О княжении Святослава в Немогарде сообщает всего один автор – современник молодого русского князя, византийский император Константин Багрянородный в своей книге «Об управлении империей». Этот отрывок выглядит так: «[Да будет известно], что приходящие из внешней Росии в Константинополь моноксилы [лодки-однодеревки] являются одни из Немогарда, в котором сидел [сидит] Сфендослав, сын Ингора, архонта Росии, а другие из крепости Милиниски [Смоленска], из Телиуцы [Телича?], Чернигоги [Чернигова] и из Вусеграда [Вышгорода]».
 

 
Где находился Немогард? Общераспространенная интерпретация этого топонима как Новгорода на Волхове не выдерживает критики. Из дальнейшего текста бесспорно явствует, что все перечисленные Константином города «внешней Росии» находятся в бассейне Днепра: «Итак, все они [моноксилы] спускаются рекою Днепр и сходятся в крепости Киоава [Киеве]…»; и далее Константин еще раз уточняет, что славяне «вводят [моноксилы] в находящиеся по соседству водоемы», которые «впадают в реку Днепр».
 
Кстати, при соотнесении этого известия Константина с летописной хронологией получается, что годовалого Святослава оторвали от материнской груди и отправили княжить в Немогард, а затем, не позже следующего года, вернули назад – только так он мог очутиться в 945 г. рядом со своей матерью в Киеве. Это соображение тоже не в пользу княжения в Новгороде, поскольку путешествие на Русский Север в то время было довольно серьезным предприятием, и вряд ли князя-малолетку стали бы подвергать таким испытаниям.
 

В развитие «еретической» мысли В.А. Пархоменко, полагавшего, что Немогард следует искать южнее Ильменского озера*, считаю возможным обсудить два варианта его предположительной локализации.
 
1. Если считать, что Константин всё-таки передал звучание топонима Немогард с минимальным фонетическим искажением, то им может оказаться некий населенный пункт в бассейне верхнего Немана – «город на Немане» («Немонгард»). В древнерусских источниках Неман часто писался как «Немон», а форма «гард» вместо «град» характерна именно для северно-славянских диалектов (например, в названии Старгарда).
 
2. Если же придерживаться мнения, что Немогард всё же означает «Новгород» (прочного лингвистического обоснования у этой гипотезы нет), то это может быть Новгород-Северский, имеющий культурные отложения середины Х века.** В таком случае выходит, что, перечисляя «русские» города, Константин очень точно описывает границы «внешней Росии»: Новгород-Северский (восток), Смоленск (север), прикарпатский Телич (запад) и затем упоминает два города на территории собственно, Русской земли (в узком значении): Чернигов и Вышгород.
 
Наконец, надо обратить внимание, что из слов Константина о «внешней Росии» следует, что существовала также «внутренняя Росия», которая в таком случае должна находиться в Северном Причерноморье (а не в Новгородской земле, как часто толкуют этот отрывок, забывая о системе ориентации античных и средневековых людей: от ближнего к дальнему; Киевская Русь была для Константина «внешней», разумеется, по отношению к Византии – не к Новгороду). Таким образом, чёткая локализация Немогарда во «внешней Росии» опять же не предполагает его соотнесение с Новгородом.
 
Итак, безусловным выводом можно считать лишь одно: Немогард, в котором княжил малолетний Святослав, находился не на берегах Ильменя, а скорее всего – где-то в днепровском бассейне, в значительной близости от Киева.
 
Сергей Цветков, историк
 
Перейти к авторской колонке
 

Понравилась статья? Поделитесь ссылкой с друзьями!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Читайте другие статьи на Переформате:

25 комментариев: Один нерешённый вопрос о князе Святославе

  • Евгений Нефёдов говорит:

    Насчёт лингвистического обоснования того, что Немогард – это Новгород: а что если «м» в этом названии – есть просто ошибка переписчика, перепутавшего буквы ипсилон (υ) которая читается как «у», и мю (μ), которая читается как «м». Вместо ипсилона написал мю? Тогда это просто «Неуогард», то есть всё таки Новгород. А какой именно – видимо, более близкий к региону, в котором господствовал именно северо-лехитский вариант слова «город», то есть «гард». Другими словами, этот Новгород должен был находиться ближе к Балтике. При этом в слове Вышгород «город» передан в южной огласовке – как «град» (Вусеград). Следовательно «гард» в «Неуогарде» должен свидетельствовать о том, что город этот находился в зоне влияния именно балтийских славян. Может быть, северная Русь, а может быть и правда что-то по Неману, но там где произносили гард, а не град.

