Почти два года тому назад в Москве прошла конференция попгенетиков, весьма масштабная. Прибыли несколько «тяжеловесов» из других стран мира, прочитали доклады. О них – ниже. Всего было представлено 51 устных докладов и 39 стендовых, рангом пониже, при которых авторы стоят у стендов, на которых вывешены картинки, цифры, полученные данные и выводы. Участники конференции прохаживаются мимо стендов, и если захотят – задают вопросы или просят пояснить, в чем суть работы. Нормальный ход, как обычно.
 

 
Абстракты (которые в принципе должны отражать основные выводы доклада, достижения, открытия, если таковые были) были опубликованы. И вот здесь «нормальный ход» спотыкается. В тех Абстрактах – системная проблема современной популяционной генетики. Об этом и будет в значительной степени настоящая статья. Буду исходить из своего относительно немалого опыта в науке за последние 50 с лишним лет, причем в сфере естественнонаучной. Немаловажно и то, что я работал в выдающихся научных школах – в СССР работал в коллективе академика Н.Н. Семенова, единственного в Союзе лауреата Нобелевской премии по химии, а в его коллективе – вместе с чл.-корр. АН СССР профессором И.В. Березиным, из-под крыла которого вышла плеяда молодых докторов наук, многие затем стали лауреатами Государственной премии СССР по науке и технике, несколько будущих академиков РАН и Академий наук «ближнего зарубежья».
 
Я – тоже представитель этой группы, «воспитал» многие десятки кандидатов наук и немало докторов наук, лауреатов премии Ленинского комсомола и Государственной премии СССР. Поэтому имею свои представления о том, как надо готовить научные работы, как писать и представлять Абстракты статей и докладов на конференциях, и кого надо бы видеть в составе авторов тех докладов. Прошел я ещё научную школу биохимии и биофизики Гарвардского университета, работая вместе с профессором Бертом Вэлли, академиком Национальной Академии наук США, который был также председателем Отделения биохимии Академии, и, должен сказать, что мои представления о том, что перечислено выше, только усилились. Оказалось, что принципы научной работы, оформления научных статей и докладов (и их Абстрактов) на конференциях (с которыми я выступал десятками и в СССР, и в США) были одними и теми же в моей научной школе как в Союзе, так и в США. Наука по сути едина, как и принципы ее оптимальной организации во всем мире.
 

Так на чем я спотыкался, вплоть до активного неприятия того, как подавались материалы на конференции попгенетиков? Это – крайне важные вопросы науки, неуважение к которым науку резко тормозит. Это неуважение к вопросам науки просто бросается в глаза при рассмотрении материалов упомянутой конференции. Коротко говоря, у попгенетиков отсутствует научная школа.
 
Начну с самого простого. Это – принцип доверия по отношению к молодым и прочим ученым. Если в научных статьях принято (как правило, в начале статьи, вслед за названием) перечислять авторов исследования, то в докладах на конференциях неуместно и неприлично влезать в авторы всем коллективом начальников. Автор доклада на научной конференции один – тот, кто делает доклад, и он же (как правило) готовится к этому докладу, он же пишет Абстракт. Доклад – это его поле, он себя там показывает (или проваливается), он растет профессионально со своими докладами. Чтобы он рос эффективнее – надо давать ему свободу, и не лезть, повторяю, всем начальникам в авторы доклада.
 
Простой пример из «личной жизни». В моих первых двух статьях после окончания химического факультета МГУ мой непосредственный научный руководитель, И.В. Березин, был в числе авторов. Кстати, эти статьи были опубликованы в Европейском биохимическом журнале, одном из ведущих, это тоже была важная часть научной школы – идти сразу на вершины, не колупаться у подножья. В третьей статье И.В. Березина в авторах уже не было, он дал мне свободу, школа продолжалась. В последующих статьях, а их были сотни, И.В. Березин в авторах отсутствовал почти во всех. То же было и в книгах – в первой книге (издательства МГУ, 1976) он в авторах был, причем я поставил его на первое место, хотя он там не написал ни строчки, но вся суть книги была пронизана его школой, которую я впитал, поэтому он был в книге совершенно полноправным автором. Во второй книге он уже был на втором месте, и в последующих (многих) книгах И.В. Березина уже не было, но выход всех тех книг он благословил, так сказать. Хотя он продолжал быть моим руководителем – как заведующий кафедрой, как декан Химического факультета МГУ, как директор Института биохимии АН СССР (до своей смерти).
 
То же было и в Гарвардском университете. Из целой серии моих статей профессор Вэлли был соавтором только в одной, и то только потому, что она вышла в Докладах АН США (Proceedings of the National Academy of Sciences US), почти во всех остальных я был единственный автор. Во многих десятках докладов на конференциях я был исключительно единственным автором, то же относилось к моим ученикам – я никогда к ним не приписывался. Каждым докладом они сами выходили в свободное плавание. Может, потому и стали докторами наук и лауреатами.
 
Смотрим в материалы упомянутой конференции попгенетиков – почти каждый раз гроздья авторов. Начальники, ну будьте снисходительными, щедрыми, наконец. Оставьте доклад подчиненному-ученику, будьте выше этого. Не кусочничайте. Балановский был начальником принимающей стороны той конференции (как видно из его приветственного обращения к участникам), хотя первым по старшинству (и первым докладчиком) был Tyler-Smith из Англии, затем шел академик Willems из Эстонии, и третий доклад был Балановского. Ну, казалось бы, и славно, начальником он побывал. Но помимо того, он приписался в соавторы еще 9 докладов, в том числе нескольких стендовых, а мама Балановская была в авторах 10 докладов, опять в том числе стендовых. Ну зачем так-то жадничать, совесть надо иметь, не так ли? Неужели только затем, чтобы добавить по десятку «статей» в личный список публикаций? Вот отсюда и растут тормоза российской науки, хотя казалось бы мелочь… Нет, не мелочь. Атмосфера никогда не мелочь.
 
В этом – важная разница между нашей научной школой в Союзе и США, и отсутствием таковой у современных попгенетиков.
 

Абстракт как показатель уровня науки

Абстракт статьи или доклада – важнейший индикатор уровня науки, как ее видит автор, и как видят окружающие. Подавляющее большинство специалистов читают только Абстракт. От Абстракта зависит, будут ли цитировать данную работу. Абстракт в идеале должен быть самодостаточным, это по сути мини-статья, состоящая из самых важных выводов. Сама статья или доклад – для деталей, для описания подробностей эксперимента, технических особенностей, для обсуждения результатов. Наиболее важные результаты и выводы должны быть в Абстракте.
 
Вот – пример содержательного Абстракта (конечно, не с этой конференции попгенетиков, там таких не было в принципе):
 
В работе показано, что 111-маркерный базовый гаплотип современных этнических русских гаплогруппы R1a отличается от базового гаплотипа современных индийцев той же гаплогруппы всего на 5.5 мутаций, и от базового гаплотипа современных арабов той же гаплогруппы на 7 мутаций. Расчеты показали, что их общие предки жили соответственно 4900 лет назад (русские), 4600 лет назад (индийцы) и 4050 лет назад (арабы). Это соответствует расхождению их базовых (предковых) гаплотипов на 725 лет (русские и индийцы) и на 900 лет (русские и арабы). Общий предок всех трех групп носителей гаплогруппы R1a жил 5000±200 лет назад, и относился к субкладу R1a-Z645.
 
Содержательно? Конечно. Сразу становится ясно, что общие предки русских, индийцев и арабов гаплогруппы R1a жили на Русской равнине, и разошлись по разным направлениям. Становится ясно, что предки русских, с одной стороны, индоариев, с другой, и митаннийских ариев (древняя Сирия), с третьей, были одними и теми же, становятся на места многие исторические загадки. А детали, как именно это было рассчитано, и связь с археологическими, лингвистическими и прочими данными будет в статье или в докладе.
 
Еще пример, как Абстракт мог бы написать выдающийся лингвист С.А. Старостин («Сравнительно-историческое языкознание и лексикостатистика», 1989):
 
Показано, что совпадение базовой лексики (как и корневых морфем) между современным русским языком (СРЯ) и древнеиндийским языком составляет 54%, между СРЯ и современным персидским языком – 28%, между литовским и древнеиндийским 53%, между СРЯ и польским 95%, между СРЯ и литовским 75%. Принимая константу выпадения слов в языке за 0.05, и, соответственно, при сопоставлении двух языков за 0.1, получаем, что расхождение будущих русского и персидского языков началось примерно 3600 лет назад, будущего русского и древнеиндийского языков 2500 лет назад, будущего литовского и древнеиндийского те же 2500 лет назад, русского и литовского примерно 1700 лет назад, русского и польского примерно 700 лет назад.
 
