Некоторое время назад меня попросили прокомментировать данные о «полосатых парусах» кораблей викингов. Сегодня я хотела бы дать предварительный ответ. Предварительный, поскольку оказалось, что вопрос о «полосатости» парусов выводит на более широкую и интересную тему, чем это представлялось в начале. Вся дискуссия возникла вокруг приведенной мною цитаты двух историков – шведского историка Оке Перссона и датского историка Томаса Олдрупа. Это им принадлежало сообщение о том, что нет археологических данных или сведений письменных источников о «полосатости» парусов у скандинавов или скандинавских викингов.
 

 
Естественно, прежде всего, я отправила полученный вопрос им, поскольку каждый автор должен иметь шанс представить свое разъяснение. Но одновременно стала проводить и собственное исследование. И уже первые результаты показали, что «полосатость» парусов оказывается частью серьезной проблемы, по которой следует написать отдельную, более обстоятельную работу, что я и сделаю в ближайшем будущем. Но чтобы не оставлять вас в неведении слишком долго, вот самый краткий предварительный ответ.
 

1. По Гокстадскому кораблю. При раскопках в Гокстаде в 1880 году были, действительно, обнаружены остатки текстиля, которые поначалу приняли за остатки паруса. Но постепенно от такого отождествления отошли. Предпринимались попытки других отождествлений (даже мелькнуло что-то об остатках одежды), но насколько я могла судить, сейчас среди археологических находок Гокстада уверенно говорят о шатре, который устанавливался в середине судна для команды корабля, поскольку кают не было. Но никто больше не говорит о парусе. Для примера могу назвать работу шведского археолога Анны Лихаммер «Vikingatidens härskare» (2012), где она, перечисляя находки Гокстада, называет лишь остатки шатра и более никаких предметов из текстиля. Об остатках шатра, найденного при раскопках Гокстадского корабля, говорится и во многих работах российских авторов, которые можно найти самостоятельно.
 
Что же касается Жаклин Симпсон (1930 г. рожд.), то она является известным английским фольклористом и специалистом по средневековой исландской литературе. Но названный в комментарии перевод на русский относится к ее работам, опубликованным довольно давно. У меня нет этого перевода, поэтому я могу только догадываться, что источником его послужила книга «Everyday Life in the Viking Age», первое издание которой относится, если не ошибаюсь, к 1967 году. Правда, в аннотации к переводу дается отсылка и к другой книге Ж. Симпсон «British Dragons», но и она тоже не первой свежести: первое издание, насколько я знаю, состоялось в 1980 году. Поэтому многие сведения, приведенные в книге, просто устарели.
 
Здесь же хотелось бы отметить, что сложность работы с данными, связанными с так называемой «викингской» проблематикой заключается в том, что на этой проблематике за столетия «налипло» так много домыслов и вымыслов, так много подложного или желаемого вместо действительного, что для исследования надо привлекать множество работ, не ограничиваясь какой-то одной. И начинать надо с работ наиболее современных, которых более коснулся процесс демифологизации этой проблематики. Этот процесс я наблюдаю в скандинавской медиевистике.
 
2. Приведенные отсылки к фрагментам из исландских саг выводят на другую любопытную проблему – особенностям переводов текстов исландских саг на современные скандинавские и другие языки, в том числе, и на русский язык, осуществлявшихся в разные времена. Есть основания полагать, что в переводах как минимум XIX века появились «полосатые паруса» вместо парусов из полос (или просто напросто, «рифленных парусов»). Как могла появиться эта подмена?
 
Ну, во-первых, в конце XVIII – начале XIX вв. традиция рудбекианизма заниматься «прихватизацией» сюжетов из чужих историй в пользу возвеличивания прошлого скандинавских стран была в полном цвету. И для конструктива о викингах, как о грозных покорителях… и пр., очень подходило, например, отождествление с историей герцогов Нормандии, в которой имелся такой источник, как полосатые паруса на гобелене из Байе. Но не только он. Имелись и другие объекты для «прихватизации», которые теперь надо будет постепенно представить в своих статьях.
 
