Мировых лидеров инновационной экономики объединяет концептуальность, системность, методологическая основательность и авторитет научных школ. Они похожи своими параметрами: многоступенчатые системы подготовки кадров, ориентированные на требования рынка труда, перспективы карьерного роста, конкретные результаты и вклад в создание новых знаний. Общим для ведущих стран мира является несколько факторов.
 

 
Во-первых, научно-технические кадры готовятся национальной системой. Во-вторых, в элитных университетах учится немало студентов-иностранцев. В-третьих, научные кадры готовятся только в престижных университетах с высоким уровнем научных исследований. Особое внимание уделяется фундаментальным и междисциплинарным исследованиям с разработкой конкретных прикладных технологий.
 
Законы в странах, определивших инновационное развитие в качестве национального приоритета, ставят перед органами государственной власти конкретные задачи, вносят изменения в регламенты правительства. Законы позволили работникам вузов патентовать в частном порядке изобретения, профинансированные из госбюджета. Научные работы университетов приносят миллиарды долларов. За счёт обучения иностранных студентов университеты США и Англии, Германии и Франции пополняют свои бюджеты на миллиарды долларов, фунтов стерлингов и евро. Научные разработки, выполняемые университетами Бостона, приводят не только к их лидерству в мире, но приносят в виде налогов бюджету ежегодно до 10 млрд. долл.
 

Для выявления лучших университетов мира используются глобальные рейтинги. В них важную роль играют вклад научно-педагогических работников вуза в мировую науку, научная значимость и известность вузов в международном научном сообществе. Их оценивают по количеству научных статей в ведущих изданиях и по числу ссылок на них.
 
Российские вузы слабо представлены в глобальных рейтингах. Можно скептически относиться к глобальным рейтингам, предъявлять справедливые претензии к несовершенству и непостоянству методологии, недостаточной транспарентности, неполноте и неверифицируемости их данных, говорить о том, что они не учитывают нашу специфику, неправильно отражают уровень российских вузов и т.д. Бесспорно одно – глобальные рейтинги являются индикаторами мирового образовательного рынка, инструментами влияния и конкуренции. А российские университеты пока не являются конкурентоспособными игроками на этом поле. Лучшим из них ещё предстоит закрепиться в мировой элите высшей школы.
 
Указом Президента России от 07.05.2013 № 599 сформулированы задачи в системе науки и образования, в том числе, вхождение к 2020 г. не менее пяти российских университетов в первую сотню мирового рейтинга университетов. Его выполнение предъявляет ряд условий, главное из которых: высокая публикационная активность и цитируемость сотрудников вуза в ведущих мировых научных журналах. Для достижения цели на конкурсной основе отобрана группа российских университетов. Государство выделило значительные средства на развитие их научно-исследовательской деятельности, повышение публикационной активности и цитируемости в ведущих научных журналах мира.
 
Очевидно, что в Указе реализован мировоззренческий субъект-объектный способ постановки задач вузам в дихотомии «победа-поражение» («победа или смерть»), вряд ли приемлемой в условиях конкуренции образовательных систем. Превращать сложную полисубъектную среду в поле битвы – не самое стоящее занятие. Если ведущий национальный исследовательский университет (НИУ) вложил в выполнение Указа большие бюджетные средства и собственные усилия, устремляясь в первую сотню, а в итоге займет сто второе или сто двадцать второе место – это успех или поражение? Считать ли Указ невыполненным при вхождении трёх российских университетов в первую сотню рейтинга к 2020 году? Как оценивать результат, если к 2020 году пять университетов войдут в первую сотню, а к 2021 году в ней останется один или вообще ни одного?
 
Поясним подробнее на примере «эффекта МИФИ». Сегодня наиболее известен в мире рейтинг еженедельника Times Higher Education (THE). МГУ им. М.В. Ломоносова ежегодно попадает во вторую сотню вузов – мировых лидеров по этому рейтингу. В октябре 2012 года THE опубликовал рейтинг университетов мира. Два российских вуза — МГУ им. М.В. Ломоносова и НИЯУ МИФИ заняли места в группе 200-250. Но если МГУ регулярно попадал в тор-200 рейтинга THE, то каким образом достиг высокого результата МИФИ?
 