  • Сергей Цветков говорит:

    Я стараюсь не рассматривать варианты с описками, ибо так можно обосновать все, что угодно. С остальным согласен, это логично.

    • Евгений Нефёдов говорит:

      Ну, это понятно, что увлекаться подобного рода версиями не следует – но всё-таки, по-моему, в данном конкретном случае, вероятность подобной описки высока.

  • Аркадий говорит:

    С названием города «Телиуцы (Телич)», скорее всего, согласуется современное название города Тулча (уезд Тулча, Северная Добруджа, Румыния), в близи которого Святослав основал город Переяславец-на-Дунае, куда собирался перенести столицу своего княжества.
     
    Насчет «Немогард»… Если иметь в виду то, что Смоленск «контролировал» восточную часть земли Кривичей, то для контроля западной части земли Кривичей, наилучшее положение занимал Новогрудок (Гродненская обл., Беларусь). Немогард-Новогрудок-Навáградак-Nowogródek – созвучно, но не очевидно. Тем не менее, этот город-крепость не потерял своего стратегического значения во времена Великого Княжества Литовского.

  • Сергей Цветков говорит:

    По обоим городам нужны археологические сведения, что к середине Х века они представляли собой более или менее крупные городские центры.

    • Аркадий говорит:

      Несомненно, требуются! Тем не менее, следует, по-моему, принимать во внимание то, что в Х веке и ранее по Европе было «рассыпано» масса крепостей (замков), в которых находился военачальник и его гарнизон, и никого больше в крепости не было. Крепости становились городами, в современном смысле слова, обрастая посадами (ремесленники и т.д.) с рынком и прочими атрибутами инфраструктуры. Такого рода превращения связаны, скорее всего, с изменчивостью интенсивности товаропотоков на торговых путях. Следует также принимать во внимание то, что названия рек, озер, городов и народов в «исполнении иностранцев» очень отличаются от того, как их называют аборигены. В общем, думали-гадали алеманы, германцы и немцы о том, кто такие дойч.

    • Ovod говорит:

      «Археологические раскопки, проведенные в Новогрудке в 60-х годах XX века, свидетельствуют что на этом месте в IX-X веках уже существовал город, имевший торговые связи с Византией, Ближним Востоком, Западной Европой и Скандинавией. В Новогрудке в X веке имелись литейные и ювелирные мастерские, образовывавшие целый квартал на Малом Замке».
       
      Новогрудок (белор. Навагрудак, Наваградак) был крупным поселением в западных землях кривичей. Этим может объясняться и западнославянская форма в названии. Находился в верховьях Немана, соответственно, мог именоваться и Немогардом. Скажите, а чем вызван такой интерес к этому упомянутому Константином городу? По моим наблюдениям, Вы уже несколько лет пытаетесь разрешить этот вопрос.

  • Лабай Александр говорит:

    Во всяком случае, перегон моноксилов из Новгород-Северского по Десне в Днепр выглядит более разумным, чем из Новгорода Великого.

    • Аркадий говорит:

      Скажите, Александр, попадалось ли Вам информация о том, как был организован транспорт товаров на торговом пути «Из Варяг в Греки»? Я знаю только то, что были волоки, были гавани. Помнится, читал о малых крепостях (засеки, сечи) на Днепре, находящихся друг от друга на расстоянии суточного перехода на веслах (40-60 км), но каковой была, используя современную терминологию, логистика – мне ничего не известно. С этим я обращаюсь также и к автору статьи Сергею Цветкову.

