Печальную летопись зарегистрированных автомобильных аварий открывает дорожно-транспортное происшествие, впервые произошедшее 30 мая 1896 года в Нью-Йорке. Генри Уэллс на своем электромобиле Dureya Motor Wagon во время автогонок столкнулся с ехавшим велосипедистом, который отделался переломом ноги. Первый в мире наезд на пешехода со смертельным исходом случился тем же летом, 17 августа, когда Бриджит Дрисколл, 44 лет от роду, мать двоих детей, была сбита в Лондоне служащим «Англо-французской автомобильной компании», летевшем со скоростью 8 миль в час вместо положенных четырех. Спустя полтора десятка лет, 2 сентября 1910 года, произошло новое происшествие – на этот раз с участием августейших особ.
 

Рядом с шофёром – великий герцог Эрнст Людвиг Гессенский, великая княжна Ольга Николаевна.
На заднем сиденье справа – Николай II.

Около 5 часов пополудни в окрестностях Обер-Мёрлена автомобиль великого герцога Гессенского столкнулся с крестьянской повозкой. Повреждения ограничились помятым колесом, никто не пострадал. Пассажиры – герцог Эрнст Людвиг, его супруга Элеонора и их высокий гость, российский император Николай II, – пересели в запасной автомобиль и продолжили путь.
 
Романовы находились во владениях герцога Гессенского с конца августа и задержались в гостях до исхода октября. Это была самая продолжительная поездка царской семьи заграницу. Великие княжны и наследник цесаревич Алексей сопровождали своих родителей. Заграничный вояж носил частный характер – врачи предписали императрице Александре Фёдоровне пройти курс лечения на знаменитом курорте Бад-Наугейм, славящимся своими целебными источниками. Герцог Эрнст Людвиг приходился русской императрице родным братом, поэтому визит протекал в сердечной, домашней обстановке.
 

Поначалу царская семья поселилась в старинном замке Фридберг, при котором с 1866 года существовал краеведческий музей. Пользуясь отсутствием стеснительного этикета, Николай II с удовольствием облачился в штатское платье. Многие придворные, впервые увидев государя в простом сюртуке, были весьма удивлены.
 

Царская семья во дворе замка в Фридберге.

Жизнь протекала в размеренном ритме. В 9 часов утра пили кофе, в час дня завтракали, после чего Александра Фёдоровна шла принимать ванны. Местные медицинские светила оказались евреями, пользоваться услугами которых супруге государя было зазорно, поэтому лечением руководил состоявший при Их Величествах Боткин, не имевший никакой практики в наугеймских водах, и местный доктор-немец, не имевший никакого авторитета. Между тем государь обычно совершал пешие и автомобильные прогулки, знакомясь с достопримечательностями.
 
Для Николая II и его семьи из императорского гаража во Фридберг по железной дороге доставили представительский лимузин «Делоне-Белльвилль» и новый «Мерседес». Эти автомобили царская семья использовала для прогулок близ Фридберга, а для дальних поездок государь садился в автомобиль своего шурина, герцога Гессенского.
 
 
 
Как-то раз Николай II с герцогом ехали по дороге, с обеих сторон обсаженной грушами и яблонями; их ветви гнулись к земле под тяжестью спелых плодов. Государь осведомился, чьи это деревья, и, узнав, что они принадлежат казне, удивленно заметил:
 
— Неужели их не обрывают?.. Ну, a у меня не только ничего не осталось бы, но и деревья бы поломали.
 
Затем в российском самодержце заговорила природа его подданных. Выйдя из экипажа, он с улыбкой сорвал яблоко и спросил:
 
— Что мне за это будет?
 
Эрнст Людвиг рассмеялся.
 
 
Слева: Николай II и герцог Гессенский. Справа: Цесаревич Алексей и его воспитатель,
боцман А.Е. Деревенко. Фридберг, 1910 год.

Маленький цесаревич Алексей между тем близко сошелся с местными крестьянскими детьми и даже помогал им собирать в поле картофель. Наградой ему был мешок с картошкой, подаренный крестьянами, а он в ответ одарил своих новых знакомых перочинными ножиками.
 