А во-вторых, перевод средневековых источников на современные языки – дело сложное: язык меняется, многие слова или выходят из употребления или меняют свой смысл. Имеется множество примеров того, как неверно понятая средневековая лексика приводила к искажению смысла раннесредневековых произведений.
 
Классический пример, конечно, хрустальная туфелька Золушки. На эту ошибку перевода обратил внимание О. Бальзак, работая с материалами для своей книги о Екатерине Медичи. В XVI веке, заметил Бальзак, торговля мехами переживала эпоху своего расцвета. Из меха делали все, включая и дамские туфельки. Особой роскошью были туфельки из меха vair, которым мог быть либо горностай, либо голубая белка. Но слово это рано вышло из употребления, и для перелагателей сказок Перро в XIX веке было ближе слово verre – хрустальный. Хотя хрустальная туфелька, конечно, – полная нелепость.
 
Другой пример похуже, поскольку касается передачи слова наряд, которое в контексте Сказания о призвании варягов означает власть, словом порядок. Подмена произошла, когда переводчик Дмитрий Языков, делая для Шлецера перевод ПВЛ на немецкий язык и переводя слова Сказания: «земля наша велика и обильна, а наряда в ней нет», – перевел их как «unser ganzes Land ist groß, gut, und mit Allem gesegnet, aber keine Ordnung ist darin». То есть, размышляя над многообразием значений слова наряд, он решил, что именно слово Ordnung будет самым подходящим для передачи русской фразы на немецкий язык. И при обратном переводе с немецкого на русский слово Ordnung было уже совершенно правильно переведено как порядок, а искаженный текст летописи с этого момента получил путевку в жизнь.
 
Чтобы обнаружить вышеназванную подмену в исландских сагах – «полосатые паруса» вместо «паруса из полос» – я провела сравнение нескольких текстов указанных саг, переведенных в разное время на шведский, норвежский, датский.
 
Необходимость такого широкого сравнительного анализа я поняла, когда работала с текстами Олауса Магнуса и обнаружила, что в переводах XIX-XX вв. часть лексики XVI века «подправлена» на более соответствующую запросам момента. Для полного восстановления картины с парусами, для объяснения всех приведенных в комментарии фрагментов, я собираюсь обратиться к оригиналам текстов саг и уточнить, какая конкретно терминология использовалась Снорри Стурлусоном при описании парусов и другого оснащения кораблей. Это потребует времени, но мы ведь не торопимся. Думаю, что такая работа принесет интересные результаты.
 
Я кстати, заметила, что в работах современных скандинавских медиевистов «полосатые паруса» исчезают, а паруса из полос или с полосами ткани (рифленые паруса) появляются все чаще. Время от времени возникают обсуждения этого вопроса, следствием чего и является замечание к изображению на готландском рисованном камне: ну, видно же, что паруса не полосатые.
 
Приведу в заключение пример из работы ведущего датского специалиста по «викингской» тематике Эльсе Роесдаль (Else Roesdahl, Vikingernes verden. København, 2001. S. 94 – книга есть на русском языке, но с другой пагинацией) с обобщенным описанием паруса на скандинавском корабле викингского периода:
 

Корабль оснащался четырехугольным парусом, крепившимся к рею (et råsejl). Парус мог, естественно, быть рифленным (kunne rebes), поэтому его площадь могла уменьшаться, соответственно силе ветра.

 
В датском тексте слово reb – риф у паруса. И нет никаких других описаний, упоминания полос или каких-то цветовых характеристик в качестве существенных примет для парусов. В норвежских и шведских текстах встречаются такие описания как seil med stripor или segel med remsor, т.е. парус с полосами ткани. Переводить морскую тематику, имея за плечами только «сухопутное» гуманитарное образование, – удовольствие ниже среднего. Поэтому так важны компетентные комментарии читателей, действительно разбирающихся в морской терминологии и представляющих, как выглядит парусник. Например, пояснение о том, что рифы – это полосы парусины, нашиваемые на паруса, и не имеющие отношения к «полосатости» как орнаменту.
 