  • Сергей говорит:

    Археология Новгорода не дает слоев старше 930-950 гг., поэтому очень сомнительно, чтобы в описываемое Константином время Новгород мог быть столь значимым городом, что в нем сидел малолетний сын киевского князя. Более того, видимо и в бытность Святослава киевским князем Новгород, похоже, еще не был столь важным и привлекательным для киевских князей городом, как об этом любят говорить историки. На это указывает летописный рассказ о том, как новгородцы просили у Святослава себе князя: «Святослав посадил Ярополка в Киеве, а Олега у древлян. В то время пришли новгородцы, прося себе князя: «Если не пойдете к нам, то сами добудем себе князя». И сказал им Святослав: «А кто бы пошел к вам?». И отказались Ярополк и Олег. И сказал Добрыня: «Просите Владимира». То есть в Новгород идти никто из наследников Святослава не хотел. Ладно, с Ярополком понятно, Киев он и в Африке – Киев, но то, что и Олег отказался править в, казалось бы, «хлебном» и, судя по летописям и мнению историков, втором после Киева Новгороде, и Святослав вынужден был сослать туда сына-бастарда, – говорит о многом. Скорее всего, Новгород и возвысился только во времена Владимира. Поэтому норманисты и говорят, что под Немогардом следует подразумевать Рюриково городище. Далее, о фантомности и фантастичности пути из Варяг в Греки написано более чем достаточно, это слишком сложный и накладный путь, по крайней мере в середине Х века, на что прямо указывает минимальное количество византийского импорта в Новгороде да и, в целом, на северо-западе того периода. Наиболее адекватные исследователи, в том числе и из тех, кто участвовал в известном походе Г. Лебедева, говорят, что, скорее всего, путь от Новгорода до Киева преодолевался зимой по льду замерзших рек, летом это делать было очень проблематично, нужна соответствующая инфраструктура, контролирующая и обслуживающая волоки, а существование такой инфраструктуры в середине Х века под большим вопросом. Позже – да, никто и не спорит. Так что и без поисков отсутствия или наличия сходства между Новгородом и Немогардом можно придти к выводу, что это совершенно разные города.

  • Сергей говорит:

    Забыл упомянуть еще и о том, что и само сообщение Константина о Руси требует серьезной проверки, ибо пестрит достаточно большим количеством ошибок и несоответствий. Что позволило Шевченко высказать сомнения в авторстве Багрянородного приписываемого ему текста «Об управлении империей». Есть и еще один момент, проверить который мне не удалось, но о чем доводилось читать в сети. Из трех сохранившихся копий трактата сведения о Руси, якобы, имеются только в той копии, которая была случайно найдена известным собирателем древностей графом Румянцевым.

  • Ruthen говорит:

    Немогарда, в котором сидел [сидит] Сфендослав, сын Ингора, архонта Росии…
     
    Если не изменяет память, то в первоначальном греческом варианте, есть не «сын», а «брат»…

    • Сергей говорит:

      Это Вы вычитали у Бычкова в «Киевская Русь, страна которой никогда не было»? Если так, то тогда поищите сам греческий текст, там все-таки написано υιος – «сын». Впрочем, вот сразу и ссылка, стр. 56.

  • Лев Прозоров говорит:

    Я был бы склонен согласиться с уважаемым автором, если бы не одно но – вендское «гард» вместо южнославянского «град» (Вусеград в том же источнике) всё же заставляет искать Немогард севернее Приднепровья.

  • Сергей Цветков говорит:

    Но в Новгородской земле спокон века не водилось никаких гардов.

    • Сергей говорит:

      Возможно, проблема лежит все таки в иной плоскости. Если прав Шевченко и Багрянородный не писал трактата, то «Об управлении империей» – поздний, не обязательно просвещенных веков, фальсификат, сотканный непонятно из откуда заимствованных источников, а значит и ждать от него точности, в том числе и в написании названий (Немогард ведь не единственная головная боль трактата, есть еще и пороги), не приходится. Аналогичным образом смотрел на трактат и Левченко, только он полагал, при авторстве сочинения Константином, наличие разных информаторов у императора и более позднюю редактуру. Что, по его мнению, достаточно хорошо прослеживается в разных написаниях названия Киева, кривичей и других нестыковках. То есть мы не знаем, от кого и когда в трактат попала информация о том, что Святослав сидел в Немогарде, а без этого любые попытки идентифицировать этот город – гадание на кофейной гуще.