Понятно, что такой Абстракт тут же привлечет внимание тех, кто интересуется историей древнего мира, распространением языков в их динамике, так называемой лексикостатистике. Сразу станет ясно, что байка о том, что литовский язык якобы ближе всех к санскриту – не имеет оснований, байка и есть (ее вбросил А. Зализняк на школе молодых ученых «Муми-Тролль» в 2011 году, не приведя никаких обоснований). Станет ясно, что расхождение будущего русского и персидского языков началось примерно 3600 лет назад, тогда, когда древние арии переходили на Иранское плато, а будущего русского и древнеиндийского языка (обычно датируемого началом нашей эры, то есть примерно 2000 лет назад) происходило примерно 4500 лет назад (2500 + 2000 лет), то есть тогда, когда древние южные арии уходили с Русской равнины. Естественно, в этих датировках могут быть подвижки, но суть останется. Наконец, станет ясно, что датировка «образования славянских языков», которую лингвисты, а за ними и историки провозглашают как якобы середина I тыс. н.э., то есть 1500 лет назад, не имеет никакого смысла, поскольку русский язык и есть один из славянских языков. А он, как мы увидели, «образуется» в своем предковом виде примерно 4500 лет назад.
 
Иначе говоря, Абстракт – это мощный информационный инструмент, который должен быть самодостаточным. А что мы видим в материалах конференции попгенетиков? Почти у всех – вялый, пустой, беззубый Абстракт. Никакой конкретной информации. К этому есть несколько причин – или совершенно нечего сказать, идет забалтывание темы, а сути нет, или совершенно наплевательское отношение к материалам конференции, написать что-то, чтобы отвязались, и просто приняли доклад. Или уже ясно, что доклад примут, автор «в стае», поэтому надо для проформы что-то черкнуть. В этом и выражается полное отсутствие научной школы. «В науке надо жить страстями», – как говорил один из героев фильма «9 дней одного года» в преддверии своей смерти от облучения. Какие там страсти у попгенетиков? Читая их «Абстракты» – так, медузы какие-то. «Глупый пингвин робко прячет тело жирное…».
 
Если статья описывает, сколько грибов где собрали, то в Абстракте так и надо писать, например – «собрали 6 кг грибов». Недопустимо писать «мы собирали грибы», и тем более что «Грибы – это и не животные, и не растения, а особая форма жизни. Вопрос о происхождении грибов долгое время оставался загадкой. Современная микология доказала, что грибы произошли от примитивных одноклеточных организмов, живших в воде». Это – не выводы работы. Это – не для Абстракта. Это – для введения в статью или в доклад. Но попгенетики это фатально не понимают. Результат полного отсутствия научной школы. Практически каждый Абстракт указанной конференции мусолит некое «введение в проблему», ничего не говоря о том, сколько все-таки собрали грибов. Похоже, что ничего так и не собрали, но какую-то дымовую завесу пустить надо. И начинается переливание из пустое в порожнее – и это в Абстракте!
 
Я хотел составить перечень находок, продвижений в науке, решений исторических загадок – на основании Абстрактов, их ведь было 90! Но оказалось, что только несколько, можно пересчитать по пальцам одной руки, сообщили хоть что-то конкретное, да и то при большом желании читателя это конкретное увидеть. Мы все эти редкие случаи разберем ниже. Каждому автору для Абстракта выделялась целая страница, но показательно, что никто ту страницу не использовал. Писать-то было нечего… Некоторые авторы написали несколько пустых строк, пара авторов вообще не соизволили что-либо написать, печально известный в узких кругах Запорожченко среди них. Типа – да чего там писать, я в «стае», и так доклад сляпаю. Представить только – дается полная информационная возможность представить материал, плод своей работы, но нет, нэ трэба. Чего тогда удивляться, что на того Запорожченко цитируемость в научной литературе невелика, да и та в больших коллективах соавторов. Своих публикаций вообще нет.
 
Так что же нового сообщали попгенетики?

Прямо скажем, с этим негусто. Пройдемся по конкретным работам, памятуя, что авторы выставляли в свои Абстракты самое «ценное». Первые два «тяжеловеса», перечисленные выше, вообще ничего нового не сказали. Первый, Tyler-Smith, сообщил, что 100 лет попгенетики в доклад не вместить, и предпочел вообще ничего в Абстракте не упоминать, ничего нового и важного. Из выделенной ему страницы занял всего несколько строк. Второй, эстонский академик Виллемс, не занял вообще ни одной строки. Оставил всю страницу пустой. Проявил полное неуважение к российским организаторам, возможно, не без оснований.
 
Третьим, как сообщалось выше, выступил Балановский. Новость хорошая – занял Абстрактом три четверти выделенной страницы, новость плохая – все слова были пустыми, ничего нового не нашлось, чтобы сказать, никаких достижений, чтобы о них упомянуть. Одно привлекло мое внимание – он назвал Рюрика «викингом». Это – новое слово в исторической науке. Неужели попгенетика это показала? Нет, конечно, просто его, Балановского, обычная страсть вбросить что-то русофобское. Кого интересует, что Рюрик (если такой существовал на самом деле) не был викингом и близко, советую почитать
 
Серьезный провал Haak (Германия) с геномными исследованиями

Следующим был доклад W. Haak из Германии. Это – известное и заслуженное имя в генетике, которое он омрачил, причем серьезно, в 2015 году тем, что стал автором совершенно провальной работы о том, что индоевропейские языки якобы прибыли в Европу прямиком из ямной культуры (5300-4600 лет назад) с носителями гаплогруппы R1b. Его статья так и называлась – «Массивные миграции из степи были источником индоевропейских языков в Европе» (Massive migration from the steppe was a source for Indo-European languages in Europe, Nature, 2015). В статье изучали геном древних, ископаемых ямников, и хотя геном о языках ничего не говорит и говорить не может, но авторы настолько были под впечатлением «курганной теории» Марии Гимбутас 60-летней давности, что нарушили золотое правило науки. Оно гласит, что выводы твоего исследования не должны быть навеяны выводами смежных наук. Твое исследование самодостаточно, оно независимо, и выводы должны покоиться именно на твоих данных. Данные других могут усиливать или подвергать сомнению твои выводы, но не должны их подменять, оказывать на них давление.
 
Давно устаревшая концепция М. Гимбутас сводилась в этом отношении к тому, что конные орды из ямной культуры ворвались в Европу, уничтожили большинство коренных жителей Европы, и оставшимся принесли индоевропейские языки, на которых якобы говорили в ямной культуре. Это получило у Гимбутас название «Гибель Старой Европы». Но кроме названия у нее в концепции было практически всё неверно. В ямной культуре не говорили на индоевропейских языках (как не говорили на них ни предки ямников, ни их потомки еще через пару тысяч лет), ямники не врывались в Европу конными или пешими, и, соответственно, никаких индоевропейских языков туда не приносили. Подробное рассмотрение статьи Haak и др. проведено в моей статье на Переформате в том же, 2015 году.
 
Как же Haak дал такого маху? А дело было просто. Первое, что он безоговорочно принял концепцию Гимбутас, и отдал ей приоритет перед своими данными, что в науке категорически не приветствуется, мягко говоря. Второе, что данных по языку геном вообще не дает, «это – другое», как сейчас принято говорить, и действительно, Haak посвятил индоевропейскому языку в статье только маленький абзац, не дав к этому никаких экспериментальных данных. А как ему их было дать, когда данных по языку в геноме не было и быть не могло? И самое поразительное в том, что при этом Haak вынес языки в название статьи в журнале Nature, повторяю – «Массивные миграции из степи были источником индоевропейских языков в Европе». И третье, что показывает незнание авторами базовых понятий ДНК-генеалогии. Haak с соавторами нашли в ямной культуре гаплогруппу R1b, и при этом они знали, что сейчас в Европе много той же гаплогруппы, примерно 60%. Эврика! Ясно, что ямники и принесли ту R1b в Европу, ну и, это самое, и индоевропейские языки заодно. Вот это и есть «прямолинейное мышление», которое несовместимо с наукой. Haak не посмотрел, а если посмотрел, то не подумал, а если подумал, то не знал, что в ямной культуре нашли не просто R1b, а его конкретный субклад, или ветвь, R1b-Z2103 (она же R1b-Z2105) с нижестоящими снипами, которого в Европе почти нет. Более 90% европейских носителей гаплогруппы R1b имеют ветви R1b-P312 и R1b-U106, которых не найдено в ямной культуре. Они пришли не с востока, а со стороны Пиренейского полуострова, начиная с 4800 лет назад, и далее направились заселять Европу как археологическая культура колоколовидных кубков (4800-3800 лет назад). А носители субклада R1b-Z2103, найденного у ямников, направились на юг, через Кавказ в Анатолию, и сейчас на Кавказе почти все носители гаплогруппы R1b имеют тот самый субклад Z2103 и его нисходящие, производные ветви. Этот субклад – на втором месте в Армении и Турции, после гаплогруппы J2a. Поэтому ямники в Европу, на запад, не врывались, они ушли в южном направлении.
 
