В XV-XVII веках на юге Русского государства рубежи защищали различные группы служилого населения. По данным французского офицера на русской службе Маржерета, к началу XVII века служили «государеву службу» 5-6 тысяч казаков. Кроме того, еще 8-10 тысяч вольных казаков присоединялись к русской армии по царскому приказу. В казаках на юге служили отряды сторожевых, полковых, донских, волжских, терских казаков, черкасов, поместных атаманов, беломестных атаманов, беломестных казаков.
 

 
Военное население юга России быстро увеличилось после Смуты, когда правительство зачисляет в ряды служилых людей несколько тысяч казаков. В 30-е годы XVII века в слободах и острогах юга Сибири появляется особая категория служилых людей по прибору – беломестные казаки. Часто эта группа служилых людей изучалась как исключительно сибирское явление, вне общего российского контекста. Между тем, подобная категория служилых людей известна в XVII веке на юге Московского государства и упоминается в Соборном Уложении 1649 года.
 

А.В. Чернов, автор подробного исследования о русских вооруженных силах XV-XVII вв. считал, что беломестные казаки появились в России в первые годы царствования Михаила Федоровича, когда после Смуты правительство проводило массовое верстание вольных казаков в службу.1
 
По свидетельству В.Н. Татищева, эта категория служилых людей появилась на «украине» – южной границе Европейской России еще раньше – со второй половины XVI в., когда «сих беломестных перво царь Иоанн Васильевич из солдат и других военных на Украине, а более царь Алексей после польской войны, не хотя салдатства на жаловании содержать, полками населил».2 С.Ф. Платонов позднее подтвердил правоту В.Н. Татищева, отметив среди военного населения южных городов юга Московского государства в конце XVI века новую группу служилых людей, «между детьми боярскими и поместными казаками стоят доселе загадочные «беломестные атаманы», которые служат атаманскую службу».3
 
Происхождение названия данной категории служилых людей, очевидно, связано с архетипичными представлениями о символике цветов народов востока Евразии. В частности, белый цвет традиционно означал «никому не подвластного, свободного от должностей и податей, также нечто радостное, щастие приносящие» (белый царь, белая земля). По свидетельству И.Е. Фишера, «россияне приняли сии же наименования», в частности, «козаки в Сибири, получающие вместо жалования землю, называются потому беломестными казаками, понеже они не платят с них никаких податей в казну», т.е. владея «белой» – свободной от налогов землей.4
 
В.Н. Татищев, который в период административной деятельности на Урале, встречал представителей данной категории, писал, что беломестными казаками «называются те, которые имеют земли наследственные, но никаких податей не платят, токмо служат. Они своих земель продавать не могут, разве между собою».5 Г.Ф. Миллер отмечал, что «этим названием обозначалась в старину известная часть населения в пограничных слободах, которая должна была служить службу наравне с служилыми людьми», получая за это не жалование, а землю, освобожденную от податей. И.Е. Фишер полагал, что первыми беломестными казаками в Сибири были жители Катайского острога, которые не только занимались земледелием, «но в нужном случае отправляли и козацкую службу, за что вместо жалования давалась им земля, с которой не платили они оброку».6
 
В 1620-1640-х гг. на юге Верхотурского и Туринского уездов власть проводит строительство слобод с крестьянским населением, которое должно было решить проблему снабжения хлебом сибирских гарнизонов. Первоначально слободы населялись исключительно крестьянами, однако позднее, в 1630-е гг., в результате резкого увеличения военной опасности на юге Сибири, в слободах начинается строительство острогов, в них направляются отряды годовальщиков из ближайших уездных центров. Но годовальщики не могли эффективно прикрыть все новые поселения, так как сами гарнизоны городов Сибири были немногочисленны, поэтому пришлось решить проблему защиты слобод другим способом – организацией постоянных гарнизонов.
 
Когда же появились в Зауралье беломестные казаки? З.Я. Бояршинова отмечала, что с 1640-х гг. «приказчики, как правило, привлекали на поселение наряду с крестьянами и беломестных казаков». По данным П.Н. Буцинского, в 1634 г. приказчику Нижней Ницынской слободы Тобольского уезда П. Перхурову было приказано набрать из гулящих людей 10 человек в конные казаки, и в 1635 г. там уже имелся свой гарнизон.7
 
Материалы Сибирского приказа позволяют более подробно изучить процесс формирования отрядов беломестных казаков в слободах юга Сибири. В Нижнюю Ницынскую слободу из Тюмени в это время присылались пять человек годовальщиков, однако, по данным приказчиков, эти тюменские служилые люди часто покидали слободу, не дождавшись своего времени – конца осени, когда военная опасность становилась минимальной. В результате, в 30-е годы XVII века, в слободе появляются собственные служилые люди.
 