    • Сергей говорит:

      Просматривая Джаксон, наткнулся на вот какую цитату из саги о Хаконе Хаконарсоне:
       
      «Этим летом отправились они в военный поход в Бьярмаланд, Андрес Скьяльдарбанд и Ивар Утвик. У них было четыре корабля. И то было причиной их поездки, что ездили они в Бьярмаланд в торговую поездку за несколько лет до этого, Андрес из Сьомелингар и Свейн Сигурдарсон, Эгмунд из Спангхейма и многие другие. У них было два корабля. И отправились они назад осенью, Андрес и Свейн; а они остались с другим кораблем, Хельги Богранссон и его корабельщики. Эгмунд из Спангхейма тоже остался; и отправился он осенью на восток в Судрдаларики (Суздальское княжество. — Т. Д.) со своими слугами и товаром. А у халогаландцев случилось несогласие с конунгом бьярмов. И зимой напали на них бьярмы и убили всю команду. И когда Эгмунд узнал об этом, отправился он на восток в Хольмгардар (Новгородское княжество. — Т. Д.) и оттуда восточным путем к морю; и не останавливался он, пока не прибыл в Йорсалир (Иерусалим. — Т. Д.).»
       
      Джаксон всю эту галиматью с географией объясняет тем, что то: «что представляется сегодняшним читателям ошибками, проистекающими из слабого знакомства скандинавов с восточноевропейскими землями, скорее, следует отнести за счет стереотипности средневекового сознания и специфики скандинавской картины мира — для правильного понимания древнескандинавских источников нам необходимо принять картину мира такой, какой она была в представлении средневековых исландцев».
       
      Ну да, восток для мореходов-скандинавов – вовсе не восток, а любое направление в котором они движутся. И для них, блин, Восток – дело тонкое. А может, все проще и сканды, в действительности, дальше Тимерева не хаживали и все свои сказки сочиняли по слухам. Либо, кроме Новгорода Великого и Новгорода Северского были еще Новгороды-Хольмгарды. Кстати, Новгород-Северский для данной саги куда больше подходит.

    • Евгений Нефёдов говорит:

      Возможно, всё-таки водились – например, литовцы до сих пор Новгород на Волхове называют Наугардас. Также на средневековых европейских (особенно, немецких) картах и иллюстрациях Новгород на Волхове упоминается на вендский манер – то Naugard, то Navgard, то Nowogord, то Nuougardia – у меня есть много подобных иллюстраций. Ниже одна из таковых, Адама Олеариуса. В то же время, Ивангород указывается на таких картах обычно как Ivangorod – возможно, это всё отражает, является следами изначальной северо-лехитской огласовки для слова город в названии Новгорода на Волхове.
       

  • Александр Лабай говорит:

    Непредвзятое рассмотрение вопроса о «Пути из варяг в греки» наталкивает на мысль, что истина лежит между двумя крайними точками зрения: 1. Путь был и играл важную роль в становлении Русского государства; 2. Пути не было, потому что сегодня его пройти проблематично, если не невозможно.
     
    На сегодняшний день мы плохо представляем процесс, который называем «торговля между Новгородом и Киевом». Никто не отрицает, что Новгород был ориентирован на Запад и органично вошёл в Ганзейский Союз. Мы не можем отрицать связь Киева с Царьградом. Но при наличии бесспорной связи между Новгородом и Киевом, пытаемся отрицать, что не было пути из Новгорода в Киев. Возможно он не такой, как описан в ПВЛ, но он был! Мы не можем описать его «логистику», но это не означает, что связи не было между Новгородскими пятинами и треугольником Смоленск-Киев-Чернигов. Путь был не простой, чему есть факты в той же ПВЛ, но функционировал и не дал расползтись Северу и Югу по разные стороны «баррикады».

    • Аркадий говорит:

      Путь был действительно непростой. Низовья Днепра задолго до варягов контролировали кочевники, промыслом которых, как я полагаю, была работорговля через греческие колонии на севере Черного моря. К тому времени кочевники обрели ислам и активно, опираясь на исследования проф. Тищенко (КГУ им. Шевченко), распространяли его в том районе и много севернее и значительно на запад.
       