Эта ошибочная статья Haak с соавторами (Nature, 2015) получила, к сожалению, широкое распространение в научной литературе, и на нее на сегодняшний день (конец апреля 2021) имеется 1294 цитирований, по данным Google Scholar. Это – самая цитируемая статья Haak из всех его статей. В том же году я подробно разобрал ошибки в той статье, но прекрасно понимал, что статья на Переформате не может конкурировать со статьей в Nature. Выступать же с критической статьей в Nature у меня не было никакого желания, эта миссия меня не привлекает. Кому надо, разберутся.
 
Первым попытался разобраться Л. Клейн, который поначалу выступил с хвалебной заметкой в адрес статьи Haak на «Генофонде», но затем почитал мою статью на Переформате, и решил привлечь к себе внимание, выступив с критической заметкой под названием «Do the Indo-European languages of Europe stem from the steppe people of the Yamnaya culture?» («Действительно ли индоевропейские языки происходят от степняков ямной культуры?») в «European Journal of Archaeology», 2017. К сожалению, поскольку Клейн имел крайне слабые представления о гаплогруппах и субкладах, он не решился о них вообще говорить, и вместо того стал пространно размышлять об археологии, лингвистике, появлении индоевропейских языков в Греции и других регионах Европы, и вконец запутался. Завершил он свою короткую статью словами «Я не намеревался отвлечь внимание от бриллиантовых успехов генетиков. Я всего лишь хотел поправить их интерпретацию». Лесть не помогла. Не помогли и благодарственные реверансы Клейна в адрес Балановского, Балановской, А. Дыбо и нескольких других. Против него выступили девять «тяжеловесов» попгенетики, и без труда положили Клейна на лопатки, замотав в частностях. На Балановских и прочих внимания вообще не обратили. Все это было оформлено журналом как «Дискуссия» за десятью авторами, которые «умыли» Клейна стандартными приемами – что он ничего не понял в статье, что он говорил о «прото-индоевропейских языках», а в статье были «индоевропейские», и потому Клейн ошибся с датировками на 1500 лет в древность, когда ямной культуры вообще не было, и так далее, припомнив ему и греков, и кельтов, которых Клейн зачем-то потащил в «критику».
 
Каждый абзац ответов оппонентов Клейна начинался с того, что Клейн не понял того-то, исказил то-то, не знаком с тем-то, допустил то-то, что никак нельзя было делать, неправ в том-то, и так далее. В общем, Клейн должен был еще до того понять, с кем он садится играть в карты. В последнем слове Клейн все-таки упомянул о субкладе Z2103, ссылки на меня, конечно, не сделав, но это ему не помогло, потому что «упомянул» не есть аргумент, и девять «тяжеловесов» на это просто не обратили внимания.
 
Так вот, Haak поехал в Одессу, точнее, в Москву, «с той же хохмой», что ямники принесли индоевропейские языки в Европу. Со времени публикации его статьи в Nature до его доклада на конференции прошло уже четыре года, но он так и не понял, что ямники в Европе не при чем. Нисходящие субклады-снипы бывших ямников в Европе имеют почти исключительно евреи, которые унаследовали эти снипы уже в нашей эре, видимо, от сарматов, которые в свою очередь унаследовали снипы из ямной культуры. Об этом я расскажу немного ниже, в отдельном подразделе, а пока вернемся к докладу Haak на конференции. Это будет поучительно. Надо подчеркнуть, что я вовсе не намерен издеваться над Haak, но когда такие «тяжеловесы» современной попгенетики несут БЗЧ («бог знает что»), можно представить, что несут нижестоящие сошки типа Балановского. Поэтому это не издевательство, это объективный анализ.
 
Haak начал, разумеется с «ранних фермеров». Это – эвфемизм понятия «древние люди, которые жили позднее 7 тысяч лет назад». Так принято у попгенетиков, которые позаимствовали этот термин у историков. Те действительно не знали, как называть древних людей, и потому придумали их называть «охотники-собиратели» и «фермеры», первые – ранее 7 тысяч лет назад, вторые – после этой даты. Понятно, что это просто общие слова, для введения «производственных отношений» в описания древних исторических процессов. Никто не мог сказать, что мол именно те были охотниками-собирателями, а те – сеятелями и животноводами, но стало звучать вроде как научно.
 
Попгенетики позже уже могли применить более конкретные критерии, основанные на гаплогруппах и субкладах-снипах, но решили этого не делать, поскольку конкретизация – худший враг попгенетики. Они осознали, что несравненно приятнее плавать в размытой системе неопределенных терминов, рассуждать о «похожести», нежели о конкретных гаплогруппах и гаплотипах и прочих снипах. Ведь так славно откладывать мутные «похожести» в неких системах координат с неопределенными показателями, рассчитывать некие «индексы разнообразия», которые никому и никогда не были нужны, и говорить о «дрейфах генов», не придавая им никаких численных показателей. Понятно, что так несравненно более удобно проводить некие «интерпретации», которые ни на чем конкретном не основаны, и которые можно прилаживать к любым выводам историков и археологов, всегда подтверждая и никогда не противореча. Ведь так славно и безопасно сообщать, что «генетика подтверждает», и, напротив, что «археология подтверждает наши выводы». Хорошую религию придумали индусы попгенетики. Гибкую и бесконфликтную. Поэтому попгенетика, включая «геномную попгенетику», всегда подтверждает. Не было ни одного случая, чтобы противоречила. И понятно, почему – неминуемо же спросят, а в чем противоречит, почему, как рассчитывали, и это будет даже не конфуз, а катастрофа. Все увидят, что такое «похожести» и какой в них смысл, точнее, отсутствие последнего.
 
Становится понятно, как это и почему «геномный анализ» подтвердил концепцию М. Гимбутас, хотя геном не показывал (и не мог показать) ни наличие языков в ямной культуре, ни направление передвижения насельников ямной культуры. Просто «полезно и бесконфликтно» было подтвердить. И все были рады, надо же, как здорово все подтвердилось. А представляете, если бы не подтвердили, если бы возникло противоречие? Конфликт, и кому он нужен? Современная наука должна быть бесконфликтна, это – главный принцип современных попгенетиков. «Геномный анализ» этому идеально соответствует, с его формально-машинными расчетами согласно закладываемым условиям, приближениям и допущениям, фильтрованию и сортировке получаемых данных, и совершенно вольным «интерпретациям». Куда там политработникам десятилетия назад…
 
Так вот, Haak начал с того же – «Ранний неолит в Европе (примерно 8000-7000 лет назад) характеризовался ранними фермерами, которые отличались от коренных охотников-собирателей, в то время как Восточная Европа была населена другими популяциями охотников-собирателей, которые имели сродство с палеолитическими сибиряками и нативными американцами». Прелестно, не так ли? Знаете, откуда такое откровение? Нашли носителя гаплогруппы R на берегу Байкала с археологической датировкой 24 тысячи лет назад, компьютер прощелкал его геном со всеми приближениями, допущениями, фильтрованиями, сортировками и прочим, заложенными попгенетиками, сравнил с прощелканными таким же образом геномами коренных американцев (у которых гаплогруппы R вовсе не было), и показал «сходство» на уровне 30-40%, как и с геномом человека из Костенок гаплогруппы С (с археологической датировкой 40 тысяч лет назад), и тоже показал аналогичное сходство, как и с несколькими геномами древних людей из Европы, вот и оказалось «сродство с палеолитическими сибиряками и нативными американцами». И далее – следите за руками – именно Восточная Европа оказалась со «сродством» с последними, а Западную Европу автор решил не упоминать, хотя там «сродство» оказалось таким же. Правда, Haak для Европы дал датировку 8000-7000 тысяч лет назад, а датировку в Восточной Европе 40 тысяч лет назад решил не упоминать, как и датировку в Сибири 24 тысячи лет назад. Вот так происходит «наука на марше» у попгенетиков.
 