Приведём выдержку из анализа рейтинга THE, опубликованного в статье «Рейтинги нужно понимать» (газета Троицкий вариант №115, 23 октября 2012 года).
 
У МИФИ были опубликованы две научные статьи с очень высоким индексом цитируемости в справочнике по элементарным частицам, Particle Data Group (PDG), который публикуется в журнале PhysLett B. В состав группы, готовившей справочник к печати, входил сотрудник МИФИ. Кроме того, для российских университетов Times вводит повышающий коэффициент. В результате МИФИ получил максимальную оценку в 100% по цитируемости научных результатов в мире. Сотрудники МГУ не были в числе соавторов PDG. Автор статьи делает вывод: «Рейтинги – это хорошо. Но к их результатам надо относиться осторожно».
 
В октябре 2013 года опять был опубликован рейтинг университетов по версии еженедельника THE. МГУ в 2013 году переместился на 226-250 место (с 201-225 места в 2012 году). Попавший на 226-250 места рейтинга в 2012 года МИФИ покинул список 400 лучших, несмотря на сохранение уровня в 100% по показателю «Цитируемость». Теперь газета Троицкий вариант (№ 139, 8 октября 2013 года) объясняет ситуацию с МИФИ изменением методологии рейтинга. Отметим, что Санкт-Петербургский государственный университет, покинувший в 2012 году список top-400 лучших вузов мира, в 2013 году в этот список не вернулся. При этом под группой лучших рейтинг THE понимает список из четырехсот ведущих университетов.
 
Рассмотрим иной мировоззренческий подход к постановке задачи и исполнению Указа. Сформулируем иначе цель – не вхождение в первую сотню мировых лидеров пяти российских университетов, а создание в российских университетах научно-образовательной среды, которая обеспечит их вхождение, закрепление и размножение к 2020 году в глобальных рейтингах, в том числе, в первой сотне лидеров.
 
Сформулируем задачу: вхождение, закрепление и размножение к 2020 году в мировую группу лидеров в диапазоне от top-100 до top-400 не менее 15 российских университетов. Будем оценивать ста баллами попадание университета в группу «100», пятьюдесятью баллами – попадание в группу «200», тридцатью баллами попадание в группу «300» и двадцатью пятью баллами – попадание в группу «400». Логика такого подхода проста:
1) он формулирует требования и создаёт распределённую инновационную среду, исходя из принципа: «Гималаев в пустыне не бывает, нужны другие высокие горы»; 2) формирует долгосрочную перспективу конкурентного инновационного развития всей высшей школы страны; 3) создаёт активный резерв и надежно закрепляет российские вузы в группе лидеров; 4) исключает случайности «входа-выхода» и победы, которые оборачиваются поражениями.
 
Сформулируем целеполагание: к 2020-му году достичь планки 500 баллов, а к 2030 году довести результат до 1000 баллов за счёт прироста вузов во всех группах до «400» включительно. На наш взгляд, подобный подход соответствует целям Указа и более перспективен. Например, к 2020 году в первую сотню попало 2 вуза, во вторую 3 вуза и в третью – 4 вуза, в четвертую – 6 вузов. Поставленная задача не только перевыполнена, но создалась среда, которая позволит российским университетам надолго закрепиться и размножаться в группе мировых лидеров, подтягивая резервы.
 
Требуемая сумма набирается множеством вариантов. С учётом того, что в России не менее пятидесяти университетов хорошего уровня, конкурентная инновационная среда будет постоянно подпитываться и развивать достигнутый успех. Реализация нашего варианта приведёт к возрастанию числа российских вузов в списке мировых лидеров. Позиции США неизменны: 77 американских университетов попали в список лучших 200 в 2013 году (76 было в этом списке в 2012 году). В десятке лучших вузов мира в 2013 году произошли лишь небольшие подвижки: с подавляющим перевесом лидируют американцы.
 
Теперь разберемся в актуальности поставленной Указом цели. Ведь главное – правильность выбора приоритетов и целеполагания. Что является первоочередной задачей коллектива ведущего политехнического НИУ: направить основные усилия на повышение цитируемости и попадание в глобальный рейтинг или нацелить свои научные исследования и разработки, образовательную и инновационную деятельность на решение задач промышленного и социально-экономического развития своего региона и страны? Диалектически это две взаимодополняющие стороны процесса развития, однобокость может лишь навредить.
 