В 1634 г. на Верхотурье была послана царская грамота, по которой предписывалось набрать в Нижней Ницынской слободе 10 конных и 10 пеших беломестных казаков. Конным казакам был назначен оклад по 4 руб. с четью и надел земли по 4 десятины в поле, «а дву потомуж» всего 12 десятин в 3-х полях. Беломестным пешим казакам было велено служить с пашни за хлебное жалование.8 В 1634 г. здесь были набраны в конные казаки в количестве 10 человек, а в 1640 г. еще десять беломестных казаков.
 
Когда беломестные казаки появились в других слободах Сибири? 8 марта 1634 года к воеводе Тобольска князю Андрею Голицыну обратился приказчик Верхней Ницынской слободы Михаил Байкашин, просивший организовать здесь отряд местных служилых людей, по примеру Нижней Ницынской слободы, без которых «никакими мерами быть не уметь». Приказчик обосновал необходимость создания гарнизона наличием в слободе государевых житниц и крестьян, которые надо было защищать от кочевников. Андрей Голицын разрешил приказчику набрать из гулящих людей 10 человек в конные казаки, назначив им жалование из денежных доходов Чубаровой слободы, так как в Верхней Ницынской слободе таких сумм еще не было.
 
12 июня 1634 года приказчик сообщил в Тобольск, что конные казаки набраны. Воевода, сообщив в Сибирский приказ об этом решении, писал, что слобода стоит на окраине русских владений, куда часто нападали Кучумовичи и где без «служилых жилецких людей быть не уметь». Таким образом, к осени 1634 г. беломестные казаки появились в двух слободах Сибири.
 
В сентябре 1634 г. в Сибирский приказ обратился воевода Верхотурья, попросив устроить жилецких служилых людей в Невьянской слободе, находившейся на окраине русской колонизации. В 1626 г. по царскому указу в слободе был построен острог для защиты от нападений кочевников, но летом крестьянское население уезжало на работы, и в остроге оставались только приказчик «да посадские люди немногие». Воевода обращал внимание, что около Невьянской слободы часто бегут из Сибири ссыльные люди, а также крестьяне, взявшие деньги на строительство у администрации, а ловить их некому, по данным приказчика, «за такими за беглыми людьми посылать некого, служилых людей в Невьянском остроге нет». Воевода сообщал также, что нет возможности постоянно отправлять в Невьянскую слободу служилых людей из гарнизона Верхотурья, который насчитывал всего 60 человек, постоянно посылаемых на различные службы, и писал также, что в создавшейся обстановке в слободе невозможно быть без своих служилых людей.9
 
В результате в 1635 году беломестные казаки появились еще в двух слободах юга Сибири: в Невьянской слободе их было 17 человек, а в Новой Ницынской – 30 человек. 3 марта 1642 г. верхотурский воевода князь Н.Ф. Мещерский сообщал царю, что из слобод Верхотурского уезда часто пишут приказчики с просьбой прислать из города служилых людей для защиты от возможных набегов ойратов. В это время в гарнизоне Верхотурья даже после увеличения военных сил имелось всего 100 служилых людей (95 стрельцов и 5 пушкарей), из которых, по данным воеводы, большая часть находилась в разъездах по территории уезда, на сборе ясака, на заставах в городе и на других необходимых службах, в результате свободный резерв составлял не более 20-30 человек, необходимых в самом городе.
 
В 1642 г. воевода послал памяти приказчикам Невьянской, Тагильской, Ницынской, Ирбитской слобод Верхотурского уезда, в которых, основываясь на царской грамоте 1635 года, приказал им набирать беломестных казаков. Организовать отряды служилых людей планировалось из 2-х источников: «вольных и охочих», т.е. гулящих людей, и пашенных крестьян, не более одного человека из семьи, чтобы не произошло уменьшения количества крестьян в крае. Всего в слободах предполагалось набрать 145 человек – 85 конных, 60 пеших беломестных служилых людей. В частности, в Невьянской слободе воевода приказал набрать 40 конных, 20 пеших, в Тагильской – 20 конных, 10 пеших, в Ницынской – 10 конных, 10 пеших, в Ирбитской – 15 конных, 20 пеших.
 