И вдруг следующая фраза у Haak такая – «это поддерживает взгляд, что распространение фермерства происходило путем распространения людей, а не просто идей». Где там, во фразе предыдущей, было про «распространение людей». Это как, с датировками 7-8, 24 и 40 тысяч лет назад? То есть интуитивно понятно, что люди распространялись в любые разумные времена, но только никаких данных Haak не приводил, и никакой связи с сибиряками и нативными американцами не показывал. Пустые слова. Далее – таким же образом, никаких конкретных данных, фактов, наблюдений. Как я и замечал выше – какой-то набор пустых слов, «лишь бы отвязались».
 
И вот – известный уже нам апофеоз: «С появлением бронзового века «степная предковость» расширяется на запад и достигает Центральной Европы примерно 4500 лет назад. Люди культуры шнуровой керамики показывают 75% своей предковости в ямной культуре. Расширение «степной предковости» продолжается в Европе в III тыс. до н.э., и ее носители асоциируются отчасти с культурой колоколовидных кубков. Эта предковость продолжается в Европе бронзового века и наблюдается повсеместно в современной Европе. Как результат, эта экспансия привела к распространению в Европе индоевропейских языков…».
 
Здесь что ни фраза, то недоразумение. Первое – «степная предковость» это уродливое образование. Это некий слонопотам, в который входит всё, что оказалось в усредненной серии геномов мужчин и женщин разных Y-гаплогрупп и мтДНК, случайно взятой для усреднения. Второе – придача неких направлений передвижения этому уродливому образованию не имеет никакого смысла. Третье – «степная предковость» относится авторами к ямной культуре, но она не достигала Центральной Европы путем «расширения на запад». Как отмечалось выше, метки ямной культуры, основной из которых на самом деле была гаплогруппа R1b-Z2103, не передвигалась на запад, она передвинулась на юг, на Кавказ и далее в Анатолию. В Европе гаплогруппы R1b-Z2103 практически нет, а те единицы процентов или их доли, что есть, в основном принадлежат евреям с недавними общими преками, как показано ниже. Четвертое – в культуре шнуровой керамики основной гаплогруппой является R1a, в ямной культуре – R1b, поэтому никаких «75% предковости» от ямной культуры в культуре шнуровой керамики нет и быть не может. Это недоразумение вытекает из того, что геномные методы не могут разделить гаплогруппы R1a и R1b, как я неоднократно показывал в статьях на Переформате. Пятое – «степная предковость», отнесенная геномными попгенетиками к ямной культуре (плюс всё, что присутствовало в усредненных геномах мужчин и женщин, взятых оттуда для геномного анализа) не может «ассоциироваться» с культурой колоколовидных кубков, даже отчасти, если только это «отчасти» не относится к Homo sapiens в целом, или хотя бы евразийцам в целом. В культуре колоколовидных кубков, носители которой вышли не с востока, из степи, а с Пиренейского полуострова, ДНК-меткой была гаплогруппа R1b-P312, и, возможно, ее «братская» R1b-U106. В сумме они сейчас составляют более 90% носителей гаплогруппы R1b в Европе. На востоке, и в особенности в ямной культуре, этих гаплогрупп не было, хотя они образовались примерно 4800 лет назад, во времена той же ямной культуры (5300-4600 лет назад), но в другом регионе. Поэтому шестое – «степной предковости» (с гаплогруппой R1b-Z2103 и ее нижестоящих субкладов) в современной Европе не наблюдается, тем более «повсеместно». Наконец, седьмое – никакой «экспансии» из степей, с востока, в Европу не было, и никакие индоевропейские языки во времена ямной культуры оттуда в Европу не распространялись. Индоевропейские языки прошли в Европу вместе с ранними кельтами в конце II тыс. – начале I тыс. до н.э., то есть через полторы-две тысячи лет после ямной культуры, и этими ранними кельтами были по всей вероятности носители гаплогруппы R1a, не R1b.
 
Как мы видим, действительно у «тяжеловеса» в попгенетике Haak все перепутано. Почему так получилось – вполне очевидно: современная «широкогеномная попгенетика» уровня науки еще не достигла. Попгенетики обрушили на неподготовленную аудиторию за последние несколько лет сотни «научных» статей, в которых запрягли «коня и трепетную лань», которые оказались несовместимы. «Конь», то есть технология секвенирования генома, претензий не вызывает, но это уже не наука, строго говоря, это набор технических операций, доступных любому хорошо подготовленному технику. А вот «трепетная лань», то есть интерпретация сотен тысяч и миллионов снипов и облечение их в якобы исторические положения, никакой критики не выдерживает. Там сплошные манипуляции, волюнтаризм, подгонка под желаемое, а если желаемого нет (редкий случай), то что получилось, то и получилось. Без руля и без ветрил. Напоминаю – «На воздушном океане. Без руля и без ветрил. Тихо плавают в тумане…».
 
Никакого противоречия здесь нет. Аналогия – гадание на кофейной гуще. Кофе можно сварить вполне приличный, и даже отличный, а потом из него извлекается кофейная гуща, и начинается гадание. Это – хорошая аналогия с современной «геномной популяционной генетикой».
 
Рассмотрим в качестве антитезы то, как задачи решает ДНК-генеалогия.
Мастер-класс

Проиллюстрируем положение, приведенное выше, что в современной Европе гаплогруппы R1b-Z2103 (и ее нисходящих ветвей-снипов) почти нет, а те, что есть, в основном принадлежат евреям с относительно недавними общими предками, на тысячелетия позже самой ямной культуры.
 
Доля субкладов гаплогруппы R1b в странах Центральной и Западной Европы. Из книги А.А. Клёсова «Народы России. ДНК-генеалогия» (изд. Питер, 2021)
 

 
Мы видим, что в Центральной и Западной Европе доля субклада R1b-Z2103 составляет единицы или доли процента. Это никак не согласуется с тем, что их носители из ямной культуры массово ворвались в Европу, уничтожили коренных жителей и навязали остальным свой (якобы) индоевропейский язык. Навязывать, как выяснилось, было некем, не было в Европе массового присутствия носителей R1b-Z2103. Данные ДНК-генеалогии показывают противоположную картину, хотя уничтожение коренного населения было, в III тыс. до н.э., но не «индоевропейцами», а носителями гаплогруппы R1b, субклады P312 и U106, вся история миграций которых от Южной Сибири до Пиреней не показывает никаких следов индоевропейских языков. На Пиренеях от них остались баски, с их агглютинативным изолированным языком, содержанием гаплогруппы R1b-P312, равным 85%, и временем жизни общего предка гаплогруппы примерно 4800 лет назад, то есть именно тогда, когда на Пиренеи прибыли эрбины, носители гаплогруппы R1b.
 
Последующее изучение тех небольших количеств субклада R1b-Z2103, которые выявлены в Европе, показало, что он в основном (или практически полностью) принадлежит евреям, точнее, тем, которые в базах данных назвали себя евреями, и привели имена предков с характерными еврейскими именами, как Лейб, Сруль, Эфраим, Гершель, Саул, Борух, Мордехай, Шломо, Израэль, Реувен, Шимон, Янкель, Хаим, Авраам, Элиезер, Шмуль, Гершон, Моисей, Иеремия, Юфим, Бер, Саломон, Хирш, Иезекиль, Лазарь, Менахем, Ицхак, Аарон. Видимо, по этой причине повышенное содержание гаплогруппы R1b-Z2103 в Европе наблюдается в таких странах, как Франция, Италия, Венгрия, Польша, Чехия, но и оно находится на уровне единиц процентов от всех.
 
Взглянем на субклад R1b-Z2103 и его нисходящие снипы-субклады у евреев, и убедимся, что все они имеют общих предков на тысячелетия позже самой ямной культуры, в ряде случаев и несколько сотен лет назад. Для этого построим дерево гаплотипов гаплогруппы R1b у евреев, на основании открытой базы данных.
 

 
Дерево из 107 гаплотипов евреев гаплогруппы R1b в 37-маркерном формате. Построено по гаплотипам из «Базального проекта гаплогруппы R1b» FTDNA. Показаны основные ветви данной гаплогруппы у евреев. Сами снипы образовались: V88 – 16400 лет назад (по линии R1b-L754-V2219-V88), V1636 – 14000 лет назад (R1b-L754-L389-V1636), Y4364 – 5000 лет назад (R1b-L754-P297-M269-L23-Z2103-Y4364), L584 – 5000 лет назад (R1b-M269-L23-L2103-Y13369-L584) и PF7562 – 5900 лет назад (R1b-M269-PF7562). Несмотря на древность родительских снипов, общие предки показанных ветвей евреев жили уже в нашей эре (датировки в тексте). На это указывают и сами плоские, то есть недавние ветви на дереве.
 
