словенин, то положить за него 40 гривен». Русин и словенин упоминаются в ряду с купцом, гридем и изгоем. Это племена такие?))

        • Виктория В.С. говорит:

          Предлагаемая Вами логика не годится, вследствие её отсутствия. Дело не в запятой, а в том, что определяет этот список (группировку). Вы сами пишите, что речь идёт о наёмных отрядах… Варанги упоминаются в хрисовулах 60-80-х гг. XI в., которые освобождали дома, поместья, монастыри, по просьбе их владельцев и настоятелей, от постоя наемных отрядов.. Предлагаете понимать, что все укомплектованы по «языкам» (так ведь легче жить и слажено воевать?), а один по названию, которое византийцам ни о чём не говорит по смыслу и которое созвучно со словом означающим «меч», и то по мнению составителя словаря племени древан (!?) графа Потоцкого.
           
          Теперь о Русской Правде. Здесь содержание списка определяется юридической мерой. И тут может быть всё, что составители права сочли для себя нужным и полезным. Сами участники группировки могут быть, а могут и не быть сообществом, с общей функцией. Группировка выполняется по мере выделяемых прав или наказания.
           
          Пунктирно о вещах, которые не имеют отношения к теме «запятой», но попутно вброшены. Смысл искажается, когда употребляемые 1000 лет назад слова трактуются в сегодняшнем понимании. Это касается слова «изгой». Расписывать то, что любой может в интернете сам найти, не буду.
           
          Что касается упоминаемой Вами в другом комментарии дискриминации. Это правовой документ. В выделении прав русинов нет ничего необычного по тем временам. Были «аристократические» права у римлян и ромеев, которые определяли «гражданство», а не «национальность». Со временем это был коктейль из многих народностей. Суть отдельных прав для «словянина», говорит о том, что в момент написания юридического документа были такие словянины, которые не были формально «гражданами» Руси. Но ведь были и «другие языцы», с которых Русь (Киев) имела дань, брала в войско (и сыновей княжить отправляла), а их вообще нет в этой статье. Для меня это косвенно подтверждает версию, что «русин» в данном документе «гражданство». Тогда упоминание «словянин» через запятую с «изгой» (в древнем значении) является не дискриминацией, а прямо наоборот в ряду прочих «иностранцев».

          • Владимир говорит:

            Уважаемая Виктория! Изгой – термин, упоминавшийся в древнерусских документах в довольно определенном смысле: вышедший из своей общины человек, при этом не только сельской, как изначально, но и других обществ – купеческих, например. Так, устав князя новгородского Всеволода Мстиславича упоминает о трех изгоях: не знавший грамоты попович, выкупившийся холоп и разорившийся купец. Изгой наряду со словенином упомянут в конце статьи Русской Правды об уплате виры, возможно, это совершенная новгородцами приписка, там ведь проживали словене ильменские, да и экономическая основа для изгоев-смердов и изгоев-купцов подходящая (в Новгороде ведь появляются первые купеческие сообщества на Руси, как Иванское сто, например).
             
            Ваши мысли по поводу нетождественности варягов и варангов интересны, однако все же, как на Ваш взгляд: ведь летописные варяги и византийские «варанги» совпадают родом деятельности (наемные воины), да и лингвистически? Тот же Нестор упоминает о высылке князем Владимиром варягов на службу к византийскому императору, а «История Антиохии и Иерусалима» упоминает в качестве осаждавших Никею войск неких русских. Известно, что участие в Крестовых походах принимала Византия, а возглавлял отряд византийских пехотинцев вождь со славянским именем Радомир. Не те ли самые варяги – варанги?

            • Виктория В.С. говорит:

              Уважаемый Владимир! На мой взгляд, если какая-то часть племени (даже регулярно) становится наёмниками на стороне, то название этого племени не становится синонимом слова «наёмники». Вообще, для корректного разбора нужно знать точное написание этого слова у греков и точную транскрипцию на латиницу и кириллицу. Более того, в этих самых византийских хрисовулах есть и настоящее греческое слово «наёмники», ведь иначе у них не было бы того смысла, который им приписывается.
               
              Я точно также считаю, что группировка «варягов» с другими племенами в ПВЛ тоже есть свидетельство того, что это название племени. Более того, неоднократные поездки «за море» за варягами, для меня тоже свидетельство того, что это не наёмники, а родственники. Наёмников можно взять, где угодно – они и сами предлагаются. И даже самим такими стать.
               
              Что касается лингвистики. Как Вы себе представляете возможность превращения варангов в варягов? Я никак. Здесь ниже есть пост Андрея Климовского, он краткий, но там хорошо показано, что варанги и варяги могли произойти независимо от одного и того же третьего слова в древнеславянском (ещё арийском) произношении. При этом «варанг» это письменная буквенная запись того, что можно было услышать «инородцем» ещё до того, как изменилась славянское произношение. А «варяг» это продукт изменения произношения, получившийся в собственно славянской среде.

          • Lana говорит:

            Уважаемая Виктория! На мой взгляд, никакого подтверждения «русин» как «гражданство» тут нет. Возможно, я ошибаюсь, но «русин» упомянут сначала как первоочерёдное, и вполне понятное, намерение защитить главную национальность, тогда как остальные перечисленные категории могли иметь, возможно, иную национальную принадлежность (?) и поэтому нуждаться в законодательной защите или быть представителями тех же «русин». «Изгой» также вполне мог оказаться и русином. По вашему предположению «другие языцы» записали в «русины», но их могли определить с тем же успехом и как «словене». Особенно по их языковому признаку. Разве «словенин» не мог быть местным жителем?

            • Виктория В.С. говорит:

              Уважаемая Lana! Не заходя далеко в историю, оглянитесь по сторонам. Совсем рядом мы наблюдаем украинцев по национальности и по гражданству и украинцев по гражданству и неукраинцев по национальности. Последних принудительно заставляют перекраситься тоже в «двойных украинцев», не предлагая никакой привилегии, кроме отвода смертоносного оружия. И всё это вместо того, чтобы сделать привлекательным быть украинцем по гражданству. А большое формирующееся государство можно скрепить, только сделав выгодным вхождение в «число граждан». Как это происходило и в Древнем Риме, и в Византии. Это территории завоёвывают, а граждан относительно преданными делают возможные «привилегии» этого гражданства. То же самое было в Руси и позже в Российской империи. Хотя подмена «русских» на «советских» (и понижение статуса «русских» до подмены понятия великороссов) исказила прочно наше восприятие этой темы. Зато во внешнем восприятии никогда ничего не изменялось – «русские» и граждане России одно и то же. Даже когда она сама себя назвала Советским Союзом, даже если мы были вынуждены придумать (чтобы опять всё не ставить кверху ногами) новый термин для гражданства «россияне». О том, что в России есть другие национальности «заграница вспоминает» только если для неё возникает выгодный контекст. Мы то же самое делаем – иногда, по случаю, вспоминаем, что во Франции есть гасконцы, а в Германии баварцы.

            • Анатолий И. говорит:

              >> На мой взгляд, никакого подтверждения «русин» как «гражданство» тут нет. Возможно, я ошибаюсь, но «русин» упомянут сначала как первоочерёдное, и вполне понятное, намерение защитить главную национальность, тогда как остальные перечисленные категории могли иметь, возможно, иную национальную принадлежность…
               
              А по-моему, Виктория В.С. права, только вместо «гражданства», по моему скромному, никому не навязываемому мнению, лучше бы подошло «каста». Всё-таки гражданинами они были все, только права не одинаковые. Русские крепостные, в более поздние времена, когда уже не было никакого разделения на «русинов» и «словенинов» («русинами» уже были все – и крепостные, и их хозяева), прав имели и того меньше, однако, ни негражданинами, ни представителями какой-то особой национальности, их никто не считал и не считает.

              • Виктория В.С. говорит:

                У меня «гражданство», а не просто гражданство. Конечно, в современном виде ничего тогда не было. Система управления, как и всё находится в развитии, имеет много этапов, но состоит из одних и тех же функциональных блоков. Да, они наполняются разными компонентами, только от этого получают другие названия. Но суть их одна и та же. В данном случае мы говорим о подсистеме «свой-чужой». Система не сможет существовать, если «своих» будет недостаточно для её устойчивости. Чем больше «общественное объединение», тем больше в нём должно быть «своих». Во всяком случае, есть критическая численность, зависящая от размера самой общности. Нарушение этого баланса разваливает систему. Коли Русь и Россия состоялись, значит, этот баланс соблюдался. Этого никак нельзя было обеспечить на основе одного мигрировавшего племени, оно должно было выполнить роль зародыша «снежного кома».

                • Анатолий И. говорит:

                  >> У меня «гражданство», а не просто гражданство.
                   
                  Понял, прошу прощения за недопонимание.
                   
                  >> Этого никак нельзя было обеспечить на основе одного мигрировавшего племени, оно должно было выполнить роль зародыша «снежного кома».
                   