Неизменным вниманием со стороны государя и государыни пользовались местные православные храмы. В Бад-Наугейме для русских туристов с 1908 года была открыта церковь во имя святителя Иннокентия, епископа Иркутского, и преподобного Серафима Саровского, принадлежавшая Князь-Владимирскому братству.
 

 
Здесь находилась особо чтимая православная святыня — иконостас из Зосимо-Савватиевской церкви Саровской пустыни, перед которым когда-то молился сам Саровский чудотворец. По преданию, преподобный Серафим, служа в церкви, вдруг увидел, как во время ектении в храм явился Спаситель и вошел прямо в иконостас. В 1908 году этот иконостас, выполненный в стиле ампир, в качестве дара храму свв. Иннокентия и Серафима преподнес епископ Тамбовский и Шацкий Иннокентий (Беляев).
 
Императорская чета, так много сделавшая для прославления преподобного Серафима, несколько раз посетила богослужения в этом храме. Впервые мысль о необходимости прославления преподобного Серафима была высказана в 1883 г. Однако тогдашний глава Святейшего Синода К.П. Победоносцев отнесся к предложению неодобрительно. Дело тронулось с места лишь в царствование Николая II. 17-20 июля 1903 г. в Московском Кремле и Сарове состоялись грандиозные «Саровские торжества» при огромном (до 150 000 человек) стечении народа и с участием царя и других членов императорской фамилии.
 
Государыня любила преподобного Серафима, которого называла «добрым старичком». Она говорила: «Я знаю, что этот добрый старичок поможет мне хорошо умереть». Столь же твердое убеждение в святости преподобного высказывал Николай II: «Что касается святости и чудес святого Серафима, то уже в этом я так уверен, что никто никогда не поколеблет мое убеждение. Я имею к этому неоспоримые доказательства». Об этих «доказательствах» граф С.Ю. Витте писал: «Были уверены, что Саровский святой даст России после четырех Великих Княжон наследника. Это сбылось и окончательно и безусловно укрепило веру Их Величеств в святость действительно чистого старца Серафима. В кабинете Его Величества появился большой портрет — образ святого Серафима».
 

Великий герцог Эрнст Людвиг Гессенский, император Николай II, принцесса Дармштадтская Елизавета (племянница императрицы Александры Фёдоровны и Великой княгини Елизаветы Фёдоровны, правнучка королевы Виктории и императора Александра II), Великая княжна Ольга Николаевна (дочь императора Николая II и императрицы Александры Фёдоровны)
у колодца Вольфсгартен.

После того, как 11 октября царская семья переехала в имение герцога Вольфсгартен под Дармштадтом — городом, где родилась Александра Фёдоровна (а также бабушка Николая II, императрица Мария Александровна, супруга императора Александра II), — обычным местом посещений государя и государыни стала церковь Святой Марии Магдалины, построенная в 1899 году на их личные средства. В ее основание была заложена земля, собранная со всех губерний Российской империи.
 

 
Из светских развлечений Дармштадт мог предложить осмотр коллекции Museum Künstlerkolonie, где были выставлены творения 23-х молодых художников, которым покровительствовал герцог Эрнст Людвиг.
 

 
По его приказу для них был построен специальный поселок на горе Матильды. Проектированием роскошных особняков, выполненных в стиле модерн, занимался австрийский архитектор Йозеф Ольбрих, чей Венский Сецессион уже снискал европейскую славу.
 

Памятная открытка.

Под конец пребывания государя в Германии у него состоялась в Потсдаме встреча с «кузеном Вилли» (кайзером Вильгельмом II), отмеченная важными переговорами по разделу сфер влияния в Персии и отличной охотой. После этого царская семья вернулась в Петербург.
 
Сергей Цветков, историк
 
Перейти к авторской колонке
 

Понравилась статья? Поделитесь ссылкой с друзьями!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Читайте другие статьи на Переформате:

Подписывайтесь на Переформат:
 
Переформатные книжные новинки
   
Конкурс на звание столицы ДНК-генеалогии
Спасибо, Переформат!
  
Наши друзья