К этому начинанию сразу же проявил интерес Тобольск. 27 марта 1642 г. в слободы Верхотурского уезда был прислан тобольский письменный голова Станислав Баскаков с памятью для смотра по спискам служилых людей, набранных приказчиками в слободах. Верхотурский воевода жаловался в Сибирский приказ, что после этого гулящие люди и члены семей пашенных крестьян, которые «прибрались и те послыша ис Тобольска присылки все разбрелись».
 
В результате всех этих усилий администрации, количество беломестных казаков в слободах Верхотурского уезда увеличивалось. К 1653 году в пяти слободах Верхотурского уезда насчитывалось 113 беломестных казаков. В Арамашевской – 36 человек, Невьянской – 17, Новой Ницынской – 30, Ирбитской – 25, Белослудской – 5 беломестных казаков. Количество беломестных казаков в это время было небольшим, однако они играли в крае важную роль, защищая слободы Верхотурского уезда от набегов небольших групп кочевников.
 
Гарнизоны новых слобод часто формировались из служилых людей старых поселений. Так, в 1649 году приказчик Белослудской слободы Василий Муравьев, получив верхотурскую память о том, чтобы ему беломестных казаков «в проезжие станицы посылать и караулы караулить» на случай набега калмыков, сообщил, что у него в подчинении имеется только 1 беломестный казак и «посылать некого». Верхотурский воевода приказал выделить пополнение из гарнизона Ирбитской слободы, где «сверх верхотурской памяти» было прибрано к тому времени 15 беломестных казаков. Примечательно, что перевод беломестных казаков должен был проходить на основе добровольности, приказчик Ирбитской слободы должен был отправить тех, «кто похотят ехать». Обоснованием необходимости перевода служило уязвимое положение слободы «в самом степном месте с приходу калмыцких воинских людей».
 
В это время беломестные казаки являются заметной группой среди населения слобод Верхотурского уезда. В 40-е гг. XVII века, по данным грамот, в Ирбитской и Невьянской слободах Верхотурского уезда приказчики назначались для управления крестьянами и беломестными служивыми людьми. Большую роль играли беломестные казаки в колонизации южных территорий Сибири. В 50-е гг. XVII века русское население занимает р. Исеть, что стало значительным успехом русской колонизации Сибири. Район Исети долгое время был рубежом между русским миром и кочевниками. В результате этого, русское продвижение на юг края приняло форму военной колонизации. Первыми в крае строились не слободы, а остроги с военным населением. В 1650 году верхотурские служилые люди на верхнем течении р. Исети основали Исетский острог, а уже в 1655 г. был построен Катайский острог, прикрывавший среднее течение р. Исети. 2 марта 1657 г. воевода Верхотурья Иван Хитрово перевел в Катайский острог 30 беломестных казаков с семьями.
 
Разбросанность казаков по слободам, острогам с полным подчинением своему слободчику, приказчику служила серьезным препятствием их объединению для выполнения более масштабных боевых заданий в случае возникшей необходимости, что и проявилось в ходе восстания 1662-1667 гг. Это восстание заставило администрацию увеличить количество беломестных казаков на юге Сибири. Летом 1662 года восставшие башкиры перебили 30 беломестных казаков Катайского острога, крупные потери понесли и другие остроги края. В 1665 году приказчик Катайского острога писал на Верхотурье, что там мало новоприборных беломестных казаков, которые к тому же не вооружены, в казне острога «оружия нет и давать им нечего».
 
Всего к 1667 году, по данным Тобольского воеводы П.И. Годунова (1667-1670), в острогах Приисетья находилось 160 беломестных казаков: в Исетском остроге – 30, Мехонской слободе – 60, Шадринской слободе – 20, Катайском остроге – 50 человек.
 