                  С этим, конечно, согласен, так оно и было. Не согласен с тем механизмом, который Вы предлагаете на роль инструмента этого «племени» в деле увеличения «снежного кома». Очень и очень мало примеров того, когда бы правящая каста/класс добровольно, по собственной инициативе, делилась бы своими привилегиями с теми, кого считала ниже себя, особенно, в те времена, о которых речь (хотя они, примеры, есть, я знаю). Более того, такого рода привилегии привилегированной частью общества всегда очень ревностно охранялись, оберегались и защищались. Собственно, скорее всего, одной из основных целей написания «Русской Правды» это и было – юридически закрепить/защитить привилегированность правящей касты. А механизмы поддержания численности «своих», необходимой для поддержания крепости каркаса конструкции и увеличения «снежного кома», в те времена были, по-моему, самые банальные. Процент привилегированных «своих» поддерживался и даже увеличивался очень просто, сам по себе, без всяких изощрённых схем, согласно законам природы. «Свои», благодаря своей привилегированности, отличались лучшей размножаемостью и выживаемостью потомства. Тема механизма увеличения «снежного кома» интересней, но тоже, думаю, попроще предлагаемого Вами. Во-первых, это вступление в родство с «русином». Во-вторых, возможно, «русом» «словенину» можно было стать, став братом по оружию, т.е. присоединившись к какому-либо княжескому военному походу, либо за какие-то другие заслуги перед князем. В-третьих, я не знаю когда на Руси в головах укоренилась система православный = русский, русский = православный, но, думаю, в деле превращения «словенинов» в «русинов» это сыграло немалую роль, а возможно явилось даже главной лазейкой «словянинов» в «русины».
                   
                  В общем, думается, что во времена «Русской Правды», судя по её содержанию, попытка «словенина» стать «русином», просто объявив себя таковым и, стало быть, покусившись на привилегии, которые по происхождению/статусу ему не полагались, «русинов» бы весьма оскорбила и могла закончиться для «словенина» печально, вплоть до «топориком в лоб». В пример могу привести всем известную модель поведения «касты» под названием «ветераны ВДВ». В случае, когда кто-то 2-го августа, назвавшись членом этой касты, но на самом деле таковым не являясь, пытается «приобщиться» к полагающимся в этот день этому сообществу привилегиям – распитие спиртного в общественных местах, ныряние в фонтаны, задирание прохожих, вопли под окнами засыпающих граждан, засыпание осколками стекла скамеек в парках, у подъездов и на детских площадках от битых об головы бутылок и пр., не опасаясь при этом никакой реакции со стороны полиции, то, в случае провала легенды, для такого человека всё веселье моментально заканчивается, и бутылки об его голову начинают бить уже без его на то согласия.

                  • Виктория В.С. говорит:

                    >> С этим, конечно, согласен, так оно и было. Не согласен с тем механизмом, который Вы предлагаете на роль инструмента этого «племени» в деле увеличения «снежного кома».
                     
                    Сам формат высказываний в форумах отставляет много неоднозначностей в понимании содержания и соответственно бесконечное поле для домысливания. Не поняла, где Вам показалось, что я предлагала вообще инструмент для формирования «снежного кома». Я приводила примеры с аналогичным результатом. Вы привели примеры возможных инструментов – почти со всеми согласна и с тем, что механизмы были разнообразны. И не все мы их можем понять с нынешних знаний и воззрений. И из-за того, что находимся в плену тех «образовательных стандартов», которыми нам форматируют мозги.
                     
                    Про «касты», т.е. про расслоение общества. Конечно, это было, есть и будет. Но их закрытость всегда относительна. Если недостаточность количества является угрозой для исполнения поставленной цели, то «механизмы» будут изыскиваться. Среди них точно будут и те, которые стимулируют процесс расширения. Та юридическая статья из таких, она имеет и прямое значение, но и организует обратную связь. Также для понимания юридического смысла Русской Правды надо точно знать географический смысл её фактического действия в момент её создания. Если это было только для Руси в малом значении, т.е. для Киевщины, то про неё ПВЛ так и пишет, что поляне (кияне) стали называться русью. Это ли не тот самый «ком»? Станьте на место того, кто записал этот факт «переименования» – в 11 в. вокруг него в Киеве и округе жили сплошь русы, он это и констатирует. И про новгородцев написано то же самое.

                    • Анатолий И. говорит:

                      >> Не поняла, где Вам показалось, что я предлагала вообще инструмент для формирования «снежного кома».
                       
                      >> А большое формирующееся государство можно скрепить, только сделав выгодным вхождение в «число граждан».
                       
                      Из написанного в комментариях, включая приведённые примеры (особенно украинский), сложилось впечатление, что предлагается считать «Русскую Правду» инструментом, специально созданным для заохочивания «словенинов» становиться «русинами», т.е. тем самым инструментом для формирования «снежного кома». Я не верно Вас понял?
                       
                      >> Вы привели примеры возможных инструментов – почти со всеми согласна.
                       
                      А с каким(и) не согласны? Если недостаточность количества является угрозой для исполнения поставленной цели, то «механизмы» будут изыскиваться. Среди них точно будут и те, которые стимулируют процесс расширения. Та юридическая статья из таких, она имеет и прямое значение, но и организует обратную связь.
                       
                      >> Среди них точно будут и те, которые стимулируют процесс расширения. Та юридическая статья из таких, она имеет и прямое значение, но и организует обратную связь.
                       
                      Конечно, согласен с тем, что неравенство в правах «словянинов» и «русинов» толкало первых на поиск лазеек в «русины», не могло не толкать. Не согласен с тем, что написание «Русской Правды» было результатом намеренного изыскания «русинами» «механизма» увеличения собственного числа за счёт «словенинов». Тем более что «Русская Правда» вряд ли была какой-то инновацией, а скорее просто фиксировала положение дел сложившееся в правовом поле на момент её написания.
                       
                      >> Это ли не тот самый «ком»?
                       
                      С тем, что рост «кома» имел место быть, не спорю. Мы с Вами расходимся в вопросе роли «Русской Правды» в понимании тех, кто её писал в момент её написания. Вы (если я верно понял) считаете её написание осмысленным, запланированным актом для достижения конкретной цели – увеличение числа «своих» ради укрепления конструкции государства. Мне кажется, что «препарат» создавался не для этого, хотя и мог оказаться катализатором какой-то реакции и удивить создателя таким, побочным, не ожидаемым, в данном случае, эффектом.

                    • Виктория В.С. говорит:

                      Нет, конечно. Это один «винтик», который делает лучше жизнь «своих».

    • Сергей Цветков говорит:

      Варны, вары, вагры, разумеется, были, о варягах никто не слыхал. Написание «ва(г)ры» известно в конце X века у Видукинда Корвейского (Waris и Waaris), в XI веке — у Титмара Мерзебургского (Abodriti et Wari) и Адама Бременского (Waigri, Vagri и Waigros). В XII веке вариант названия Waigri Адама Бременского использовали в своих хрониках Гельмольд из Босау (Wаgiri и Wairi) и Саксонский анналист (Uuaigiri). Публий Корнелий Тацит использует название Varini, Плиний Старший — Varinnae, Прокопий — Varni, в аглосаксонской поэме Видсид — Wärne/Werne, у Фредегара — Warni. Преобразовать эти этнонимы в «варанг» филологически невозможно.

  • Леонид говорит:

    Как же часто одни и те же места из летописей и др. письменных старых источников различные исследователи трактуют по-разному, и приходят к несовпадающим выводам. Вот читал несколько недель назад здесь же на Переформате статью Лидии Грот «Где жили летописные варяги?»; вот цитата из той статьи:
     
    «Напомню слова из этнографического введения ПВЛ, где говорится о местах обитания варягов: «В Афетовъ же части съдять русь, чудь, и вси языци: меря, мурома, весь, моръдва, заволочьская чудь, пермь, печера, ямь, угра, литва, зимъгол, корсь, лътьгола, любь. Ляхове же, и пруси, чудь пресъдять к морю Варяжьскому. По сему же морю съдять варязи съмо ко въстоку до предъла Симова, по тому же морю съдять къ западу до землъ Агнянски и до Волошьски. Афетово бо и то колъно: варязи, свеи, урмане, готе, русь, агняне». Из этой выдержки видно, что, согласно ПВЛ, варяги – один из европейских народов («Афетово бо и то колено») и они занимают в Европе две области: одна – всё южнобалтийское побережье с востока на запад до земель англов, т.е. до южной Ютландии, а вторая – от восточной оконечности Балтийского моря до границы Европы и Азии, т.е. до Поволжья и Предуралья».
     
    То есть Л. Грот делает вывод из приведённого ею пассажа из ПВЛ, что варяги – это народ, живущий в двух областях, а С. Цветков ту же ПВЛ (в части варягов) трактует, как «для Нестора «варяг» — это уже «наемный воин» или просто «выходец из заморья». А нам остаётся выбирать кто прав. Что до меня, то мне версия трактовки данного пассажа из ПВЛ Лидии Грот показалась более убедительной.

    • Игорь говорит:

      А что тут выбирать, если варяжская дружина, например, набранная Ярославом Мудрым из заморья, и которую возглавлял Эймунд, и представляла из себя уже чисто наемных воинов. В то же время примерно в византийских наемных отрядах появляются и первые скандинавы, например, тот же Болле, насчет которого сказано, что до него скандинавы в Византии не служили. В введении ПВЛ говорится лишь о местах обитания варягов, при этом из текста даже подростку ясно, что варяги – это не свеи, не урмане, не готе, не агняне.