Дерево гаплотипов выше показывает несколько представительных субкладов гаплогруппы R1b по базе данных «Базального проекта» FTDNA. Название проекта там по сути неверное. Авторы Проекта обнаружили древние гаплогруппы в ряде выборок, свели их в один список, и полагали, что это «древнейшие по происхождению» (базальные) гаплотипы. Но они не учли, что древнейшие по происхождению гаплотипы порой имеют относительно недавних общих предков, как результат того, что популяции прошли «бутылочное горлышко» выживания. Так, одна из популяций, проживающих ныне в Камеруне (Африка), имеет гаплогруппу A00, которая образовалась 240 тысяч лет назад, а выборка самой популяции имеет общего предка, который жил всего 425 лет назад (Клёсов. «Ваша ДНК-генеалогия», М., Концептуал, 2016). Поэтому следует различать датировку образования гаплогруппы или субклада, с одной стороны, и датировку общего предка современных носителей этой гаплогруппы или субклада.
 
Так, правая ветвь дерева собрана из 36 гаплотипов евреев, относящихся к субкладу V88, который (субклад) образовался 114 снип-мутаций, или примерно 16400 лет назад, и по оценкам авторов Проекта эта ветвь относится к цепочке снипов
 
R1b-M343 > L754 > V2219 > V88 > Y7777 > Y8451 > Y8447 > Y8452 > Y8452a > V4746 > FGC20973 > FGC20980
 
Последний снип (выделен) образовался 24 снип-мутации, или примерно 3500 лет назад. Однако этот снип вошел к евреям, потомки которых образовали показанную ветвь из своих 36 гаплотипов, всего 1454±182 лет назад (без округлений), и предковый гаплотип имел вид
 
13 23 16 10 12 14 11 12 12 14 13 29 18 9 10 11 12 27 14 19 28 12 12 15 15 11 12 21 23 15 15 18 19 32 38 11 11
 
Следующая ветвь (по часовой стрелке) из 22 гаплотипов на дереве имеет базовый гаплотип
 
12 24 14 10 11 15 12 12 12 13 14 28 15 9 9 11 11 25 14 19 29 15 15 16 17 11 12 19 23 16 17 19 17 34 38 12 12
 
с датировкой общего предка всего 896±141 лет назад (без округлений). Это – субклад Y4364, конечный в следующей цепочке снипов
 
R1b-M343 > L754 > P297 > M269 > L23 > Z2103 > Y4364
 
Мы видим ту же картину – сам снип Y4364 образовался 35 снип-мутаций, или примерно 5000 лет назад, а у евреев этой ветви общий предок жил примерно 900 лет назад. Или снип этой группы евреев значительно недотипирован, поскольку ниже него находятся несколько десятков нижестоящих снипов, или его носители у евреев прошли бутылочное горлышко выживания.
 
Следующая ветвь из 16 гаплотипов относится по отнесениям базы данных к субкладу L584, конечного в следующей цепочке снипов
 
R1b-M343 > L754 > P297 > M269 > L23 > Z2103 > Y13369 > L584
 
который образовался 35 снип-мутаций, или примерно 5000 лет назад. Базовый гаплотип этой ветви у евреев имеет вид
 
12 24 14 11 11 13 12 12 13 13 13 29 16 9 10 11 11 25 15 20 28 15 15 16 19 12 11 19 19 15 15 17 17 37 37 12 12
 
с датировкой общего предка 682±130 лет назад (без округлений). Мы видим, что этот снип вошел в среду евреев совсем недавно по историческим меркам.
 
Очередная ветвь на дереве – слева вверху, из 30 гаплотипов, относится к субкладу PF7562,
 
R1b-M343 > L754 > P297 > M269 > PF7562
 
который образовался 41 снип-мутацию, или примерно 5900 лет назад, и базовый гаплотип соответствующей ветви евреев имеет вид
 
12 24 14 10 11 14 11 12 12 13 14 29 17 9 10 11 11 25 15 19 30 15 15 16 16 11 10 19 23 17 16 17 17 37 39 12 12
 
с датировкой общего предка 1175±159 лет назад (без округлений).
 
Есть еще одна малая ветвь, из трех гаплотипов евреев, на самом верху дерева, которая отнесена к снипу V1636
 
R1b-M343 > L754 > L389 > V1636
 
тоже очень древнему снипу, который образовался 97 снип-мутаций, или примерно 14000 лет назад. Его базовый гаплотип, определенный по трем современным гаплотипам, почти идентичным друг другу, имеет вид
 
13 23 14 11 12 13 12 13 12 13 13 29 15 9 9 11 11 25 15 18 28 13 14 14 16 11 11 18 23 15 17 19 15 36 40 14 11
 
и его носитель жил всего 377±192 лет назад.
 
Мы видим, что из 107 гаплотипов дерева 38 гаплотипов, или более трети, относятся к потомкам ямной культуры (5300-4600 лет назад). Понятно, что это «потомство» исторически непрямое, хотя ДНК-генеалогически – прямое. Судя по всему, субклады, нижестоящие от R1b-Z2103, уже в нашей эре вошли в еврейское сообщество, и повели свои, вторичные линии. Та же схема относится и к остальным трем ветвям – древние линии вошли, видимо, единичными событиями, в еврейскую среду. Судя по характеру этих субкладов, их «переносчиками» могли быть сарматы на Русской равнине, которые входили в состав степняков в конце прошлой-начале нашей эры.
 
В цитированной выше книге «Народы России. ДНК-генеалогия» рассмотрены еще серии гаплотипов евреев из других открытых баз данных (например, Еврейский проект FTDNA), но они приводят к таким же выводам в отношении субклада R1b-Z2103, помимо субкладов гаплогруппы R1b, в которых представлены евреи.
 
Вывод – нет никаких оснований полагать, что ямники и их близкие потомки тысячелетия назад передвинулись на запад, в Европу, в сколь-нибудь заметных количествах, и, соответственно, никакие индоевропейские языки они в Европу не переносили, равно как это не делали и никакие другие племена вплоть до ранних кельтов (предположительно гаплогруппы R1a) в конце II – начале I тыс. до н.э. Сопутствующий вывод – культура шнуровой керамики (5200-4300 лет назад) из ямной культуры не выходила, генетической, ДНК-связи между ними нет. Соответствующие (обратные) некорректные выводы, полученные «широкогеномными попгенетиками», являются категорически неверными, и отражают некорректность современных подходов «геномного анализа». Подходы ДНК-генеалогии являются несравненно более корректными, методологически выверенными, и ведут к более обоснованным выводам.
 
Продолжаем «разбор полетов» конференции по попгенетике

Полагаю, читателю картина с современной попгенетикой и «геномным анализом» достаточно ясна. Научная школа по сути отсутствует, «специалисты» получают хронически неверные данные и, соответственно, выводы, отсутствует понимание того, как надо представлять данные, хотя когда данных по сути нет, а есть общие вязкие разговоры, то правильное их представление в любом случае зависает. Авторы, видимо, это понимают, и не стремятся данные показать. Доминирует стиль «мы собирали грибы».
 
После Абстракта Haak и др. последующие шесть материалов в списке Абстрактов были совершенно пустыми, зацепиться было просто не за что. Данных – никаких. Одни общие слова. Из гуманных соображений не буду приводить фамилии авторов. Они не виноваты, их просто не учили. Научной школы-то нет. Вот типичные обороты в их Абстрактах –
 
«Реконструкция полного генома из древней ДНК – это революционный инструмент», или «Мы многое узнали о раннем заселении Азии из секвенирования древних ДНК», или «Полученные при этом данные показали очень сложную картину демографической истории человека, включая множественные волны миграции», и так далее.
 
Это что, главные выводы работы, которую представляет Абстракт? Ну так что именно узнали о раннем заселении Азии, почему же не привести конкретный пример, который наглядно демонстрирует «революционный инструмент»? Будет на что сослаться в очередной научной работе. А что «картина сложная» – это вообще трескотня. Во всяком случае в системе научно-естественной школы, о чем я рассказывал выше в этой статье. Не удивительно, что подобный Абстракт занимает всего семь строк, хотя предоставлялась целая страница. Автор просто не захотел привести конкретную информацию, или не умел, или опасался, что ее раскритикуют знающие люди.
 