Но есть тонкости. Если главным приоритетом станет международный рейтинг НИУ, то в действиях руководства это означает: ставка на небольшой круг научно-педагогических кадров (НПК), цитируемых в ведущих научных журналах мира; дифференциация НПК на цитируемых в ведущих западных журналах и авторов «внутренних» научных статей; зависимость оплаты труда НПК от индекса цитирования; создание представительств НИУ за рубежом, приглашение зарубежных учёных (для повышения цитируемости); объявление приоритетами не монографий и учебников, а статей в престижных зарубежных научных журналах; рост напряжённости в отношениях между НПК и руководством НИУ.
 
Если НИУ выберет приоритетами высокое качество образования, востребованность в стране результатов своих исследований и разработок, внедрение инноваций в промышленность, то это означает: развитие вузовской системы качества образования в увязке с профессиональными стандартами; научные исследования, разработки и инновации в интересах отраслей и регионов, высокотехнологичных предприятий и социальной сферы; оценка работы вуза в увязке с повышением конкурентоспособности национальной промышленности, социально-экономическим развитием страны; рост международного авторитета и экспортного потенциала страны.
 
В принципе это две непротиворечивые, но располагаемые в иной последовательности задачи достижения единой цели – укрепление позиций высшей школы в регионе, стране и мире или, наоборот – в мире, стране и регионе.
 
Ныне живущим повезло, что три великих «К» – Королев, Курчатов, Келдыш и их соратники обеспечили долговременную стратегическую безопасность нашей страны. Они не публиковали свои научные статьи в иностранных журналах, их немногие открытые статьи в отечественных научных журналах, как правило, переводились за рубежом. Сегодня они не вписались бы в требования глобального рейтинга и могли попасть в группу неперспективных научно-педагогических кадров современного НИУ. И сегодня разработчики сложных систем вооружений, военной и специальной техники публикуются в журналах ограниченного доступа.
 
Является ли первоочередной для ведущих российских вузов задача попасть в глобальные рейтинги, должны ли власти обеспечивать им финансовую поддержку для этого? Может быть, «да», но с учётом важности иных приоритетов в России, например, «создание 25 миллионов современных рабочих мест» на высокотехнологичных предприятиях. Это актуальная для страны задача, в решение которой должны активно участвовать политехнические университеты.
 
Подобных задач в стране немало, в том числе в оборонно-промышленном комплексе. Для их выполнения техническим вузам надо обеспечить реальный сектор национальной экономики кадрами, результатами НИОКР и инновациями высокого уровня. Решая эти задачи, вузы попутно будут подниматься на высокие места в глобальном рейтинге. По крайней мере, вузы Германии примерно так и делают. Не ставя телегу впереди лошади, они работают в интересах страны. Поэтому Германия стала мировым лидером по экспорту высокотехнологичной продукции (свыше 1 трлн. долларов в 2010-2012 гг.). А ее ведущие вузы входят в первую-вторую сотню мировых лидеров и не объявляют о борьбе за место в первом-втором-третьем десятке. Очевидно, не место в рейтинге для них является определяющим.
 
Поэтому нам нужна опережающая поддержка многопрофильных политехнических университетов, имеющих инженерно-физические, материаловедческие, машиностроительные, технологические направления подготовки. Конечно, нужна поддержка ведущих вузов, но НИУ – не изолированный остров коммунизма в стране, у которой масса системных проблем. К их числу относится подготовка высококлассных кадров, развитие прикладной науки и инноваций. Они должны решить проблему старения и низкой научной и инновационной активности кадров, стать частью воспроизводственного цикла, интегрирующего науку, бизнес и образование. Это не одномоментная задача, а достаточно длительный процесс. Тогда страна будет привлекательной не только для трудовых мигрантов из стран СНГ, но и для исследователей и разработчиков.
 