  • Леонид говорит:

    Многие историки-исследователи не учитывают геологические изменения, что за века-тысячелетия произошли на Северо-западе нынешней России. И что Варяжское море – это не обязательно Балтийское море, а может быть Ладожское озеро (это мнение Александра Васильева, см. «О древнейшей истории северных славян до времен Рюрика, и откуда пришел Рюрик и его варяги», 1858 г.), и Ладожским озером стало называться только с XIII в., а до того называлось Нево (он высказал мнение, что это по-фински означает «море», сейчас гугл-переводчик этого не подтверждает, но может на каких-то финно-угорских языках давнишних времен так и было). Нынешний Карельский перешеек был островом и значит нынешнее Ладожское озеро и было продолжением Финского залива Балтийского моря. В сети читал предположение, что этот остров (нынешний Карельский перешеек) и был тем легендарным островом Русов, известным по письменным свидетельствам арабов, то же предположение есть и в книге Е.Ю. Александровой «Остров Рус в Литориновом море. Историческое прошлое северных окрестностей Санкт-Петербурга» (СПб., 2000). Так что вполне возможно, что несторовские заморские варяги-русы – это жители (очень вероятно, славяне) острова Рус (Карельский перешеек), располагавшегося от Новгорода как раз за морем Нево (Ладожским морем).

  • Андрей Климовский говорит:

    Пауль показал на разборе записей немецких и франкских хронистов, что «ободриты» – это экзоэтноним, а именем собственным были «варины», которые именно в таком именовании известны ещё античным историкам. По моему скромному разумению, все разночтения, такие как «варинги», «варанги», «варины», «варяги» и т.д. нужно объяснять судьбой носовых в ранних славянских.
     
    Письмо фиксирует произношение, а не произношение возникает из прочтения. «-инг» это есть письменная форма передачи носового «ŋ», активно бытовавшего в ранних славянских, перешедшего в них из общеарийского. Этот звук активно используется, например, в английском и французском. Вариантов было множество, например, в слове «святой» мы также встречаем «носовой» рудимент. Он до сих пор слышен в польском слове «święty» – швёнты, при этом ни звука, ни буквы «н» в слове нет, это способ передачи носового оттенка. Вообще звук, например, «я» в русских словах указывает на рудимент носовых. И не только «я».
     
    Но в нашем случае очень показательно именно «варяг», точно также как «князь» и, например, «стерлядь». В каждом из них изначально жил носовой. Варяги – это варины в древнерусской передаче носового, к тому времени уже упавших в древнерусском.

  • Владимир говорит:

    Уважаемый Сергей Эдуардович! Как всегда Вы анализируете широкий спектр источников – византийских, арабских, европейских – и выводы очень логичны: во всяком случае, предположение о значении слова «варяг» на Руси и в державе ромеев как «воин, наемник», исходя из этнографического словаря Потоцкого и значений «варанга» в Византии. Это объясняет многие упоминания в позднейших хрониках, когда к варангам причисляют и норвежцев, и англичан, во всяком случае, хронисты конца 11 – начала 12 века, Иоанн Скилица и Готфрид Малатерра, видят в варангах один кельтов, другой – англян. При этом, как и А. Пауль и Л.П. Грот, Вы выводите варягов из того же славянского Поморья, просто этимология «варяга» другая, профессиональная, связанная с военным ремеслом. Скажите, пожалуйста, а отождествляете ли Вы с варягами ободритское племя варинов, или вагров?
     
    И ещё интересная вещь – в основных древнерусских письменных памятниках, в частности летописях как исторических хрониках, этнонимы упоминаются наряду с профессионализмами. Вот варяги в одном ряду с русами, урманами, готами, свеями. А в Русской Правде, как в Краткой, так и в Пространной редакциях, в статье об уголовном штрафе (вире) за убийство субъекты, которые являются потерпевшими и за которых преступнику приходится платить 40 гривен, перечисляются в следующем порядке: аще будет русин, или гридь, либо купец, либо тиун боярский, либо мечник, либо изгой, либо словенин, положат за них виру. Русин, словенин – этнонимы, гридь, мечник – должности при князе, соответственно, телохранитель и пристав, тиун боярский – заведующий двором боярина, а изгой – вышедший из верви смерд, по сути, название социального слоя. У Юшкова я читал, что в Карамзинском списке на месте русина и словенина стоят соответственно горожанин и селянин, однако, как Вы думаете, почему книжники Древней Руси употребляли в одном ряду и этнонимы, и профессионализмы, и прозвища социальных групп?

    • Сергей Цветков говорит:

      Моя мысль состоит в том, что «варяг» – это псевдоэтноним довольно позднего происхождения, возникший в Византии для обозначения сначала наемников из славянского Поморья (в т.ч., вероятно, и ободритов), а затем выходцев с Британских островов. С первой четверти XI в. их ряды иногда разбавлялись скандинавскими пришельцами.
       
      «Русская Правда», по-моему, это модифицированный «закон русский», упоминаемый в источниках. Очевидно, что закон русский пришел в Среднее Поднепровье вместе с балтийскими и карпатскими русами. Поэтому его нельзя причислить к восточнославянским юридическим памятникам. Договоры с греками 911 и 944 гг. содержат прямую ссылку на закон русский, свидетельствуя о его признании в сфере международного права и применении на иностранной (византийской) территории. К сожалению, действие его в пределах Руси Х в. может быть обрисовано весьма приблизительно, так как мы не знаем, что представлял собой этот законодательный свод в своем первозданном виде. Значительная часть его положений после христианизации страны была отброшена и забыта, а что-то вошло в состав Русской Правды, но уже сообразуясь с реалиями XI-XII вв. Науке, по-видимому, никогда не удастся выделить в законе русском собственно «русский» и «славянский» элементы ввиду чрезвычайной скудости данных на этот счет.
       
      Многие положения этого закона изначально были предназначены для регламентации отношений между русью («русином») и «словенином», т. е. коренным населением той территории, которую «русь» контролировала изначально. Обратите внимание, что в цитируемой Вами ст. РП словенин, заодно с изгоем, очутился здесь в той категории «мужей», убийство которых не возмещается кровью убийцы: последний платит штраф, и делу конец. Но если относительно изгоя – человека, лишенного поддержки родичей, – такое условие выглядит вполне понятным, то для словенина оно, несомненно, является дискриминационным. Славянам было попросту отказано в аристократическом праве кровной мести. Так, я полагаю, выглядела древнейшая редакция этой статьи. А гридь, купец и мечник – это уже дополнения XI-XII вв.

      • Владимир говорит:

        Сергей Эдуардович! По поводу Русской Правды: Славянин в норме закона указан в виде «словенин», а так летописцы называли славян ильменских, то есть новгородцев. Поскольку Краткая Правда, состоявшая первоначально из 17 статей и содержащая нормы уголовного права (виды преступлений и наказания за них) и нормы устройства суда, была дана Ярославом Владимировичем в 1019 году (тогда ещё не Мудрым) помогавшим ему в обретении киевского стола жителям Новгорода, то, возможно, «словенин и изгой» являлись припиской, совершенной новгородскими мужами к записанному Закону Русскому. Новгородская земля ведь была экономически нацелена на торговлю, судостроение (плотницкое ремесло) и на производство вещей материальной культуры, а вот земледелие – только в виде огородничества, в то время как на черноземе Южной Руси выращивали пшеницу, рожь. Получается, что молодым людям – словенам просто нечего было делать в общине, они уходили в дружину, в гулящие люди, в ушкуйники, либо просто переселялись в город, так как именно там протекала вся интересная жизнь в Северной Руси. Следовательно, и «изгои» там могли появиться раньше. Да и демографическая основа более подходящая для вечевой республики, чем в других городах.
         
        Закон русский ведь упоминается только в договорах Руси с греками, стало быть, для русов он существовал в виде правовых обычаев, или обычного права. Некоторые обычаи вошли в Русскую Правду, но львиная доля норм уголовных и уголовно-процессуальных реципированы из византийского права: норма о праве на убийство ночного татя – из Моисеева закона, а запрет допуска холопа в свидетели на суде – из нормы Эклоги «раб не послушествует». Только русские книжники её ещё и переработали на местный манер – тиун боярский и закуп допускались в свидетели, если не было очевидцев из свободных людей.

        • Сергей Цветков говорит:

          Словене, словенин – это обычная форма в ПВЛ для любых славян. Закон русский появился, конечно, не на Руси, а в общинах и ватагах русов, которые ассимилировались в среде западного славянства в VII-VIII вв. и был принесен на Русь уже в более или менее законченном виде.

    • Axel Wintermann говорит:

      Обращу Ваше внимание и на то, что в форме «фарган» слово, обозначающее придворную гвардию, встречается в греческих источниках гораздо раньше, чем упоминается о появлении скандинавов. Всего в греческих рукописях 10-12 вв. встречается четыре близкие формы для обозначения одной из телохранителей базилевсов:
       
      1) φαργανοι – в Житии Ефимия Патриарха (Псамфийская хроника) и у Константина Багрянородного;
      2) φαραγοι – у Продолжателя Феофана.
      3) φαραγγοι – в Актах Великой Лавры (см В.Г. Васильевский, Труды, т. I, 1908)
      4) βαραγγοι – в более поздних хрониках (Скилица и пр).
       