Еще показательный пример из этой серии пустых Абстрактов, и опять всего несколько строк – «Мы нашли глубокое разделение популяций в пределах Африки, сильную генетическую дифференциацию за пределами Африки, ранее не показанную генетическую вариацию в Африке, Океании и в обеих Америках, контрастирующую историю охотников-собирателей и сельскохозяйственных групп за последние 10 тысяч лет», и так далее. Ну что, не трескотня? Дали же целую страницу, расскажи, приведи примеры, сделай небольшой яркий и информативный Абстракт. Но нет, трескотня – это проще. Да любой специалист знает о «глубоком разделении популяций в Африке», например, о нескольких миллионах носителей гаплогруппы R1b в Камеруне и Чаде, которые «глубоко разделены» от носителей гаплогруппы E1b, хотя и те, и другие прибыли в Африку со стороны, они же «глубоко разделены» с носителями гаплогруппы А00 или А0, и таких примеров много. Докладчик о них? Или о чем-то другом? И за пределами Африки есть множество «генетических вариаций», и в Океании, и в Америках. Да в любом проходном дворе есть «множество генетических вариаций», на то он и проходной двор. При таком подходе типа «пустая говорильня» ожидать чего-то нового от докладчика не приходится.
 
Один докладчик, специалист в физической антропологии, в Абстракте посетовал, что в последние 50 лет антропологи дискутировали с участием генетиков в отношении существования рас как биологического феномена, но до науки дело обычно не доходило из-за того, что в дискуссию постоянно вовлекали идеологические и политические мотивы. Да и вообще, заявил автор, между физической антропологией и популяционной генетикой человека практически нет «зон контакта», поскольку концепции «популяции» нет в физической антропологии, эта концепция там – «не работающий инструмент». Мое замечание – это действительно перекликается с тем, как попгенетики на протяжении последних десяти лет постоянно наскакивали на ДНК-генеалогию, что там «не используется понятие популяция». На что мы отвечали, что нам оно не нужно, мы работаем с родами как гаплогруппами и субкладами, поскольку род – это и есть исторически формируемая группа потомков одного общего предка, что и отражено в гаплогруппах и субкладах. И вообще, отвечали мы, не лезьте в чужие науки со своим словарем, у нас словарь терминов свой, смысл которых диктуется нашей научной методологией. Но они так и не поняли. Тяжелый случай.
 
Надо сказать, что при «методологии» попгенетики найти хоть какую-то связь с физической антропологией действительно практически невозможно. Укажите хоть на какой параметр или показатель попгенетики в ее современном исполнении а-ля Балановский, чтобы он был хоть чем-то объективен. Все в стиле «похожесть» или «генетическое разнообразие», или, наконец, «дрейф генов», при котором никакие гены на самом деле не рассматриваются, потому что гаплогруппы – не гены. А датировки древних событий они считать не умеют. Путаная «наука», в ее современном исполнении никому не нужная. В отличие от попгенетики, ДНК-генеалогия – наука четкая, выверенная, данные и выводы конкретные. Примеры – в статье, одной из многих.
 
Ошибка профессора Маllory

Профессор Mallory из Ирландии дал в Абстракте хоть какую-то конкретику, сообщив, что «since 2015, advances in aDNA research have been widely seen to support a series of migrations emanating from the European steppe eastwards as far as the Yenisei and westwards as far as Ireland» («начиная с 2015 года достижения в исследовании древних ДНК широко расцениваются как дающие поддержку (наличия) серии миграций, выходящих из европейской степи и уходящих на восток до Енисея и на запад вплоть до Ирландии»). Но лучше бы он этого не говорил. Несомненно, упор здесь делается на ту ошибочную статью Haak и др., которую мы рассмотрели выше, и которая посвящена, в первую очередь, носителям ДНК ямной культуры. Напомним, имеющих исключительно (получено более десятка результатов) гаплогруппу R1b-Z2103. Ошибочной статья была от названия (что якобы индоевропейские языки были принесены из той культуры в Европу) и до применяемой «геномной» методологии и интерпретаций, не отвечающих действительности. Так вот, нет также никаких свидетельств о том, что ямники и их потомки, то есть носители гаплогруппы R1b, мигрировали на восток «до Енисея», напротив, они продвигались из Сибири на запад, в том числе из Афанасьевской археологической культуры на запад, до региона ямной культуры, и далее в основном ушли на юг, на Кавказ и далее в Анатолию.
 
По той же причине те же носители гаплогруппы R1b-Z2103 («из европейской степи») не передвигались на Запад «вплоть до Ирландии». Как показано выше, в Ирландии, да и вообще в Европе практически нет носителей этой гаплогруппы, в Ирландии 0.9% от всех, да и те могли прибыть в Ирландию в недавние времена, например, евреи (см. выше). Пример Mallory еще раз показывает губительность бездумного цитирования выводов «широкогеномных попгенетиков», без того, чтобы попытаться понять, а на каких данных те выводы основаны. Но ведь наука и состоит в том, чтобы попытаться понять, а не бездумно повторять. В этом и губительность выводов попгенетиков, что они базируются на привлекательно простых, линейных толкованиях «по понятиям» неких наукообразных соображений, даже без попыток их независимой проверки другими подходами. В первую очередь результатами ДНК-генеалогии.
 
А. Дыбо и пустота

Очередной Абстракт – А. Дыбо из Института языкознания РАН. Абстракт совершенно пустой, хотя и занимает две трети выделенной для него страницы, и я бы прошел мимо, но так не получится. Дело в том, что А. Дыбо – участница крестового похода против ДНК-генеалогии (!), одна из подписантов печально известного «письма 24-х», авторами которого в подавляющем большинстве явились люди, совершенно не имеющие понятия о ДНК-генеалогии. Письмо и его авторы были подробно разобраны в книге «Кому мешает ДНК-генеалогия» (М., Книжный мир, 2016, 845 стр.), так что не буду на этом подробно останавливаться. Замечу только, что при «критике» (которой в том случае и не было, были пустые лозунги) кого-бы ни было в науке надо трезво понимать свое место в науке. Свое место – это не академический институт и не должность, а – в особенности – вклад в научные информационные потоки, которые оцениваются по принципу обратной связи – цитируемостью в научной же литературе. У А. Дыбо в 2016 году, времени выхода указанной книги, своего места в науке не было, несмотря на звание члена-корреспондента РАН, и в этом тоже трагедия современной науки. Цитируемость на ее труды практически отсутствовала, что означает, если напрямую, что ее труды ровным счетом никому не интересны и не нужны. Но прошло пять лет, может, ее научная активность, оцененная научным же сообществом, появилась и усилилась? Увы, нет. Вот ее показатели цитируемости, согласно международной базе данных Research Gate от 23 апреля 2021 года:
 

 
Такой индекс цитируемости типичен для начинающих научных сотрудников, на уровне младших. Он означает, что у члена-корреспондента РАН в научный актив входят всего четыре статьи, на последнюю из которых есть четыре ссылки в научной литературе. Действительно, у А. Дыбо есть в списке цитируемых статей еще четыре, на каждую из которых есть по три ссылки, но они в подсчет индекса цитируемости Хирша уже не входят. Это квалифицируется как «шум».
 
Так что за последние пять лет прогресса фактически у А. Дыбо не было. Такова судьба подписантов подметных писем. Измельчали авторы подобных писем – раньше, при советской власти, писали в партком, райком, обком, в ЦК КПСС, Политбюро, наконец, а нынче пишут в сеть. Рангом ниже, чем в Спортлото.
 
Ну ладно, реальные научные успехи А. Дыбо, как мы видим, близки к нулю. Но может быть, она подала на конференцию яркий Абстракт, насыщенный научными данными и выводами, чем себя реабилитировала, по крайней мере в моих глазах? Я тогда бы ее поздравил и сердечно похвалил. Но нет, Абстракт – пустой, неинформативный. Опять, лишь бы отмахнуться, или просто нет таких данных, которые стоило бы показать «лицом». Открываем Абстракт, смотрим. Автор сообщает о том, что есть такая алтайская лингвистическая семья, но ее не все лингвисты принимают. Автор ее изучает. Остаются неясными вопросы о временах расхождения этой алтайской семьи и на кого эта семья разошлась. И дальше – внимание: «решение об этом может быть основано исключительно на историко-филологических методах и на количественных методах глоттохронологии».
 
Что, и всё? Что значит «может быть»? Данных совсем нет? Нет результатов? Нечего сказать? Нечего поместить в Абстракт? Да, похоже, что цитируемость, то есть ее отсутствие, не обманула. Такой, так сказать, ученый.
 