Здесь приведена только часть соображений. Я продолжаю работать с источниками по этому направлению. Посмотрим, к чему мы придем…
 
Лидия Грот,
кандидат исторических наук
 
Перейти к авторской колонке
 

Понравилась статья? Поделитесь ссылкой с друзьями!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Читайте другие статьи на Переформате:

24 комментария: Золушкина туфелька и «полосатые паруса» викингов

  • Людмила Черкашина говорит:

    Спасибо, Лидия, за новый интересный материал. Слово «наряд» до сих пор употребляется в армии. «Заступить в наряд» и означает наведение порядка в определенном месте воинской части. Дмитрий Языков, наверное, не знал этого, не оправдал свою фамилию (это я позволила себе пошутить)))

    • Liddy Groth говорит:

      Уважаемая Людмила! Ваш любезный комментарий навел меня на мысль сделать отдельную статью о слове наряд и его многочисленных значениях. Слово это древнее, и как все старинные понятия, прожившие долгую жизнь в языке, оно со временем приобретало новые значения. Так что, спасибо. Ваш интерес к публикации помог мне увидеть тему для новой статьи.

  • Евгений Нефёдов говорит:

    Большое спасибо за предварительный ответ. Очень интересно. Ждём продолжения.
     
    Да, отдельно и подробно о слове наряд было бы очень даже любопытно. Слово это очень важное для понимания нашей истории!

  • Antntn говорит:

    Лидия Павловна, спасибо за ваши труды. Приятно читать материалы человека, который хочет разобраться в теме и привести все в порядок. С нетерпением жду полного текста исследования. Не подскажите, есть ли более-менее толковая литература по истории Руси до призвания Рюрика?
     
    Кстати, сталкивался как-то с современной забавой по переводу текстов. Например, текст переводится с русского на китайский (в обязательном порядке дословно или, что хуже, машинным переводом), а затем обратно на русский. Делается это исключительно смеха ради. И только норманисты подобный метод могут использовать в качестве аргумента.

    • Liddy Groth говорит:

      Уважаемый Antntn! Сложность ответа на Ваш вопрос о литературе заключается в том, что история Руси до призвания Рюрика стала отрицаться с XVIII века, c утверждением норманизма, согласно которому вся Русь прибыла в Восточную Европу в IX в. со Скандинавского полуострова. Соответственно, изучение истории Руси до призвания Рюрика приостановилось почти на 300 лет. Разумеется, и в указанный период оставались ученые, которые пытались поднимать вопрос о Руси до Рюрика, но несладко им приходилось, поскольку надо было выдерживать нападки и обвинения в ненаучности.
       
      Из работ последних десятилетий я могла бы посоветовать книгу А.Г. Кузьмина «Начало Руси» (М., 2003); работы В.В. Седова – например, «Древнерусская народность. Историко-археологическое исследование» (М., 1999); новое издание книги Е. Галкиной «Русский каганат. Без хазар и норманнов» (М., 2012). Если Вы хотите разобраться в том, как прервалась традиция изучения Руси до Рюрика, то очень советую посмотреть серию «Изгнание норманнов из русской истории» – вышло уже три выпуска: http://pereformat.ru/2012/10/sbornik-izgnanie-normannov/
       
      Удачи Вам!

  • Сергей говорит:

    Доброго дня, Лидия Павловна. Слово «наряд» в армии используется несколько в ином смысле чем говорит Людмила Черкашина. Заступить в наряд – заступить на выполнение определенных работ. Например, на пост дневального или на чистку картошки. По-моему, у строителей слово используется в сходном смысле. Если смысл слова не изменился со времен ПВЛ, то тогда наряд там используется в следующем смысле. «Земля наша велика и обильна, а наряда (управлять по назначению, работать по назначению) в ней нет». Дополнительный смысл в том, что приглашали править князя по доверительному соглашению. Это как если бы сейчас коллектив какого-нибудь завода позвал бы работать к себе исполнительного директора с правом переизбрать его, если не люб окажется.