Башкирское восстание 1662-1667 гг. наглядно показало, что защита южных слобод Сибири не может быть доверена одним беломестным казакам. Полки рейтар и солдат на юге – в районе реки Исети, где постоянно угрожали набеги кочевников, необходимо было заменить значительными силами. Пытаясь одновременно сочетать принципы экономии и безопасности, П.И. Годунов предложил царю создать на юге Сибири драгунский полк, сформированный по образцу подобных формирований из крестьян, построенных в России на южной и западной границах. Воевода сам писал в Сибирский приказ, что примером для формирующегося драгунского полка послужили ему комарицкие и олонецкие драгуны. В 1668 г. воевода Тобольска П.И. Годунов попытался заставить беломестных казаков служить в драгунах, что вызвало сопротивление служилых людей, казаки Верхотурского уезда в количестве 72 человек «из верхотуринских слобод в исетские остроги не выехали». К 1670 г. они оставались в слободах Верхотурского уезда. В результате Годунову удалось зачислить в драгунский полк, в котором к 1670 г. служили всего 658 человек, 250 слободских беломестных казаков.
 
В 1679 году в южных острогах Сибири по Исети и Тоболу насчитывалось 363 драгуна и 243 беломестных казака, в том числе 100 казаков в слободах Верхотурского уезда и 143 казака в Тобольском уезде. В 1686 г. там находилось 1000 служилых людей – 648 драгун и 352 беломестных казака. Тогда же для защиты Даурии в числе 500 служилых людей Тобольского уезда на восток было послано 200 человек из слобод юга Сибири – 165 драгун и 35 беломестных казаков. В 1688 г. все служилые люди по прибору, служившие в слободах и острогах по Исети и Тоболу стали называться беломестными казаками.
 
В 1698 году беломестные казаки юга Зауралья в челобитной на имя Петра I писали, «что им служить с одной пашни без жалования невозможно… служили они беломестные казаки по вся годы без жалования с одной земли, а земле пахать и в тоже время в походы воинские за неприятелем им ходить было невозможно, потому что неприятельские Казачей Орды приход всегда бывает… хлеб жнут… и им оставя хлеб вскоре собрався и за неприятелем бежать невозможно, а без них прибрать некому и от того они в конечное пришли в разорение… и служба их была худа и к походам за неприятелем учинить неспособны и от того те неприятели не боясь казаков беломестных себе большого отпору и шкоды под слободы смело подбегали и с поля многих крестьяне и жен и детей в плен имали и скот отгоняли и многое различное разорение чинили и его Великого Государя ратных людей в малом собрании побили». Таким образом, сами казаки главной причиной своих поражений от кочевников считали действия правительства по экономии средств.
 
20 февраля 1698 года Петр I создал на юге Сибири из беломестных казаков Тобольского уезда драгунский полк. В грамоте Петра I воеводе Тобольска князю М.Е. Черкасскому было приказано «прежние его Великого Государя указы, что им служить с одной пашни и без жалования отставить, а указать и с тех казаков прибрать полное число тысячу человек в драгунскую службу из денежного и хлебного и соляного жалования, чтоб они во всякие воинские приходы всегда с ружьем и на конех добрых и с запасы были в готовности и ничем не отговаривали». В слободах Верхотурского уезда беломестные казаки служили и в первые десятилетия XVIII века. В 1703 году в уезде служили сотник и 181 беломестный казак. В 1704 году служили сотник и 145 беломестных казаков.
 
В 1668 году тобольский воевода П.И. Годунов организовал отряды беломестных казаков в русских острогах по рекам Ишиму и Вагаю, построенные для защиты тюрского населения от кочевников.
 
При Петре I отряды беломестных казаков организуются в первых русских слободах Тарского уезда – Аевской, Бергамацкой и Татмыцкой слободах. В 1704 году в Бергамацкой слободе под началом приказчика сына боярского имелось 30 беломестных казаков. В Аевской слободе служили 4 беломестных казака. В Татмыцкой слободе служили 1 сотник и 42 беломестных казака. К 1707 году в Татмыцкой слободе служили уже 150 беломестных казаков. 3 марта 1707 года М.П. Гагарин разрешил набрать в слободе в беломестные казаки еще 50 человек из любых охочих людей, кроме крестьян. В слободу был назначен капитан из детей боярских Тары.
 
В 1660-е гг. беломестные казаки появляются и на востоке Сибири. После военного разгрома киргизами служилого мира Красноярска, в 1668 г. правительство предприняло ряд мер для усиления боеспособности на юге контролируемого русскими участка по реке Енисею, в частности, по предложению воеводы Енисейска было предписано организовать здесь отряды беломестных казаков. В 1669 г. по царскому указу в Енисейском уезде было набрано 134 человека беломестных казаков.
 