Дальше идут опять пустые слова, и затем автор сообщает, что «мы собрали большую коллекцию списков Сводеша по алтайским языкам и диалектам». Кто не знает, список Сводеша – это список так называемых слов базовой лексики, стабильных в выбранном для рассмотрения языке. С использованием этих списков можно сравнивать языки, определять, насколько базовая лексика в них совпадает, и по особым формулам рассчитывать, когда эти языки разошлись. Выше был дан пример, что современный русский и современный персидский языки показывают совпадение базовой лексики на 28%, а современные русский и польский – на 95%. Можно добавить, что современные русский и французский в этом отношении совпадают на 50%. При константе скорости выпадения слов (при двух языках) 0.1 получаем, что указанные языки начали расходиться примерно 3600, 700 и 2600 лет назад, соответственно. Все три величины имеют исторический смысл, во всяком случае концептуально. Первая соответствует временам перехода ариев на Иранское плато, вторая – интуитивно разумная, это примерно 15-й век, третья – времена кельтов в Центральной Европе, завершение гальштаттской и начало латенской культур.
 
Так вот, «мы собрали большую коллекцию списков Сводеша» – это примерно как «мы собирали грибы», как я иронизировал выше. Где данные применения тех списков? Почему бы не представить основные данные сжато, как я продемонстрировал выше? Отличается ли величина константы выпадения слов в индоевропейских и алтайских (тюркских, например) языках? Где конкретные примеры? Действительно ли расхождение алтайских языков приходится преимущественно на I тыс. н.э., как об этом пишут некоторые лингвисты уже десятки лет? Что нового нашли, в конце концов? Можно ли воздевать в изумлении руки? Нет ответа. Обычный пустой, вязкий текст. Серость.
 
И вот такие люди «критикуют» ДНК-генеалогию. Вот где можно воздеть в изумлении руки. Причем «критика» такая, что ничего конкретного, ни одного примера, в котором была бы найдена «ошибка», хоть единичная, хоть концептуальная, системная. Причины мы видим, хотя бы по пустому Абстракту. Вроде бы мелочь, но нет, там система. Или ее отсутствие.
 
Продолжение пустоты в работах попгенетиков

Далее столь же пустые Абстракты продолжаются. Надеялся, что хоть что-то новое увижу, но нет, увы. Попгенетики продолжают называть гаплогруппы «генами», что либо неряшливость, либо какой-то безграмотный сленг, либо принципиальное непонимание основ биологии, биохимии, генетики. Любимое выражение у попгенетиков – про «распространение языков и генов», и тут же упоминают гаплогруппы (хотя и редко), которые, повторяю, – не гены. Опять «генофонд», когда речь о гаплогруппах, а еще чаще вообще не о чем. Звучный термин, красивый. Это, видимо, единственная причина к его некритичному употреблению. Пишут «мы нашли корреляции», ни единым словом не сообщая, в чем они, корреляции, выражаются и что конкретное дают, какие выводы обосновывают. Это опять – «мы искали грибы».
 
Очередной Абстракт провозглашает – «без знания генетической демографии мегаполиса невозможно подобрать адекватные образцы для генотипирования, невозможно подобрать референсную группу для целей судебной генетики». Это что, основной вывод исследования? Поэтому он в Абстракте? В целом это и так ясно, что мегаполис представляет кашу из самых разных «образцов», но покажите на конкретных примерах, как «знание генетической демографии» решает эту проблему, места в Абстракте предостаточно, пустые слова заняли только половину предоставленной страницы. Но нет, никакой попытки привнести результаты, чтобы читатель увидел конкретные данные, сделал хотя бы свои выводы.
 
Ошибки В. Напольских

Прямо какая-то проблема с членами-корреспондентами РАН, по причине их нежелания разбираться с вопросами по их же тематике. То с А. Дыбо, теперь вот с В. Напольских. Последний выставил Абстракт – «Финно-угризация Восточной Европы и дрифт генов с востока: перспективы корреляции». Я бы не обратил внимания на этот материал, если бы не пассаж Напольских некоторое время назад, высказанный им в сети – что изучение ДНК ничего нового не дало в отношении людей, говорящих на финно-угорских языках, как и в отношении тех языков. Хотя на название его Абстракта трудно не обратить внимания, поскольку никакой «финно-угризации Восточной Европы» никогда не было, тем более в древние времена, поскольку в первых фразах Абстракта Напольских речь идет о II тыс. до н.э. Напольских, видимо, не знает, что «финнов» в те времена не было и в проекте. Будущие финны пришли на территорию будущей Финляндии только в I тыс. н.э. Лингвисты, назвав их (и родственных народов) языки «финно-угорскими», отнесли (или должны были отнести) эти языки только к нашей эре. Обратного хода во времени это название не имеет. Как водится, Напольских использует неряшливый сленг, исторически неправильный.
 
Далее, финно-угорский – повторяю – это язык, поэтому оборот «финно-угризация Восточной Европы» означает переход жителей (всей, или значительной части) Восточной Европы на финно-угорские языки. Этого тоже никогда не было. На Русской равнине, в которую входит почти вся Восточная Европа, большинство людей говорили и говорят на индоевропейских языках. На финно-угорских языках говорят только на периферии Восточной Европы – некоторые народы Поволжья и русского Севера, эстонцы, финны, саами, и венгры. До середины II тыс. до н.э. никаких финно-угорских языков в Восточной Европе не было, поскольку не было финнов. Примерно 3500 лет назад, то есть в середине II тыс. до н.э. носители гаплогруппы N1a, которые преимущественно (или все) говорили на уральских языках, спустились по западным отрогам Уральских гор и вышли на Русскую равнину.
 
Многие тысячелетия до того они были алтайцами, сибиряками и затем уральцами, их долгие миграции проходили 15-10 тысяч лет назад со стороны Алтая (где и образовалась гаплогруппа N1a1 103 снип-мутации назад, то есть примерно 14800 лет назад, поскольку снип-мутация происходит в среднем раз в 144 года в расчете на стандартный фрагмент Y-хромосомы), далее они передвигались по Сибири на север, и далее, «против часовой стрелки», через Урал, где они жили тысячелетиями и говорили, видимо, как вариант, на древних пермских языках. Примерно 3500 лет назад они, как упомянуто выше, по западным склонам Уральских гор вышли на Русскую равнину, и одни далее обживали Поволжье, другие медленно продвигались через территорию будущих Новгорода-Пскова, и в конце прошлой эры вышли к Балтике, уже полностью перейдя на индоевропейские языки под воздействием носителей гаплогруппы R1a, которые довольно плотно жили между Уралом и Балтикой уже тысячелетиями. Эти языки сейчас у потомков тех мигрантов, литовцев и латышей, называются балтскими, или балтийскими, и у современных литовцев и латышей в среднем наблюдаются по 40% гаплогрупп R1a и N1a1.
 
Другие медленно мигрировали на северо-запад, и стали финнами, прибыв на территорию будущей Финляндии только в нашей эре, еще другие дошли до территории современной Польши, правда, в относительно небольших количествах, их потомков в Польше сейчас около 4%, и Венгрии, впоследствии практически сгинув. Их, носителей гаплогруппы N1a1, сейчас в Венгрии примерно 0.5%, правда, язык сохранился, видимо, стараниями женщин, которые передавали язык детям. Сейчас этот язык относится лингвистами тоже к финно-угорской группе.
 
У современных этнических русских, которые по определению являются славянами (с основной по численности гаплогруппой R1a), поскольку их родной язык – русский, и относится к славянской группе языков, имеется примерно 14% гаплогруппы N1a1. Никакой «финно-угризации» носителей гаплогруппы R1a на Русской равнине (и вообще в Восточной Европе) не было. Носители N1a1 и их потомки присоединились к древним носителям индоевропейских языков между 3500 и 2000 лет назад, если угодно – объединились с ними, образовали братство славянских народов. Часть можно назвать балто-славянами, но это вопрос определений.
 
Так что с «финно-угризацией Восточной Европы», которой не было, и тем более не было во II тыс. до н.э. мы разобрались. Как видимо, с помощью ДНК-генеалогии, с которой у Напольских нелады с пониманием. Кстати, причины (или последствия) его непонимания он обронил в Абстракте, суть пассажа сводилась к тому, что у генетиков в недавних публикациях вызвало «сенсацию» находка на западе древних «генетических маркеров» из Сибири, но что это не было сюрпризом для исследователей древней истории Урала. И далее Напольских назвал «проблемой» очень раннее появление «расово и генетически специфических популяций в Северной и Восточной Европе, имеющих восточное происхождение, и сравнительно позднее образование исторически самых древних лингвистических регионов, а именно финно-угорских» (…and comparatively late formation of the historically most ancient linguistic area, the Finno-Ugric, in these regions).
 