    • Liddy Groth говорит:

      Уважаемый Сергей! Смысл слова наряд с IX в., конечно же, изменился. Вернее, это слово обрело массу новых значений. Ваш комментарий лишний раз показывает, что публикация с историческим анализом слова наряд будет актуальной.
       
      Что же касается приглашения Рюрика с братьями, то согласно моим исследованиям, его приглашали в соответствии с его наследными правами и местом в княжеском родословии, например, как Генриха Плантагенета или как множество других правителей в европейской (или шире – в мировой) истории. Об этом у меня есть несколько публикаций в рамках моей авторской колонки на сайте переформат.ру:
       
      Как наследовалась власть и «призывались» правители
      Наследование власти в Скандинавии
      Призвание Рюрика: о чём идёт спор?
      Русский князь – титул, а не национальность
      Что позволено Плантагенету, то не позволено Рюрику
       
      Если у Вас есть время и интерес, то взгляните, пожалуйста.

      • Сергей говорит:

        Интерес есть, читаю – вчитываюсь )). Сразу поясню свою позицию. Я держусь версии, что Рюрик с братьями – знатного происхождения предводитель отряда варягов, призванный с острова Буяна (Руяна).
         
        Так же предполагаю, что вполне себе совместимо правление по договору и по наследственной линии одновременно. Отсюда – достаточно, периодически, вольное обращение с князьями у новгородцев. Слова – «Ряд», «наряд» – имеют действительно разные смыслы. Но ИМХО значение «очередность» имеет не больше прав на старину чем «договор». Потому, что даже договор составляется пунктами по очередности )).
         
        Кстати, в мировой практике практиковалось приглашение королей по договору. Польша и др. Вполне возможно, нечто похожая ситуация и у раннесредневековых славян. Нечто вроде современного договора о крышевании коммерческой структуры одной из авторитетных группировок. Где в виде группировки выступает Рюрик с дружиной русов-варягов (из славян, балтов, свеев и норманов).

        • Liddy Groth говорит:

          1. Реальные версии относительно какого-то исторического вопроса должны основываться на исторических источниках, сохраненных письменной и устной традицией. Все известные источники говорят о том, что Рюрика приглашали на престол в словенское княженье как наследного князя на опустевший престол. Таким же образом, как, например, Генриха Плантагенета. Вам же не приходит в голову, что Генрих был каким-то «авторитетом», приглашенным для «крышевания»?!
           
          Княжеского звания Рюрик был «лишен» только с XVIII века, с приходом в российскую историческую науку норманизма. А до этого никто не сомневался в княжеском родословии Рюрика, при этом я имею в виду не только русские летописи, но и польские хроники, немецкие источники, французские материалы и пр. Не могли же все завраться, запутаться, насочинять. Указывалось и точное место призвания: Любек – центр Вагрии или Мекленбург, во времена Рюрика – славянские земли. Об этом писал, например, немецкий гуманист Себастьян Мюнстер в своей работе по истории Северной Европы, в которую входила и история североевропейских династий, включая и историю междинастийных отношений. А Вы на какие источники опираетесь? Проверьте-ка себя!
           
          2. Совершенно верно Ваше предположение о том, что принцип наследственной власти не отрицает возможность заключения договоренностей между приглашающей стороной (народное собрание, исполнительная власть и пр.) и приглашаемым кандидатом «со стороны» (принцем, княжичем и т.д.) Легко проследить, что при приглашении любого нового кандидата на престол всегда пытались оговорить: какие традиции должны остаться без изменения или что новое ожидается в системе управления. Также не препятствовала традиция наследной власти «вольному» обращению с наследным правителем: как неугодные князья, так и неугодные короли могли изгоняться с престола в пользу другого кандидата. Такими событиями полна и западноевропейская история. И договор здесь ни при чем.
           
          Также ни при чём старина или молодость слова «очередность». Не в слове речь, а в принципе наследования, который всегда регулировался местом в системе (очереди) родственных связей: первоочередные наследники, наследники с более отдаленным правом. И вот этот принцип перехода прав (власти ли, имущества ли) в соответствии с местом в ряду/очереди родственников очень древний, но менявшийся с течением веков: от брата к брату (один из наиболее древних), от отца/матери к сыну и т.д. Очередь наследования оговаривалась и регулировалась издревле.
           