      Последние две формы Васильевский считает вариантами написания одного слова. При этом первые две формы фиксируются в начале и середине 10 века. Однако событие с упоминанием фаргана в Житии Ефимия относится еще к 880-м годам, а Константин описывал поход в Лангобардию во времена Романа Лакапина. Первое упоминание термина в форме βαραγγοι содержится у Иоанна Скилицы в хронике начала 12 века, почти через 200 лет после фиксации формы φαργανοι. Вполне вероятно, что в результате словоизменения (некоторые элементы которого можно проследить в промежуточных формах 2 и 3) за 200 лет форма φαργανοι перешла в форму βαραγγοι.
       
      Ну а что мы узнаем о фарганах из первых двух источников? Анонимный автор Жития Ефимия упоминает только, что фарган мечом перерубил пояс императора Василий, за который олень зацепился рогом. Император возомнил, что фарган покушался на его жизнь и велел того посадить под арест, дабы все выяснить. Но Василию стало очень плохо, открылось желудочное кровотечение. Он умер через 9 дней от ушибов, полученных при падении с оленьих рогов. А вот Констанин сообщает в одной фразе гораздо больше. Константин вполне конкретно указывает на существование отдельной этерии фарганов при Романе. При этом, наемники состояли не только в ней. Константин говорит, что наемники были во всех трех этериях: Большой, Малой и Фарганов. Это не позволяет согласится с версией, что термин варанг/фарган исконно означал просто наёмника. Наемники составляли все три этерии времен Романа Лакапина, но фарганы были выделены отдельно. Отдельную этерию варангов мы видим и в позднее время.

      • Виктория В.С. говорит:

        Этот Ваш комментарий я прочла позже, чем отвечала на последний более краткий. Поэтому у меня возникли «лишние» вопросы. Ваш «разбор полётов» производит хорошее впечатление. Мне Ваша логика понятна. Если факты таковы, как Вы излагаете, то выводы из них таковы, как Вы делаете. Т.е. эти византийские фарганы-варанги к истории Руси притянуты «за уши» с любой стороны, как ни посмотри. Мало ли есть созвучных слов в мире… хороший урок.

        • Axel Wintermann говорит:

          Вполне вероятно, что не имеют. Порывшись в Хрониконе Георгия Монаха, я наткнулся все же на упоминание некоего Феофана из Фаргана Θεοφανής ό εκ Φαργανον, называемого в латинских переводах Теофаном Фарганитом. Этот молодой военачальник из войска логофета Феоктиста описан, как дважды перебежчик. Первый раз бежавший от греков к арабам, а затем уже от арабов обратно к грекам. Получается, что греки прекрасно знали, что это за Фарган, раз Георгий не останавливается, чтобы прояснить странное прозвище Феофана. Кроме того, нет указаний на то, что он наемник или крещенный язычник, хотя он носит вполне христианское имя. Причем построение прозвища строится иначе, чем этнический признак. Лев Армянин именовался Λέων ο Αρμένιος, а Лев Хазар – Λέων ὁ Χάζαρος. Но не Лев из Армении или Лев из Хазарии. Это дает повод думать, что Феофан был греком, вернувшимся в Византию из какого-то Фаргана. А сам Фарган был не так уж и далек, чтобы Георгию было необходимо объяснять, а что это за место, и каким образом оттуда заявился Феофан. Вкупе с предыдущими данными о фарганах, как наемниках императора, вполне логично предположить, что 1) φαργανοι это этноним или этнохороним; 2) их родина была хорошо известна византийцам еще во времена императора Михаила Пьяницы; 3) фарганы составляли столь значительную часть наемников в 9-10 веках, что их выделили в отдельную этерию. Примечательно, Константин указывает на то, что в числе посланных императором Романом наёмников, больше всего было из этерии фарган.

          • Виктория В.С. говорит:

            Продолжайте «рыться», если есть такая возможность (и, видимо, знание греческого). Один пример тоже важен – тем, что ставит под сомнение версии, необъясняющие этот пример. И, конечно, ничто не мешает тому, что у греков были созвучные названия и для стражи, и для этнонима. Те, кто этот этноним сочиняли, не знали, что совпадут с каким-то греческим словом. В гуманитарных науках есть существенный методологический недостаток. Они плодят новые версии до бесконечности. А должно быть, как в естественных. Новые факты и явления должны вписаться в старые модели (версии), если не вписались, то «виноваты» не факты (явления), а модели.

            • Axel Wintermann говорит:

              Спасибо! Ну, рыться надо… Греческий пока знаю похуже латинского, часто приходится сверятся с переводами, но учу… С моделями Вы правы, их плодят множество, не обращая внимание на имеющиеся и открываемые данные. В этой связи, хочу обратить Ваше внимание на отношение к варягам в летописях. У нас есть три независимых или полунезависимых летописи, повествующих о временах первых князей. Это Новгородская первая летопись, ПВЛ и Устюжская летопись Архангелогородского летописца. Про последнюю почти никто не вспоминает, хотя у Тихомирова есть положительный отзыв о ней, как о третьем, независимом от ПВЛ, источнике данных о первых князьях. Многократно указывала на необходимость оценки этой летописи археограф Сербина. Но воз и ныне там. Итак, каково же было отношение к варягам в летописях? А отношение, мягко говоря, было нехорошее. Чаще всего, варяги упоминались в связи с притеснениями и бесчинствами, творимыми ими по отношению к местному населению. Посмотрим на эту картину. Новгородская и устюжская летописи начинаются с картины притеснения варягами новгородцев. Те терпели – терпели, но терпение лопнуло, варягов прогнали. Переругавшись, новгородцы и иже с ними, позвали варягов назад. Заявились Рюрик и Ко. Рюрик вёл себя скорее не как призванный князь, а как захватчик. Никоновская (весьма поздняя и спорная летопись) повествует о том, что многие новгородцы бежали в Киев. Оттуда же и легенда о Вадиме. Археологи говорят о пожарах в ряде северных городищ 860-70 гг. Вполне возможно, что Никоновская летопись содержит и правдивые данные о деятельности Рюрика. Олег или Игорь (тут в летописях единства нет) начинает завоевание южных земель. Новгородская летопись задвигает Олега на задний план, говоря, что к смерти Рюрика Игорь был уже взрослым. Это он все завоевывал. Что есть в ПВЛ, мы знаем. Устюжская летопись часто путается, содержа оба варианта, но главенство отдает Олегу. Кстати, только в ней сохранилось сказание о подчинении Олегом Смоленска, тогда как НПЛ и ПВЛ о Смоленске только упоминают в числе прочих завоеваний. По завоевании Киева (Олегом или Игорем) устанавливаются дани. Новгородцам присуждено платить особую дань варягам. По Нестору дань платилась вплоть до смерти Ярослава. Далее варяги многократно упоминаются по ходу войн Олега и Игоря, но для их характеристики летописцем случаи мало пригодные. Наконец, Владимир обращается к варягам за помощью у завоевании Киева и убийстве Ярополка. Все проделано ими было прекрасно. Варяги выкатывают Владимиру счёт, требуя дань с киевлян. Владимир обещает выплатить, но просит повременить. Варяги обождали, но видя, что их надули, требуют отпустить их в Царьград. Владимир соглашается и отпускает, послав наперед письмо базилевсу с весьма поганой характеристикой варягов. Он писал, что они народ злой и просил остерегаться их, не пускать в столицу. Вот тут-то и проявляется второй раз (после описаний притеснений новгородцев) настоящее отношение летописцев к варягам. Для летописцев они люди нехорошие. Далее, к ним обращается Ярослав для войны с отцом. Но что учиняют варяги? Они начинают творить насилие и бесчинство на улицах Новгорода. Новгородские мужи и дружинники нападают на них и убивают. Ярослав, узнав и том, собирает уцелевших варягов и заманивает новгородских мужей с дружинниками в западню. Там их перебивают (добрый князь!). Тут до Ярослава доходит письмо сестры о смерти Владимира и о том, что Святополк намерен перебить братьев. Взвыл тут Ярослав об убитой им дружине, но новгородцы решают помогать ему. Последний раз ПВЛ и УЛ упоминают о варягах в связи с битвой против печенегов, где они играли роль ударного центра. НПЛ содержит еще перевод греческого сказания о завоевании фрягами (франками) Константинополя, где варяги упоминаются, как защитники города. Таковы основные места летописей, где даются летописцами оценки деятельности варягов. Их мы видим в основном насильниками и притеснителями. Летописцы, рисовавшие варягов, как злых людей, отнюдь не рассматривали их собратьями. Так откуда же у наших современников такой пиетет перед их образом?