      Если это иметь в виду, то варягам приходилось продираться сквозь занятую кочевниками территорию. Святослав даже построил крепость Переяславец в Добрудже (провинция Тульча), но не удержался там и по дороге домой в Киев был убит печенегами в районе Днепровских порогов.
       
      Отсюда следует предполагать то, что «Путь» – сложнейшая логистика. За право контроля над каждой частью этого Пути велась ожесточенная борьба.

    • Сергей говорит:

      Вопрос не в том, был путь из Новгорода в Киев или не был. А в том, когда он возник и стал неотъемлемой частью торговых маршрутов Восточной Европы, и в том, когда было удобнее всего им проходить? Именно от этого, во многом, зависит идентификация Немогарда из сочинения Багрянородного и его отождествление с Новгородом.

  • Александр Лабай говорит:

    Между Киевом и Новгородом была не дорога, а скорее «направление движения». Известно, что между Владимиром, князем Киевским, и его сыном Ярославом, сидящем в Новгороде, пробежала «чёрная кошка». Не захотел Ярослав «отстегнуть» державному отцу от Новгорода 2000 гривен. «И сказал Владимир: «Расчищайте пути и мостите мосты», ибо хотел идти войной на Ярослава…» (ПВЛ, за 1014 г.). Пока готовили дорогу, Ярослав успел в 1015 году послать за варягами и получить подкрепление. Но связь-то была! И дань посылали, и войска ходили, и весточки о событиях переносили. Интересен рассказ Владимира Мономаха о своей жизни. Новгород упоминается трижды:
     
    1. Там родился его сын.
    2. Поход Мономаха на Смоленск, а затем зимой на Новгород.
    3. Поход Мономаха и Святополка зимой на Полоцк, а затем Святополка на Новгород.
     
    Чем не «наряд» на пути из «варяг в греки»? Другой вопрос, что битва с половцами за Новый Город (это у Мономаха) на Десне (Новгород-Северский) была важнее. Только в Чернигов он ездил более ста раз.
     
    Так что были пути, которые при массовом сепаратизме не дали расползтись земле Русской, ибо ходил по этим дорогам народ единый – русский. Бил и своих, и чужих, чтобы порядок был. Поэтому и в России живём, а не в Гондурасе.

  • Виктория В.С. говорит:

    Даже не может быть никаких сомнений, что торговый путь по Днепру был. Ни степняки, ни пороги, ни волоки к этому не препятствия. Кстати с экономической точки зрения Северный морской путь в некоторых случаях лучше пути через Суэцкий канал)). Всё определяется точкой отправления и точкой прибытия. А опасность от степняков для торговли была в низовьях всех рек юга Восточной Европы. Наверняка, одна часть степняков зарабатывала «за охрану», а другая (если получится) за грабёж этих караванов. Степняки были не препятствием для торговли юг-север, а её составной частью.
     
    Был ли водный путь по Днепру путём из «варяг в греки», имея в виду отсутствие прямой связи по Днепру между Черным и Балтийским морем? А была другая река, которая не имела такого же «дефекта»? В конце концов, это не вопрос трудностей, а вопрос совокупных издержек на осуществление пути. И место расположения Немогарда Багрянородного особой роли не играет в этой теме. Особенности самого названия (новый город) таковы, что во времена Багрянородного путь к Балтийским берегам из Днепра мог происходить через какой угодно (из множества) «новых городов». Если это был не тот самый Новгород (Великий), то это ничего не решает в вопросе существования пути «из варяг в греки». Сугубо по геометрическим и географическим соображениям этот путь был, если кто-то взялся его осуществлять. А Багрянородный прямо рассказывает, что товар из Византии по Днепру двигался. Придумать, как переправить товар «к варягам», если уж он добрался аж до Смоленска – не сложнее, чем преодолеть заслон степняков и днепровские пороги.

Подписывайтесь на Переформат:
 
Переформатные книжные новинки
   
Конкурс на звание столицы ДНК-генеалогии
Спасибо, Переформат!
  
Наши друзья