          3. В истории Польши, действительно, был такой период, когда опустевший польский престол мог предлагаться кандидатам из других западноевропейских королевских домов, которые затем в рамках существующих в Польше традиций и законов провозглашались польскими королями. Но, во-первых, это имело место в достаточно поздний период, а не в раннее средневековье, а во-вторых, приглашение, например, какого-нибудь принца из Габсбургского дома занять польский престол совсем не одно и то же, что в Вашем понимании, приглашение правителя «по договору». По договору приглашались военные наемники, а наследные правители приглашались совсем на других основаниях. Пример: приглашение в шведские короли французского военачальника в начале XIX века – почитайте о том, каким образом это было организовано.
           
          4. Если освободить всю историю с приглашением Рюрика от всяких наслоений и игры словами, то в первом приближении проблема выглядит так: отрицание норманистами княжеского происхождения Рюрика защищает их исходную позицию – до призвания Рюрика у восточноевропейских славян не было института княжеской (т.е. наследной) власти и, соответственно, не было государственности. Пришел «германский» предводитель Рюрик и всё в одночасье организовал. А поскольку XVIII век – это время всяческих просветительских теорий, то чтобы объяснить сие «германское» чудо, Миллер и Шлецер использовали тогда очень модную теорию Общественного договора. Будто государство и монархия возникли из договора: сели люди в кружок и договорились; но в науке от этой идеи давно отказались, она крутится в российской историографии только благодаря норманизму. Так и родилась «уникальная» теория возникновения древнерусского института княжеской власти из «договора». Уникальная, поскольку «в мировой истории» институты королевской или другой наследной власти из «договора» не возникают, а появляются в силу совсем других традиций. А вот договоры с наследными правителями заключаются – это сколько угодно!

          • Сергей говорит:

            Спасибо за такой развернутый ответ, что очень ценно для меня. Мы с Вами, на мой взгляд, вовсе не расходимся во взглядах. Разве что в некоторых нюансах, где я просто делаю предположения на основе каких-нибудь фактов. Например, я тоже считаю, что у славян государственность была и до князя Рюрика, правда племенная государственность, аналогичная той, что была у ободритов, пруссов и др. славянских племенных союзов.
             
            Немного с Вами разошлись с места прибытия-приглашения Рюрика. Причем с идентификацией самого Рюрика мы сходимся. Известно, что родной город Рюрика был разрушен данами, а отец убит. Период возмужания Рюрика с братьями нам неизвестен. Но как боковая ветвь правящего дома ободритов, он, скорее всего, был в состоянии содержать свою дружину.
             
            Почему думаю, что обосновались братья на Рюгене. Потому что народ там обитавший – руги, руяне (руси)- был в ободридском союзе. И именно с русью переселился Рюрик с братьями в Старую Ладогу. К тому же совпадения: руги, руяне, рузы, средневековыми авторами поначалу упоминаются как обитатели о. Рюген и близлежащих мест. А потом в 10-12 веке и в районе о. Рюген и в Киевской Руси.
             
            Приведу примеры: Самое раннее упоминание о ругах-славянах содержится в «Раффельштеттенском таможенном уставе», изданном около 905 года для взимания торговых пошлин с купцов от ругов и богемов (чехов), желающих торговать в Баварской Восточной марке на Дунае. Продолжатель Регинона, рассказывая о миссии епископа Адальберта в 961-962 годах в Киев, называет княгиню Ольгу королевой ругов (reginae Rugorum) и неоднократно именует русских ругами. Английский священник Роджер в своей «Хронике» конца XII века, описывая события в Англии в 1-й половине XI века, пишет об одном знатном изгнаннике: «бежал из этой земли в землю ругов, которую мы называем Руссией».
             