              • Виктория В.С. говорит:

                Полицейские тоже не рассматриваются собратьями. Да и другие институты власти – даже, когда укомплектованы абсолютно точно родственниками. Нынешнее международное право, кстати, дословно говорит, что государственные институты имеют монопольное право на насилие. Это записано теми, кто на каждом шагу упоминает «цивилизованный мир». А про варягов – дело не в пиетете. Дело в том, что кто-то из летописцев в одно единственное место вписал, что русь и варяги это одно и то же, хотя в других местах пишется, что это разные «языци». Потом интерпретаторы летописей стали настаивать, что варяги (они же русь) – это скандинавы, другие стали искать аргументы за то, что они славяне и разные племена. Наконец, через посредство ссылок на обнаруженных у греков «варангов», появилась версия, что варяги – это не народ вообще, а греческий идентификатор наёмников, и тут же начали искать доказательства, что у греков варанги были скандинавами. Змеиный клубок, смысл которого заморочить голову и исключить роль славянства в формировании самого большого безусловно славянского государства. Этот клубок кто-то, наконец, должен распутать.

  • И. Рожанский говорит:

    По поводу названия «Варяжское море» хотел бы заметить, что, в отличие от очень стабильной речной и озерной гидронимики, названия морей подвержены довольно частым изменениям. Очевидно, по той причине, что в силу своих размеров и отсутствия четких границ то или иное море воспринимается как некоторая географическая абстракция, которую каждый интерпретирует по-своему. Переименования и разные определения морей происходили постоянно вплоть до настоящего времени. К примеру, в Корее после обретения независимости в 1945 году по понятным мотивам переименовали Японское море в Восточное. Так что вполне возможно, что словом «Варяжское море» в разных источниках и разные времена называли разные водоемы или их части. Так что вряд ли стоит при обосновании своих трактовок делать упор на столь нестабильную лексику, как названия морей.

  • Леонид говорит:

    Ок, раз гидронимика рек вызывает больше доверия, то вот тот же А. Васильев («О древнейшей истории северных славян до времен Рюрика, и откуда пришел Рюрик и его варяги», 1858 г.) помещает варяг-варангов на реки Варяжа (вариант – Веряжа) и Варанда (вариант – Веранда), которые по его словам впадают в озеро Ильмень (в наше время река Веряжа действительно впадает в Ильмен, а вот реки Варанды/Веранды у Ильменя не находится, но есть река Веранда на восток от Ладоги и относящаяся уже к Онежскому озеру) и делает заключение, что варяги-варангы прозвались по названию рек на берегах которых они оземелились по аналогии с русами, которые согласно Воскресенской летописи «И пришедше Словене с Дуная и седше у озера Ладожского, а оттоле прииде и седоша около озера Илменя, и прозвашася иным именем, и нарекошася Русь реки ради Руссы, иже впадоша во озеро Илмень», т.е. славянские племена принимали новые этнонимы от рек, на берегах которых селились (а этимологию наименованиям рек этих вполне возможно искать и в арийских, а значит и праславянских, языках). Хотя версия с островом Русов/Карельским перешейком видится более убедительной в связи с данными из арабских источников. «Дорогие ценности» Абу Али Ахмеда ибн Омара ибн Русте: «Что же касается ар-Руссийи, то она находится на острове, окруженном озером. Остров, на коем они (русы) живут, протяженностью в три дня пути, покрыт лесами и болотами, нездоров и сыр, так что стоит человеку ступить ногой на землю, как она трясется из-за обилия в ней влаги. У них есть царь, называемый Хакан русов. Они нападают на славян, подъезжают к ним на кораблях, высаживаются, забирают их в плен, везут в Хазаран и Булгар и там продают… Они не имеют пашен, а питаются лишь тем, что привозят из земли славян… Единственное их занятие — торговля соболями, белками и прочими мехами… У них много поселений, и живут они привольно. Гостям оказывают почет, с чужеземцами, которые ищут у них покровительства, обращаются хорошо, как и с теми, кто часто у них бывает…» и «Природа сельджуков» Тахира ал-Марвази Шараф аз-За-мана: «…И они народ сильный и могучий, и ходят в дальние места с целью набегов, а также плавают они на кораблях в Хазарское море (на Каспий), нападают на корабли и захватывают товар. Храбрость и мужество их хорошо известны, так что один из них равноценен многим из других народов. Если бы у них были лошади и они были наездниками, то они были бы страшнейшим бичом для человечества». Имею в виду, что образ жизни варягов-русов, описанный у арабов, более соотносится с местом жительства на острове Рус (по сути острове в море), нежели на берегах небольших речек Варяжа, Варанда по соседству с другими близкородственными новгородскими (ильменскими) словенами (в этом случае варяги-русы вряд ли по образу жизни так сильно разнились с соплеменниками ведь и исторический опыт/навыки и тогдашние условия жизни у них были бы одинаковые). Как бы то ни было, и версия с островом Русов, и версия с побережьями рек Варяжа и Варанда (как прежнее пребывание варягов-русов, из которого они и пришли по призванию новгородцев) более убедительна, нежели версия с пребыванием ободритов-варангов и тем более из Скандинавии, хотя бы потому, что полное переселение народа (а в ПВЛ говорится, что переходя к словенам новгородским Рюрик привёл «с собою всю Русь») не могло бы остаться не отмеченным в письменных исторических источниках соседей (тех же скандинавов, германцев), а вот переселение с острова Рус или с рек Варежа и Варанда всего на несколько десятков км вполне могло остаться и незаписанным в их анналах – это, так сказать, местное дело русов/словен.

  • Виктор О-ский говорит:

    Все это очень интересно, но под фразой
     
    >> Поэтому известие Потоцкого дает право считать, что под варангами греки подразумевали меченосцев, давших клятву верности на мече…
     
    подпишется любой норманист: они считают, что «вар», «вэр» – это клятва. А варанги – это клянущиеся (на мече). Может, пусть будут просто меченосцы, они ведь на мечах не только клялись?

    • Виктория В.С. говорит:

      Вам не удивительно, что греки получают право считать варангов меченосцами, дающими клятву верности на мече, на основании того, что где-то в районе Гамбурга (он ведь уже был в 11в.?) жило племя древан, для которого в 18 в. составляли словарь, куда попало слово warang, якобы означающее меч? А ведь словарь – это очень специфический документ – туда, как заглянешь, так того и гляди и найдёшь для одного слова пяток взаимоисключающих значений. Слава богу, не всегда взаимоисключающих.
       
      То, что у норманистов получается, что «вар»(вэр) это клятва, видимо, связано с тем, что в их пантеоне богов у богини Фригг есть служанка Вар, которую призывают в свидетельницы клятв и просят наказать клятвопреступника. Хотя, как из этого получается «клятва на оружии», не вижу никакой логики. А вот ниже из арийской лексики видно, что у клятвы на оружии у некоторых людей было специальное название, производное от имени Бога.
       
      Так что поищем и в языке предков, который они передали двоюродным родственникам (то бишь в санскрите). varuNa (где видимо N есть тот самый носовой звук (ing, ng), о котором выше говорит ув. Андрей Климовский) – 1) бог мировых вод и хранитель справедливости и судья; 2) присуждающий, награждающий или разгоняющий, рассеиватель, развеиватель, причиняющий исчезновение; 3) название определ. магического заклинания, произносимого над оружием R. (v.l. varaNa).
       
      Мечи конкретно здесь не просматриваются, воины тоже, а магическое заклинание надо ещё понять о чём. Косвенно смысл этого заклинания виден во взаимоотношениях с Перуном (который не только созвучен по названию с Варуной, но и по функциям тоже), карающим за нарушение обещания, данного его именем над оружием. Фактически за ложное обещание Богу. Т.е. по смыслу слово «варанга» – это клятва (обещание) Высшему Богу Варуне (Перуну) что-то выполнить. Оружие – атрибут ритуала, а принадлежность к воинству необязательна. Фактически такую же клятву Перуну давали росы, что будут что-то выполнять во взаимоотношениях с греками (до крещения)… Здесь надо отметить, что клятвы на оружии Варуне настолько древнее, насколько Варуна «старше» Одина и Тора. Может, скандинавы сами сочинили (это не трудно) клятвы на оружии «с нуля», но могли и позаимствовать у той своей составляющей, которая была когда-то почитателями Варуны (мы же теперь знаем, что у них тоже есть R1a). Что из этого следует для потомков.
       
      1. Хоть для клятвы Перуну не обязательно нужен меч, но племя древан могло придумать какой-то главный ритуальный меч (удачливую реликвию, к которой стремились для «улучшения» качества заклинания) и для простоты называли его warang, т.е. «клятвенный меч». Так что информация графа Потоцкого может быть близкой к истине, но не в общем контексте значения слова.
       
      2. Греки могли всех из небольших отдалённых племён, дающих клятву-«варангу» объединить в одну группу. Для них это родственные язычники. Но они в самом деле будут родственны, в той или иной степени. Тем не менее, это тоже никак не делает обозначение «варанги» равнозначным понятию «воин-наёмник». Тем более, что в том списке из хрисовул все воины-наёмники по сути самих приказов.
       
      3. Косвенным свидетельством, что византийцы считали варангов народом, является по-прежнему высказывания тех, кто узнал от византийцев о существовании народа «варанк» на берегу одноимённого моря.
       