Не знаю, у кого там находка «маркеров из Сибири» вызвала «сенсацию», тем более «в недавних публикациях», поскольку это известно десятилетия. Видимо, «вызвало сенсацию» у «геномных попгенетиков», которые слабо знакомы с тем, что эти маркеры в количествах сотен единиц (как снипы, так и стиры) давно изучаются в ДНК-генеалогии, в частности, описаны во многих моих статьях и книгах, например, «Происхождение славян» (М., изд. «Алгоритм», 2013), «Занимательная ДНК-генеалогия» (М., «Вече», 2013), «ДНК-генеалогия от А до Т» (М., «Книжный мир», 2016), «Ваша ДНК-генеалогия» (М., «Концептуал», 2016), «Практическая ДНК-генеалогия» (М., «Концептуал», 2018), «ДНК-генеалогия славян, Происхождение и история» («Питер», 2019), «ДНК-генеалогия славян, Новые открытия» («Питер», 2019), и других. Во всех них подробно описана гаплогруппа N1a1 и миграции ее носителей от Алтая до Урала и далее до западной части Русской равнины. Видимо, Напольских с этими книгами не знаком, только тогда зачем про «сенсацию», которой уже много лет, да и сенсацией она никогда не была?
 
Разумеется, проблем не избежать, когда Напольских не только не понимает ДНК-генеалогии и сопряженных вопросов, но и лихо закручивает обороты о «позднем образовании исторически наиболее древних лингвистических регионов», а именно финно-угорских. Понимаю, у человека трудности то ли с языком, то ли с пониманием, что позднее образование и наибольшая древность как-то несовместимы. Еще раз подсказываю В. Напольских, что финно-угорский язык никак не мог быть «исторически наиболее древним», потому что не было древних финнов. Максимум – две тысячи лет назад, и скорее полторы тысячи лет. Древними были уральские языки, пермский, наконец, но никак не финно-угорский. Советую Напольских пересмотреть свои представления, как и зачем он удревнил финно-угорские языки, определив их как «исторически наиболее древними». Понимаю, что у лингвистов обычны проблемы с датировками языков, но надо было посоветоваться со специалистами в ДНК-генеалогии. Они подскажут.
 
Касьян и его команда

А. Касьян тоже запятнал себя подписантством печально известного «письма 24-х», которое было упомянуто выше. Разумеется, я не мог пройти мимо его Абстракта, а также поинтересоваться, как у него с цитируемостью в научной литературе. «Критик» же должен нести ответственность, не так ли, тем более тот, кто ни бельмеса не смыслит в ДНК-генеалогии, но «критикует», на самом деле не приведя никакой критики. Подписал письмо так, за компанию, раз Балановская попросила подписать. А некоторые всё удивляются, кто были те клеветники и доносчики, которые миллионами направляли подметные письма «в органы». Вот эти и есть, достойные преемники.
 
С цитируемостью у Касьяна плохо, что типично для «подписантов». Тот же ресурс Research Gate сообщает о нем следующее:
 

 
Чтобы было понятно, что такое индекс Хирша, равный 6, сообщу, что по обычным критериям на место профессора в США может претендовать «соискатель» с индексом Хирша 15. Это значит, что у него есть не менее 15 статей, цитируемость последней должна быть не менее 15 раз. Это далеко не то, что 6 статей, как у Касьяна, с цитируемостью последней 6 раз. Разница там вовсе не в 2.5 раз, как мог бы подумать новичок в этом деле, а по меньшей мере на порядок, а то и на два порядка. Например, у меня индекс цитируемости 32 (см. часть 2 этой статьи), и по данным того же ресурса Research Gate число ссылок составляет более трех тысяч, число прочтений статей составляет 56 330 (по данным на 23 апреля 2021 года). Почувствуйте, так сказать, разницу.
 
И вот этот…, приличного слова не подобрать, пишет в сеть (!) донос, что я занимаюсь «псевдонаукой». Он же написал в Википедии, на «моей» страничке, искажению которой он посвятил немало времени, что, цитирую «Вследствие некорректности теоретических основ ДНК-генеалогии, её методов и выводов, специалистами эта концепция признаётся псевдонаучной», и дал ссылки на Балановского, Балановскую, Клейна. Это они-то «специалисты» в ДНК-генеалогии? Так какие же «некорректные теоретические основы ДНК-генеалогии», ась? Использование гаплогрупп, снипов, гаплотипов? Так ими весь мир пользуется, кто соображают, что это такое. Они – в профессиональных каталогах, справочниках, базах данных. Или это расчетные методы ДНК-генеалогии? Никто в мире за все время существования ДНК-генеалогии не ставил их под сомнение, и хотел бы я посмотреть на того, кто поставил бы. Дал бы ему простенькую задачку для расчета. Есть желание, Касьян? Вот-вот, желания нет. Так же мне ответил некто Пежемский, антрополог, тоже подписант того же письма, на предложение дать ему задачку для расчетов. Он ответил – «пожалуйста, не надо, я в этом ничего не понимаю». Вопросы еще есть? И вот такие ничтожества подписывают письма типа «не читал, не знаю, не понимаю, но осуждаю».
 
После этого понятно, что у Касьяна в Абстракте тоже пустота, у таких людей другого быть не может. Так и оказалось. Автор сообщил, что он создал серию списков Сводеша (что это такое – см. выше), и сравнивал их друг с другом. Замечательно. «Мы собирали грибы». Обнаружили «возможные сигналы древнего взаимодействия» между некоторыми языками. Славно. Про «возможные сигналы» это особенно изящно. Далее – кое-что в литературе это подтверждает, с другим кое-чем в литературе это не «напрямую противоречит». Никакой конкретной информации не дано. Выше я дал примеры конкретных Абстрактов, в том числе на основании списков Сводеша, которые ожидал бы от участников конференции попгенетиков. Не тут-то было. Никто, в том числе и Касьян, никакой конкретной информации не дал. У Касьяна более половины отведенной страницы так и осталось пустой, ничем информативным он ее не заполнил. Так что не случайно цитируемость низкая, не умеет автор думать по-научному, не умеет давать сжатую, но яркую и полезную информацию.
 
Это наглядно иллюстрируется статьей Касьяна за июнь 2020 года, то есть совсем недавней, под названием «Генетика и славянские языки». Статья совершенно поверхностная и примитивная. Автор, совершенно не разбираясь в показателях Y-хромосом славян (да и вообще любых народов), надумал писать обзорную, или, так сказать, проблемную статью. Не буду давать ссылку, чтобы не рекламировать, кому надо, найдут. В статье объемом в 17 страниц Касьян упомянул гаплогруппы только несколько раз, а именно R1a-Z282, I2a-P37, N3-Tat, R1b-M269 и E3-M35, причем, что поразительно, связывая их в основном со славянами! Первые две назвал «двумя базовыми компонентами славян», про третью сообщил, что она «имеется в значительных частотах» среди славян. Про четвертую, R1b-M269, сообщил, что она встречается «в значительных частотах» среди южных славян. Пятую тоже отнес к южным славянам, сообщив, что эти гаплогруппы нужны для того, чтобы «понять исторические миграции славян».
 
Степень невежества Касьяна в обсуждаемых им вопросах не поддается рациональному осмыслению. Она бесконечна. Для начала приведем датировки образования указанных гаплогрупп, они соответственно равны (с относительно небольшими погрешностями) – если в числе снип-мутаций от настоящего времени, то 36, 139, 102, 105 и 241, что соответствует примерно 5200, 21000, 15000, 15100 и 35000 лет назад. Какие славяне? Эти датировки покрывают не только славян, но всю ледниковую Евразию как, так сказать, бык овцу. Никаких «исторических миграций славян» с такими датировками, точнее, с такими снипами не «понять». Касьян, видимо, не имеет представления, что под каждым из этих снипов есть десятки, а у некоторых и сотни нижестоящих снипов, которые в ряде случаев характерны для славян, вот эти снипы и надо рассматривать в отношении «славянских миграций». Неудивительно, что с такими познаниями вся статья Касьяна про «генетику и славянские языки» сплошная пустая говорильня, начиная с того, что он рассматривает славянские языки всего с «after 500 CE», то есть после первой половины I тыс. н.э., как определяет с самого начала своей статьи, следуя за совершенно необоснованными представлениями, заложенными еще немецкими «академиками» времен М.И. Ломоносова.
 
Следующий Абстракт – вообще загадка. Текст абсолютно такой же, как у Касьяна, слово в слово, но авторы другие. Понимаю, неряшливость и разгильдяйство, но не настолько же!
 
Продолжение следует…
 
Анатолий А. Клёсов,
доктор химических наук, профессор
 
Перейти к авторской колонке
 

Понравилась статья? Поделитесь ссылкой с друзьями!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Подписывайтесь на Переформат:
ДНК замечательных людей

Переформатные книжные новинки
   
Наши друзья