            Сведения о ругах (киевских русах) проникли также во Францию в связи с женитьбой французского короля Генриха I на Анне (1051 г.), дочери Ярослава Мудрого. Сообщая об этой свадьбе, Гийом Жюмьежский, автор истории норманнов, писал, что Генрих женился на дочери короля ругов.
             
            Правда, отождествления славян-руян с ругами прямо не доказано. Лишь косвенно. Взять хотя бы название острова Рюген или то, что в Житиях Оттона Бамбергского есть две Рутении – та, что граничит с Данией и та, что граничит на востоке с Польшей. Вполне допускаю, что на Рюгене жили одновременно и руяне, и остатки ругов, которые ушли на восток с Рюриком.

            • Liddy Groth говорит:

              Уважаемый Сергей! Я рада видеть среди своих читателей такого интересующегося историей человека! Конечно, расхождения во взглядах на крупную исследовательскую проблему вполне естественны. Надеюсь, что Вы и в дальнейшем будете следить за моими публикациями.

          • Сергей говорит:

            На счет крышевания. В те времена был похожий случай – Хрольф Пешеход. Допустим, Рюрик стал князем в Старой Ладоге по наследственной линии, являясь при этом влиятельным военачальником на Рюгене. Он вполне мог обеспечить покой славянских берегов. Наподобие Хрольфа, обеспечившего покой, по крайней мере, Нормандии. ИМХО варяги от старонорвежского «варги» – волки. Весьма подходящее прозвище для наемников, псов войны )).

    • Людмила Черкашина говорит:

      Сергей, вы правы, но все-таки, как быть с «патрульным нарядом» в армии? Это все-таки «следить за порядком» или выполнять работу? Выполнять работу, на мой взгляд, обобщенное понятие, а слово это вот какое «многоликое» оказывается.)) Наверное, Лидия Павловна сможет в своей статье разобраться с этим «простым-непростым» словом.

      • Сергей говорит:

        Людмила, «наряд» – это как бы назначенный(е) на определенную работу. Нынче так. Следящий за порядком лишь частный случай какой-либо работы. Вот еще пример – наряд милиции. Распространенное «Вызываю наряд милиции». Еще – дежурный наряд, наряд вне очереди, наряд на работы. Предполагаю, что возможно слово изначально шло от слова «наряд» (одежда): перед тем как люди шли на выполнение определенных работ они соответственно одевались. Или же наоборот. Наряд (одежда) соответствуют какой-либо роли, например, невесты. Можно выделить из этого слова – старинное «ряд», «рядить» – устанавливать договорные отношения. Тут в исследовании Лидии Павловны интересное может быть выявлено.

        • Людмила Черкашина говорит:

          Вспомнилось из детства. Я выросла в военном городке и слышала фразу «я иду в наряд» очень часто. Всегда пыталась представить себе, как наверное красиво одеваются военные, когда идут в наряд, ведь они туда идут именно за этим )))) Очень жалела, что так и не довелось увидеть этот их особенно красивый наряд…)))) О, великий и могучий !..

  • Алексей Яковцев говорит:

    Рифы служат для оперативного уменьшения площади паруса при посвежевшем ветре. Они представляют собой длинные горизонтальные полоски плотной парусины (риф-банты), пришитые прямо к мякоти паруса. С определенным шагом риф-банты пробиты и усилены люверсами. В люверсы продеты короткие слабокрученные штерты — риф-сезни. Обвязывая риф-сезни вокруг рангоута, моряки уменьшают площадь паруса — «берут рифы». Обычно на парусе от двух до четырёх рифов. Смотрите подробнее здесь.
     
    Таким образом, с большой натяжкой можно говорить, что паруса полосатые. Но полосками здесь будут служить «технологические» с точки зрения сухопутного человека рифы. Они, как должно быть понятно, расположены горизонтально, то есть, парус – в горизонтальную полоску.
     
    С точки зрения морского человека, парус без всяких полосок. Наличие рифов им воспринимается, как нечто само собой разумеющееся, без чего невозможно будет нормально использовать парус, или гибко использовать разную силу ветра.