      Есть ещё одно «подозрительное» слово. vAraNa – 1) сопротивление, противодействие, препятствие, помеха; 2) доспехи, латы, панцирь, броня, кольчуга L; 3)…ещё несколько в т.ч. в каком-то случае даже слониха.
       
      Тут вспоминается уже не предполагаемая «клятва на оружии», а вполне реальное мнение приведенное в статье Автора …византийский хронист Никифор Вриенний во второй четверти XII в. записал, что варанги-«щитоносцы» происходили «из варварской страны вблизи Океана и отличались издревле верностью византийским императорам». Оборот «вблизи Океана» подразумевает именно южный, а не скандинавский берег Балтики… Получается, что византиец, который априори у Автора не знает смысла слова «варанги», подозрительно точно использует возможную его кальку. Но даже в этом случае смысл выражения варанги-«щитоносцы» не означает «воин-наёмник», а означает, что варанги в военных делах использовали щиты, что было их отличительной чертой от других наёмников (иначе, прозвище бессмысленно). От этих же «щитов» (защиты) произошло и название варанги. Ничем ни худший вариант, чем «русы» от светлой окраски.
       
      Я допускаю оба варианта этимологии в качестве самоназвания для «варинов». Почему нельзя назваться по какой-то военной технологии собственного ноу-хау? Но и быть «детями Варуны» тоже нормально. Тем более для тех, кто жил на самом крайнем западе славянского расселения. Варуна-то управлял «западной стороной света», отсюда на санскрите и «запад» тоже vAruNI.

      • Axel Wintermann говорит:

        А есть объяснение и еще проще, чем выискивать мнимые или реальные «клятвы». Чем занимались варанги при византийских императорах? Охраняли императорский дворец. Константин их так и называет «дворцовая стража». А как по гречески «дворец, замок»? βαρις! Все может оказаться гораздо проще. И не надо никаких клятв и Варун.

        • Виктория В.С. говорит:

          Может быть и ещё как-то. Потому что все варианты подбираются по созвучию (и, если возможно, транскрипции), а потом смотрится на смысл того, что получилось. Ваш вариант выполнен так же. Он, правда, не норманисткий (вообще безнациональный), но фактически в том же русле, что «варанги» – это не название народа (племени), а название вида военной специализации. При этом совсем не в том варианте, который обеспечивает обоснование Автором связки варанги-варяги. И в вашем варианте это слово становится сугубо греческим, тогда вопрос – с точки зрения лингвистики из греческого βαρις можно получить слово, звучащее как «варанги» со значением дворцовая стража?
           
          Что касается «дворцовой стражи», то у меня есть сомнения, что она жила далеко от самого дворца, если не практически в нём. При этом «дворцовая стража» понятие постоянное, даже если там служат наёмники. Всё-таки могли бы для них иметь и казармы. Я не знаю, были ли у византийских императоров собственные казармы или их стражу кормили и крышу давали граждане по очереди, поэтому появлялись упомянутые Автором приказы. В общем, тут есть нюансы, в которых я не разбираюсь. Но, мне думается, что для дворцовой стражи императоры издавали отдельные приказы, чем для просто «наёмных отрядов».
           
          Но дело не в «простоте». Клятвы и Варуна у меня появились, как следствие темы о том, могло ли имя «варанги» быть не синонимом «воина-наёмника-с мечём» (как пишет Автор), а именем племени славянского происхождения. И потому, что у скандинавов не было монополии на «клятву на оружии», которую норманисты ставят во главу угла в объяснении имени «варанги» (и варяги). И потому, что у скандинавов не было монополии на корень «вар». И потому, что у предков славян, проживающих «на западе», т.е. под покровительством арийского бога Варуны (по его божественной функции) были основания называться «вар(и)нами» ещё со времён, когда они говорили с акцентом, унаследованном от общих предков с индоариями. На слух из-за носового N в более ранние периоды развития языка название воспринималось, как «варинги».

          • Евгений В. говорит:

            >> Может быть и ещё как-то. Потому что все варианты подбираются по созвучию были основания называться «вар(и)нами» ещё со времён, когда они говорили с акцентом, унаследованном от общих предков с индоариями.
             
            vaari – вода (санскрит), «вар(и)н» – как вариант, это живущий у воды, мореплавотель, дружинник на корабле? В русском языке есть слово варить, в смысле кипятить в воде.
             
            >> славянское слово «варить» — оберегать, защищать…
             
            Селения испокон веков строились у рек, для более удобной защиты.

            • Виктория В.С. говорит:

              >> vaari – вода (санскрит)
               
              Так тоже можно интерпретировать. Но если внимательно изучать словари санскрита и пытаться проследить логику древних людей (авторов слов санскрита) при словотворчестве, то «вода» там, как и «запад», произошли от Варуны. От его функций (управителя водной стихии и западных земель). Само же название Варуна некоторые считают производным от глагола «va» – связывать (но я такого глагола не нашла, есть «ve» – плетение, соединение, который возможно то же самое). Видимо потому, что бог этот изображается при веревке с узлами. Кстати, веревка (канат) – varATa. Зато мне попалось vR(var,vAr), связанные с «решательными» функциями, что соответствуют ещё одной стороне деятельности этого персонажа. И больше подходит для образования названия бога – управителя и судьи для водных стихий, западных земель и наказывающего за ложное обещание, данное ему.
               
              Вообще, для понимания значения древних слов нужно искать логику самих древних людей, а не исходить из нынешних реалий. Её, не всегда конечно, можно уловить, но нужно исходить из того, что ориентир только на само слово может привести к ложным результатам. Приведу пример логики древних из собственного опыта. Захотелось мне как-то прощупать санскрит на предмет родства с русским более глубокого, чем просто банальное сравнение похожих слов (чего полно в интернете). Искала аналог приставки «пере(пре)». Это оказалось очень просто. Сразу же нашлась приставка «para», которая и по звучанию, и по значению – полный аналог. И редко корень совпадает, но смысл тот же – преодоление или превышение чего-то. Но целый ряд слов как-то не укладывались в голове, они все переведены с прилагательным «чужой» (чужая жена, чужая собственность и т.д.). Хотя через некоторое время «дошло». В системе «свой-чужой» присутствует некая «граница-предел».

          • Андрей Климовский говорит:

            Как я считаю, носовые имеют ныне множество отдалённых эффектов. К теме варинов и варягов очень близка тема «англян». ПВЛ указывает их непосредственными соседями варягов именно под именем «англян», однако, «Англия» и «англичане» возникли в русском языке через посредничество французского, в то время как сами «англяне» называют себя «инглами» через субстантивацию, т.е. превращение прилагательного в существительное, «инглиш». «Ан-» это французское произношение «en-», например, в таких словах как «Анфас» или «миз-Ан-сцена». В этих случаях «Ан» – это сугубый носовой. Так может быть «инг-» в слове «ингл» – это потомок существовавшего ранее «иŋл» или «аŋл»?
             
            О мечах. Вспоминаем геродотовы описания скифов. Они поклонялись воткнутому в землю мечу. Кстати меч технологически и функционально сложнее топора. По описаниям римлян, «кельты» сражались мечами, более длинными, чем короткие римские гладиусы. Легенды о чудесном обретении волшебного меча из камня сближают славянскую и кельтскую мифологии.

            • Виктория В.С. говорит:

              >> Как я считаю, носовые имеют ныне множество отдалённых эффектов.
               
              Я сейчас понимаю, почему Вы так думаете. Не всегда информация, по которой скользят глаза, получает отклик в мыслях. Я ведь уже читала про этот носовой N(ng), но только когда Вы написали про звуковое восприятие таких звуков со стороны, эта информация для меня приобрела смысл. На самом деле в непрерывной речи один и тот же носовой звук воспринимается весьма неоднозначно. Необходимость записать такое слово теми буквами, которые есть в наличии, тоже даст неоднозначный результат у разных людей. Та же самая неоднозначность происходила и при отмирании носовых звуков – оно ведь не обязано было у всех славяноязычных происходить одномоментно и по одному и тому же алгоритму.

              • Андрей Климовский говорит:

                Именно так и есть. У поляков носовые до сих пор живы, я об этом писал, и это не тайна. Например, в немецком очень много «-ing», «-ung» и так далее, но носовой их характер давно утрачен. Например, у италиков носовых уже в античности не было, в древнегреческом тоже, но там были очень развиты придыхания, которые роднят его с санскритом, например, санскритские «Бх», «гх», «дх» и так далее – это и есть гипертрофированные придыхания, из которых выросли италийские и персидские «ф», например.

                • Виктория В.С. говорит:

                  >> Например, у италиков носовых уже в античности не было, в древнегреческом тоже, но там были очень развиты придыхания, которые роднят его с санскритом…
                   
                  Это потому что не было никакого «праиндоевропейского» языка. Изначально в Европе формировалось изолировано несколько (три точно, но скорее четыре) языка, добравшиеся до синтетической фазы развития. С ростом населения и ростом взаимодействия началось их «взаимопроникновение». Два вида взаимодействия дали решающий вклад в видимый нами теперь «общеиндоевропейский» субстрат. Первое состояло во включении небольших групп из одной языковой группы в другую языковую группу, которое пополняло каждую из них «чужой» лексикой, которая становилась базой для синонимов. Второе происходило с внедрением (распространением) новых предметов (устройств, технологий) вместе с их наименованием, которое придумали авторы. Если могли, перенимали слово с носовым, но это напряжно, поэтому на ходу перерабатывали. С придыханием проще, но язык не стоит на месте и в нём что-то исчезает, что-то возникает.
                   