Надо рассмотреть, как сказались результаты государственной поддержки вузов-лидеров в 2007-2012 годах на их реальный вклад в инновационное развитие страны. Низкий уровень вузовских исследований и разработок, кадровый голод препятствуют развитию заводских технологий, созданию конкурентоспособной продукции. Так говорят заводчане. Парадокс в том, что отечественные производители заказывают разработки за рубежом, а западные фирмы берут на работу выпускников наших университетов с хорошей подготовкой.
 
Для преподавателей и научных сотрудников политехнического университета приоритетами должны стать патенты, лицензионные соглашения и эффективные инновации, созданные на основе выполненных НИОКР. Подобные результаты напрямую не связаны с глобальным рейтингом, но обеспечивают весомый вклад в развитие страны. Как правило, они являются итогом прикладных исследований и разработок, на выходе которых должен появиться опытный образец, а после технологической подготовки и постановки на производство – конкурентоспособная продукция мирового уровня и выше.
 
Следует признать, что сегодня на кафедрах, в вузовских НИИ, ОКБ нелегко вести прикладные исследования и разработки. Трудности с приобретением комплектующих, даже стандартных изделий для изготовления опытного образца, предварительной или своевременной оплатой услуг сторонних организаций. Можно отметить много других неувязок, в том числе и правовых, заканчивающихся возбуждением уголовных дел в отношении инноваторов. Работа российских университетов дала считанные единицы патентов в «триаде патентных семей» (ЕС – США – Япония), по которым были заключены лицензионные соглашения с иностранными или российскими компаниями. А без лидерства в этом направлении нельзя обеспечить национальную конкурентоспособность на глобальных рынках технологий. Стране нужны университеты с инновационной инфраструктурой и хорошими условиями для проведения учёбы, научных исследований и разработок, созданию и коммерциализации инноваций. Формируя такой научно-образовательный базис, Россия будет в группе ведущих стран мира.
 
Модернизация промышленности и развитие наукоёмких технологий вызывают значительные изменения в структуре занятости. От специалистов требуется обладание необходимым производственным и личностным потенциалом, современными знаниями и профессиональными навыками. В России не развита территориальная мобильность выпускников вузов, налицо региональное замыкание сферы образования и рынков труда. Усилились тенденции «академической мобильности» молодёжи за рубеж с целью получить образование и продолжить там свою жизнь и карьеру. Система профессионального образования не смогла устранить дефицита квалифицированных специалистов, рабочих и научных кадров. Наивно полагать, что рынок труда самостоятельно отрегулирует насущные кадровые вопросы.
 
Сложность «вхождения» выпускников вузов на предприятия во многом обусловлена и тем, что их представления о перспективах трудоустройства и будущей трудовой деятельности не совпадают с реальной обстановкой и соотношением спроса и предложения на них. Недостаточная социальная адаптация молодых специалистов, их психологическая неподготовленность к работе нередко приводят к негативному восприятию выпускников вузов работодателями.
 
Без взаимодействия с работодателями вуз не в состоянии адекватно оценить и спрогнозировать изменения конъюнктуры рынков труда. Но и от отечественных работодателей требуется формирование стратегии развития персонала. Молодые специалисты, способные проектировать, создавать и эффективно обслуживать современное технологическое оборудование, обеспечивать грамотную логистику и гарантийное обслуживание конечной продукции, не задержатся на предприятии с косным менеджментом и отсталой технологией и организацией.
 
Главные цели взаимодействия вуза, предприятия, студента:
 
для вуза – качество образования, внедрение и эффективность НИОКР и инноваций, очередь на рынке труда за его выпускниками;
 
для предприятия – эффективность деятельности и квалификация персонала, качество продукции, устойчивость и инновационность, использование ресурсов с максимальной отдачей и снижение издержек;
 
для выпускника – высокая личная квалификация и конкурентоспособность.
 
Достижение этих целей приведет страну и ее вузы к лидерству.
 
Борис Виноградов,
политик, общественный деятель
 
Перейти к авторской колонке
 

Понравилась статья? Поделитесь ссылкой с друзьями!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Читайте другие статьи на Переформате:

Подписывайтесь на Переформат:
 
Переформатные книжные новинки
   
Конкурс на звание столицы ДНК-генеалогии
Спасибо, Переформат!
  
Наши друзья