    • Liddy Groth говорит:

      Уважаемый Алексей! Огромное спасибо за Ваш профессиональный комментарий. Существует большая проблема с переводами текстов специфической тематики – морской, военной, технической и пр., поскольку традиционно переводчиками выступают люди с гуманитарным образованием. Я это очень хорошо почувствовала, когда, переехав в Швецию, стала работать с организацией деловых проектов, касающихся самых разных отраслей промышленности. И единственная возможность для меня, гуманитария, работать в рамках таких проектов, состояла в том, чтобы быстро пройти «курс» терминологии и составить рабочий терминологический словарь. Инженером от этого не становишься, но начинаешь употреблять правильную лексику. Если этого не делать, то и появляются выражения «у него полосатые паруса» вместо «у него паруса с рифами».

      • Ovod говорит:

        Не думаю, что выражение «у него паруса с рифами» возможно в тех же сагах. Если рифы у скандинавов использовались повсеместно, то отпадает необходимость выделения таких деталей. Кроме того, сами рифы, насколько я понимаю, достаточно неприметны и издалека их не так-то просто заметить.

        • Liddy Groth говорит:

          Я работаю с этим вопросом. Посмотрим, что ответят те специалисты, которым я отправила запросы. А мне, тем временем, надо будет разобраться с оригиналами текстов. Это займет свое время – копии оригиналов необходимо заказывать. Но мы ведь не торопимся. Я тоже предполагаю, что дело там не только в рифах. Но пока я не просмотрю оригиналы и не посоветуюсь со специалистами в истории корабля, никаких собственных предположений высказывать не буду.

          • Ovod говорит:

            Здесь я полностью согласен с Вами. Хочу только высказать одно предположение. Эта мысль пришла мне уже после того, как я отправил предыдущее сообщение. Так вот, мне представляется, что «seil med stripor или segel med remsor, т.е. парус с полосами ткани» следует понимать как «парус из полос ткани», т.е. так, как Вы перевели изначально – «паруса из полос». Другими словами, и понимать нужно так, как написано в источнике, и не выдумывать ничего лишнего.
             
            Объясню почему. Давайте попробуем окунуться в средневековье. Вполне очевидно, что хорошая парусина на то время стоила и хороших денег. А поскольку площадь и высота паруса были немалые, то для них требовались огромные полотнища. Ну и естественно, что при отсутствии станков и технологических возможностей изготовить цельное полотно таких размеров было достаточно сложно, и такое полотнище при этом было очень дорогостоящим. Поэтому, во многих случаях, видимо, покупали рулон парусины с учетом требуемой площади в пересчете на погонный метр. Далее, парусина резалась кусками по высоте паруса, эти куски сшивались между собой, образуя цельное полотнище. Т.е. парус состоял из вертикальных полос ткани.
             
            В отдельных случаях такие сборные паруса могли изготовлять и из двух разных полотнищ – тогда получим полосатый парус, т.е. двухцветный или трехцветный. Такие паруса могли быть, например, у богатых бондов или у конунгов, чтобы выделить свой корабль. В любом случае, нужен не только дословный перевод и непосредственное знакомство с первоисточником, но и исходить из контекста повествования. Т.е. попытаться понять, что хотел передать этим рассказчик.

        • Алексей Яковцев говорит:

          Наверное, есть смысл бережно относиться к словам, хотя бы уж потому, что в начале было Слово… и слово – не воробей – в данном случае, когда речь идёт о смысле использованных слов в первоисточниках, аргумент «не думаю» не способствует определению истины. Теперь по существу.
           
          1. Как видно из текста статьи, изначально тема возникла из описаний, подобных этому: из работы ведущего датского специалиста по «викингской» тематике Эльсе Роесдаль (Else Roesdahl, Vikingernes verden. København, 2001. S. 94 – книга есть на русском языке, но с другой пагинацией) с обобщенным описанием паруса на скандинавском корабле викингского периода: «Корабль оснащался четырехугольным парусом, крепившимся к рею (et råsejl). Парус мог, естественно, быть рифленным (kunne rebes), поэтому его площадь могла уменьшаться, соответственно силе ветра».
           