                  Я глубоко убеждена, что без длительного изолированного саморазвития синтетические языки не возникли бы. Приглядитесь внимательно к тем этапам, который проходит развитие (с обучением) ребёнка русскому языку. Первая осмысленная речь строится строго по аналитическим правилам. Потом синтетические компоненты неосмысленно копируюся от взрослых – и наступают всякие детские нелепые придумки, которыми умиляются взрослые. Мой маленький внук недавно прошёл одну из таких стадий – находясь большую часть времени с мамой и пятимесячной сестрой, а значит слыша многие фразы, где слова в женском роде и про себя, вдруг стал говорить в женском роде. Аналитическая речь – это естественно возникающая речь с нуля. А синтетическая есть «искусственно» взращенное человеческое творение. Для воссоздания которого требуется ряд необходимых условий. При нарушении которых, язык, сохраняя лексику, возвращается в аналитическую форму. Так удобнее для групп, в которых автор языка размывается большим количеством многоязыкого населения. Потому синтетические древнегреческий и латынь породили несинтетических «потомков».

                  • Андрей Климовский говорит:

                    Восточнославянские выглядят с этой точки зрения очень стабильными. Немецкий, кстати, тоже, хотя он значительно отстаёт от славянских по степени синтетизма.

            • Axel Wintermann говорит:

              Тут Вы правы, только не из французского, а из латыни. Из древнеанглийского Ængla (Энгла) в латынь перешло Anglia, что нашло отражение уже у Беды Достопочтенного в его «Historia Ecclesiastica gentis Anglorum», Переход Æng в Еng произошел в среднеанглийский период и фиксируется в 13 веке в форме Engleneloand – Английская земля, но при этом Eng читалось ε:ŋ. Переход чтения в Инг произошел в ходе «Великого сдвига гласных» в период 15-16 веков, как результат перехода ε:—i:

          • Axel Wintermann говорит:

            Вы абсолютно правы, что большинство версий строится на банальных созвучиях. Вот тут я и показал близкое по звучанию и по смыслу к их роду занятия слово. Кстати, есть у греков еще более подходящее слово φαραγγος (в словаре Дворецкого) или φαραγγας (форма, использованная Георгием Монахом). Тут полное совпадение с формой, приводимой Васильевским из Актов Великой Лавры. По словарю Дворецкого оно означает неприступное место: утёс, скалу, каньон, ущелье. Георгий Монах несколько раз использовал его в описаниях подавления Титом восстания в Иудее и еще в некоторых местах. Вот еще одно греческое слово «претендент». Так что созвучий более, чем хватает.

            • Виктория В.С. говорит:

              Любопытный «претендент». И ведь логично. Дворец и замок – вариант неприступного места, только искусственного. И многие из них так и возводились – как «утёс» или «скала». Именно так выглядит древняя столица Шотландии Стирлинг, которую мне однажды довелось посетить.

    • Игорь говорит:

      «Вар», «вэр» – у норманистов клятва. Ну если на то пошло, то как они бы объяснили название Варангер-фьорд , где «ангр» в древнескандинавском обозначает залив, и это окончание присутствует в названиях многих норвежских фьордов. А вот что обозначает «вар» в этом названии – это уже вопрос.

    • Сергей Цветков говорит:

      «Вар» – это, скорее всего, общеиндоевропейский корень, вошедший в словесный обиход разных народов.

  • Андрей Климовский говорит:

    Реальные скандинавы – это продукт смешения ванов и асов. Об этом говорят саги, это видно в гаплогруппном наборе. В ванах я склонен видеть венедов-вендов-ариев, в асах – эрбинов, инеистыми великанами-йотунами могли быть древнеевропейцы I или младоевропейцы N1с.

    • Игорь говорит:

      Не говорите глупостей, пожалуйста, скандинавские народы образовались от смешения древнего палеолитического населения и индоевропейских завоевателей культуры боевых топоров, а также примкнувших к ним прафинно-угров волосовской культуры. Тюрки считали себя потомками царевича и волчицы, а скифов называли потомками Геракла и нимфы – к этим легендам тоже подберете ДНК-обоснование?

      • Андрей Климовский говорит:

        Вот «древнее палеолитическое население» с очень большой вероятностью можно отнести к гаплогруппе I, это есть как раз древнеевропейцы. «Индоевропейские» «завоеватели», а вернее арии, это R1a, но завоевателями я бы не стал их называть, поскольку их приход в Европу не привёл к элиминации древнеевропейских гаплогрупп из Европы. А вот более поздние «неиндоевропейские» завоеватели, с приходом которых из Европы исчезают жившие там до того E, G, I, R1a, это как раз R1b, изначально на арийских не говорившие, скорее всего, говорили они на родственных баскским языках. Они переняли от R1a их язык и культуру. Происходил этот процесс в эпоху, близкую к исторической, и потому сохранился в народной мифологии дожив до того времени когда его записали и эти записи попали к нам. Мало того, я не исключаю, что эрбинские предки германских племён мигрировали из Азии уже в историческую эпоху, и это событие описано как нашествие кимвров. Об этом хорошую работу написал ранее Рожанский и соавт. Возможно, что легендарными асами были именно кимвры, находившиеся в непростых отношениях с жителями Восточной Европы, наверняка венетами-варинами, ведь об этом народе писали античные римские историки. Нашествие настолько потрясло римские устои, что повлекло за собой военные реформы Мария, которые через цепочку событий привели быстрому к установлению в Риме императорской власти и сворачиванию республиканского строя.
         
        Мифология о Геракле тоже крайне интересна, особенно если вспомнить описание греками дорийского вторжения как «возвращения Гераклидов». R1a долго жили на Балканах в ожидании завершения ледникового периода, позже они двинулись на запад, север и на восток, в т.ч. на Русскую Равнину. В 3 тысячелетии до н.э. Европа подверглась нашествию эрбинов с катастрофическими последствиями для популяций, с Русской равнины позже началось повторное расселение в Европу, включая Балканы, носителей в том числе R1a. Я усматриваю возможность именно так трактовать мифологию, она не противоречит данным ДНК-генеалогии, вернее ДНК-генеалогия позволяет переосмысливать мифологические сведения. Открытия Шлимана были возможны благодаря его осмыслению литературных произведений. Вас этот подход обескураживает? А напрасно, пора уже начинать двигаться вперёд, давно пора.

        • Игорь говорит:

          Даже не знаю, что вам ответить на этот пост, т.к. слишком уж много банальных ошибок в ваших рассуждениях, и один вывод, строящийся на другом, не верен еще в самом начале.
           
          1. Индоевропейцы были не одним народом с одинаковым происхождением, а неким союзом племен с общей культурой и близкими языками. Гаплогруппа R1b найдена у представителей латенской, гальштатской и ястрофской арх.культур, которые сменяли собой ИЕ культуру боевых топоров и при том по своим антропологическим характеристикам соответствовали протоевропеоидному типу и выделялись этим на фоне автохтонных популяций средиземноморского облика.
           
          2.Вы даже не народам приписываете конкретную гаплогруппу, а культурам и языковым группам – это верх профанства.
           
          3. Свои теории вы строите на отрывочных фактах о мифологии, истории, данных днк, а рассматривая любой доисторический вопрос (происхождение скандинавских народов в данном случае) следует проводить свои выводы от палеолита, основываясь на данных лингвистики, антропологии, археологии, исторических сведениях и лишь в конце изучать данные днк анализов и мифологию.
           
          Какой уж тут «двигаться вперед» с вашими методами? Господин Ю.Петухов уже давно таким образом «продвинулся вперед» со своей «историей 100 000 летней руссии» и прочими «завоеваниями Кхитая в 7500 г. до н.э.».

          • Андрей Климовский говорит:

            А теорий никаких нет, Вы напрасно кипятитесь и ищете неувязки. Также как нет «индоевропейцев», о которых Вы, вслед видимо за их изобретателями и вслед за Гимбутас, так подробно пишете. Я не делаю науку и никаких теорий не создаю, я даю одну из многочисленных трактовок эпоса на основании новых данных, которые предоставляет нам ДНК-генеалогия. Считайте мои сообщения, не совсем относящиеся к теме статьи, литературными сюжетами, беллетристическими заметками, которые я рисую очень крупными мазками, полагаясь на то, что такая манера будет понятной для квалифицированного читателя. И мне, и любому другому квалифицированному читателю понятно, что род – это группа людей, объединённых узами кровного родства, при патриархате по мужскому предку, а при матриархате – по женскому. В первом случае очень высока вероятность того, что мужчины рода будут принадлежать к одному и тому же гаплотипу, за исключением случаев неверности жён. Племя – это группа родов, заключивших договор о свободном обмене невестами (при патриархате), и уже в состав племени могут входить рода с совершенно разными не то что гаплотипами, а гаплогруппами. Племенные объединения могут обладать ещё большим многообразием гаплогрупп. Таковы славяне, таковы германцы, и так далее. Именно так образовались киргизы, имеющие гаплотип R1a, монголоиды фенотипически и говорящие на тюркском. Или негры R1b в сердце Африки. Баски при всей своей европеоидности никак на «индоевропейцев» не тянут. Или европеоидные финны, изначально монголоидные. Или европеоидные венгры с преобладающей R1a. Хотите посмотреть на родственников предков Арпада? Посмотрите на фото хантов и манси.
             
            Фенотип и язык не являются безусловными маркёрами принадлежности к той или иной культуре. Вы не сможете доказательно утверждать, что носители культуры колоколовидных кубков были индоевропейцами, во-первых, потому что «индоевропейство» это сугубо лингвистическое понятие, а во-вторых, потому что язык носителей этой культуры антропологам и археологам неизвестен. Племенные объединения характеризуются спектром гаплотипов и гаплогрупп, частотный же состав их постоянен в совокупности лидирующих и минорных гаплогрупп. Я не счёл нужным расписывать всё это, потому что писал не научную статью, а краткую записку, понимая, что иду по очень тонкому льду очень вольных, практически литературных представлений, ничего не постулируя.
             
            R1a – арии по языку и культуре, их неквалифицированные писатели называют «индоевропейцами», являлись и являются близкими родственниками для неариев, условно названных эрбинами, по языку и культуре, R1b, поэтому неудивительно что фенотип у них очень схож. Ответом на вопрос о том, как случилось так, что неарии по языку потом стали языковыми ариями, может служить французское «шерше ля фамм». Мужчин убили, а женщин взяли в жёны, женщины передали язык рождённым от браков детям.

        • Игорь говорит:

          А что, разве кимвры мигрировали из Азии? Насколько известно, исходным пунктом их нашествия был Ютландский полуостров, далее по Эльбе они спустились до земли бойев и Дуная, продвинулись по Дунаю до земли скордисков, затем повернули назад, в Норике разбили римские легионы, после этого проникли в Галлию, где соединились с тевтонами и амбронами, а также с частью гельветов, а уже потом произошли знаменитые битвы при Аквах Секстиевых и Варцеллах. При этом главного предводителя кимвров звали Бойорикс, что звучит как вождь или царь бойев. А бойи как известно были кельтским племенем, так что кимвры наверняка были эрбинами.

          • Admin говорит:

            Просьба придерживаться тематики поста. С уважением, Админ.

          • Андрей Климовский говорит:

            Да, именно так представлена их история. Однако существует работа Игоря Рожанского «Загадка кимвров. Опыт историко-генеалогического расследования». Любой, кто не знаком с ней, легко может её найти поиском. Доводы и выводы очень интересные, КМК.
             
            Далее я постараюсь придерживаться темы.

            • Андрей Климовский говорит:

              Вы верно поняли мою мысль, я писал о том, что кимвры – это, по моему допущению, пришедшие из Азии асы, эрбины, которые в результате длительной борьбы с ванами – венедами-праславянами пришли с ними к консенсусу, обменялись женихами и невестами и составили германское племенное объединение.
               
              Дальше сугубо по теме.

  • Анатолий Мармазов говорит:

    Что интересно, слово «варяг» отыскивается в санскрите, где «vara» – ограниченное, замкнутое пространство, круг, а также избранный, самый лучший; «vār» – вода; «an_k», «an_g», «in_g», «aj», «āyā», «gā» – идти, передвигаться. Отсюда варяги, варанги, варанки, вэринги, то есть отборное войско, передвигающееся по воде или по берегу. Но, скорее всего, что все люди, жившие на берегу южной Балтики и, возможно, на берегах Дуная, заселенных славянами, в тогдашнем обиходе назывались варягами. Возможно, что слова «берег» и «варяг» имеют такое же отношение друг к другу как, например, девушки Варвара и Барбара. Что касается меча, то в санскрите это /dhārān_ga/ (/dhārā + an_ga/) m. меч, где dharā – земля, dhārā – острие, dhara – держащий, обладающий, владеющий. «Земля» в санскрите обозначается и как «urvarā», отсюда, возможно, warang – меч. Почему меч связывается с землей? Да потому что железная руда находится в земле и в болотах. Отсюда латинское «palus» – болото; турецкое «раlа» – меч, кинжал; венгерское «pallos» – меч.

  • Леонид говорит:

    А вот, кстати, о «gā – идти, передвигаться», не так давно прочёл, что это «га», связанное с передвижением, как раз таки и есть в наших «дороГА» и «телеГА» и «ЛадоГА».

    • Анатолий Мармазов говорит:

      Правильно, gā – идти, передвигаться, dharā – земля, а dharā + gā означает «дорога», то есть «передвигаться по земле». Но у того же «гуру» Фасмера нет и намека на это.

    • Виктория+В.С. говорит:

      ноГА, ВолГА и ещё 57 рек (движущаяся вода) с окончанием ГА.

    • V. M. говорит:

      Не смущает, что «а» (не «га») – это просто окончание (флексия) слова женского рода? Как и, собственно, окончание самого слова «река» (не «реГА»), которое родственно др.-инд. ráуаs – течение, ток; галльск. Rēnos – Рейн; ср.-ирл. rían – река, дорога; лат. rīvus – ручей, канава; др.-англ. ríð – река, и т.д.

      • Виктория В.С. говорит:

        Не смущает. Кроме Вашей ráуаs – течение, ток, есть и другое: gama – идущий; gantu, gAtu – дорога, путь, сторона, направление, курс; gAla – течение, поток, струя, сжижение. В чём логика древних. Река – это собственно текущая вода, любая. А название у каждой конкретной реки – это название пути движения (улицы типа). Реки этими «улицами» и были для древних.

        • V. M. говорит:

          Действительно, а чего смущаться? «Идти» и «течь» – это одно и то же. Да и вообще, и баба-яГА, и дворняГА, и бедняГА, и бедолаГА – все куда-то идут, а белуГА, миноГА, наваГА, семГА – плывут. И браГА течет. Пока не совсем понятно, что за интриГА со словами берлоГА, иволГА, книГА, услуГА, тревоГА. Но можно обойтись как со словом телеГА, едет ведь по дороге, верно? А книГУ (окончание женского рода совсем не смущает) можно по дороге нести, «идти с ней». Иначе получается не «логика древних», а пурГА.

          • Виктория В.С. говорит:

            Название реки – это идентификатор, который должен быть уникальным. Да, бывают исключения, но обычно в контексте эти идентификаторы во множественном числе употребления не имеют, как и одноимённые «улицы». Неверно претендовать или интерпретировать, что все созвучные и подобные слова имеют одну и тоже причину происхождения. Много чего и откуда прибывает за тысячи лет, да и сам язык развивается (в смысле изменяется). Но в санскрите много слов, связанных с движением, либо начинается на «га», либо заканчивается. Нога даже два раза заканчивается на «га» – в названии бедра и голени. То, что это «га» употребляется и в начале, и в конце, говорит о том, что это не окончания (а они там тоже есть), а составные слова из двух корней. От того, что сейчас мы не можем догадаться, что означало для предков «доро» или «теле», я не перестаю считать эти слова изначально двухосновными.

            • V. M. говорит:

              >> Название реки – это идентификатор, который должен быть уникальным.
               
              Этот «идентификатор» и является «уникальным», несмотря на то, сколько встречается «типовых» речных названий вроде Ольшанка или Каменка.
               
              >> Неверно претендовать или интерпретировать, что все созвучные и подобные слова имеют одну и тоже причину происхождения.
               
              Я, собственно, это и имею в виду. А Вы всё пишите про «га» из санскрита…
               
              >> …я не перестаю считать эти слова изначально двухосновными.
               
              Это – пожалуйста, считать можно как угодно. Только при чем здесь наука? Хотя даже не наука, а просто русская грамматика в широком смысле, в которой есть части речи, падежи, склонения, суффиксы, окончания и проч.

              • Андрей Климовский говорит:

                По моему мнению, «г» в «варяг» является огласовкой носового через форму «-яг» и с речкой или ногой не связан.

                • Андрей Климовский говорит:

                  Обычно исследователи пишут о том, что очень трудно представить себе переход от «варина» к «варингу» или «варягу», однако, исходный носовой показывает, что ни во что другое он не мог превратиться при падении носовых. Либо в -инг, либо в -яг.

              • Виктория В.С. говорит:

                Наука исключает существование в языке «реликтовых» слов? Она думает, что все слова образовывались по ныне действующим правилам русской грамматики? А бедолага и бедняга, тоже существительное женского рода? Русская грамматика в широком смысле, однако, сильно изменилась за те 45 лет, что я её изучала в школе. Оказывается, теперь есть общий род. Но пора заканчивать. Уважаемый Админ, будет ругаться, что не по теме.

  • Анатолий Мармазов говорит:

    К каждому слову нужно подходить индивидуально. Название «Волга» объясняется по -другому. Это языческое название.

Подписывайтесь на Переформат:
 
Переформатные книжные новинки
   
Конкурс на звание столицы ДНК-генеалогии
Спасибо, Переформат!
  
Наши друзья