          Согласитесь, что выражение «парус мог быть рифленым» не соответствует вашему выражению «рифы у скандинавов использовались повсеместно». К тому же здесь приводится описание паруса, а не судна, идущего под парусом, и уж тем более, – не парусного судна, идущего в море. В первом случае вы увидите рифы, во втором – вряд ли, и уж точно нет, – в третьем.
           
          2. В другой статье говорится о рифах более определённо: «Сойер П. говорит о «рифлённых» парусах как о достаточно хитроумном механизме, который позволяет изменять размеры его». Хотя здесь речь идёт о приспособлении, а не о механизме, конечно же. После этой фразы в ваших раздумьях мысль о том, что паруса полосатые, скорее всего, не появилась бы вовсе.
           
          3. Наконец, не только в те времена, но даже и сегодня рифы применяются не на всех парусах. К тому же их наличие зависит и от вооружения судна. (Здесь не подумайте, пожалуйста, что под словом «вооружение» я имел в виду пушки или крылатые ракеты. Я применил морской термин, который будет понятным моряку, но не сухопутному человеку. В данном случае речь идёт о парусном вооружении, которое бывает прямым или косым.) На судах с косым вооружением система подбора (не выбора, а свёртывания) парусов иная.
           
          4. Ваша «необходимость выделения таких деталей» может быть обусловлена первоначальным текстом сообщения. Если смысл первоначального текста был в том, чтобы передать степень богатства владельца судна, то наличие рифов могло бы отнестись к такой характеристике, потому что хороший парус всегда стоил достаточно дорого. А паруса, снабжённые рифами, – ещё дороже. Если же смысл первоначального текста состоял в том, чтобы описать назначение самого судна, то и здесь наличие рифов – важная и необходимая деталь, потому что показывает способность судна к дальним рейсам (смотри далее).
           
          5. Главное назначение рифов – это сохранить паруса и такелаж (мачты, реи) судна во время внезапно налетевшего шторма – шквала. Иначе при полном вооружении вы просто лишитесь и парусов, и мачт, и, скорее всего, самого судна. Ну, естественно, и своей жизни. Бояться шквалов нужно в открытом море, вдали от берегов. При плавании в узких фиордах такая проблема остро не стоит. Поэтому наличие рифов на парусах могло говорить о том, что судно (корабль) способно совершать долгие морские путешествия или быть пригодным для военных набегов на территории, лежащие даже на другом материке, или за морем.

  • Микола Питерский говорит:

    Внесу и я свои дополнения в тему рифов. Бессмысленно рассматривать рифы без учёта конструкции судна. Т.е. рифы, о которых мы говорим, присущи многомачтовым судам с прямыми (трапецивидными) парусами, либо судам с косыми парусами, нижняя шкаторина (край) которых крепится к гику (нижнее горизонтальное рангоутное дерево). У прямых парусов риф-банты нашивались вдоль верхней шкаторины, т.е. такая конструкция подразумевает, что матросы по свистку боцмана «взлетают» по вантам на соответствующие реи и, держась руками за леер, натянутый сверху вдоль реи, опираясь ногами на перты натянутые снизу, распределяются равномерно вдоль реи. Затем они начинают подтягивать парус вверх и обвязывают риф-штерты вокруг реи. Меня терзают смутные подозрения, что на кораблях викингов таких изысков и близко не было. Древние корабли были парусно-гребными, «умели» ходить только с попутным и не очень сильным ветром и, скорее всего, при приближении шторма викинги просто опускали рей с парусом развернув его вдоль корпуса, заваливали мачту, крепили всё по-штормовому и садились за вёсла.

  • Микола Питерский говорит:

    Да! Забыл упомянуть паруса! Паруса и раньше, и сейчас шьют из полос ткани. На ручном ткацком станке вряд ли можно сделать ткань шире пары локтей. Сейчас ткань пошире, метра полтора-два.

Подписывайтесь на Переформат:
 
Переформатные книжные новинки
   
Конкурс на звание столицы ДНК-генеалогии
Спасибо, Переформат!
  
Наши друзья