Правительство пыталось распространить этот опыт и дальше на восток. 22 беломестных казака были набраны в Енисейске и отправлены на постоянную службу в Якутский острог, где они должны были завести пашни. 1 беломестный казак был послан в Братский острог, где планировалась нанять 10 казаков, для чего в острог были отправлены 100 рублей. К 1679 г. в Енисейском уезде служили 149 беломестных казаков, размещавшихся в шести острогах. В 1693 г. Сибирский приказ распорядился организовать в Красноярском уезде отряд в 20-30 беломестных казаков, набрав их из гулящих людей. В 1700 г. в Илимском остроге имелось 6 беломестных казаков, которые «служат с пашни без жалования». Это было мало для уезда, где жили 65 посадских людей и 356 пашенных крестьян. К 1710 г. в Сибири имелось 512 дворов беломестных казаков, в которых жили 1434 чел., в Тобольском уезде – 83 (404 чел.), Верхотурском – 111 (345 чел.), Тарском – 185 (230 чел.), Енисейском – 133 (452 чел.). Таким образом, к востоку от Енисейского уезда организация беломестных казаков не имела большой роли.
 
На юге Западной Сибири новые группы беломестных казаков отмечаются после 1710 года. К 1725 г. в Среднем Приобье (Томский уезд) имелось 140 беломестных казаков, которые с другими группами служилого населения вошли в состав государственных крестьян Сибири. Считается, что после окончания первой ревизии в Сибири (1724 г.) беломестные казаки были положены в подушный оклад и вошли в состав податного населения.
 
В 1734-1735 гг. Г.Ф. Миллер, в период научного путешествия по Сибири, отмечал наличие беломестных казаков в Кузнецком и Енисейском уездах. В это время беломестные казаки составляли гарнизоны в Мунгатском остроге, Бердском остроге и Белоярской крепости Кузнецкого уезда, Бельском остроге и Кемском остроге Енисейского уезда. Г.Ф. Миллер сообщает, что к 1735 г. социальное положение беломестных казаков в этих уездах не отличается от старого, они «за свою службу освобождены от подушной подати и пользуются свободным хлебопашеством». Еще в конце XVIII в. крестьяне – выходцы из беломестных казаков помнили о своем особом социальном происхождении. В 1791 году А.Н. Радищев, проезжая через Среднее Приобье в ссылку, видел в Чауском остроге «крепость, в ней живут старые беломестные казаки, ныне приписные крестьяне к заводам, как и все старожилы» В 1797 году, возвращаясь в Петербург, Радищев сообщил – «в Чауском бывали из крестьян казаки временные, называемые беломестные».
 
В Исетском остроге беломестные казаки были подчинены атаману Андрею Липину, о котором упоминают верхотурские грамоты. Позднее Андрей Липин упоминается в качестве атамана Катайского острога. В 1661 г. приказчик Катайского острога Илья Бакшеев сообщал воеводе Верхотурья Ивану Камынину, что «в Катайском же остроге Андрей Липин, а сказывается атаманом казачьим катайских беломестных казаков, а приходит ко мне в острог с большим невежеством и з шумом и на казаков мечется с ослопы, а называет себе их полчанами, а имени его у мене нет в наказе и кликовом списке». Липин владел пашней под Катайским острогом и деревней на Калмацком броду, где у него были значительные пашни.
 
В 1694 году царским указом беломестные казаки Верхотурского уезда были освобождены от власти приказчиков слобод, которым предписывалось их «на караулах и на работах у себя не держать». Отныне казаки были подчинены одному лицу – сотнику Камышловской слободы Матвею Солдатову в судебном, административном и военном отношениях. Это решение было вызвано военным положением на юге Сибири, на сотника была возложена ответственность за разведку, проводившуюся силами беломестных казаков из слобод, и своевременное сообщение вестей воеводе и приказчикам. Матвей Солдатов получил приказ пополнить количество беломестных казаков, набирая вольных людей, однако выполнение этого задания оказалось трудным, по словам сотника, «в слободах гулящих людей нет и прибирать некого».
 
В беломестные казаки просились крестьянские дети, но это вызывало сопротивление приказчиков. Освобождение беломестных казаков от власти приказчиков привело к возникновению ряда конфликтов. Беломестные казаки Невьянской и Арамашевской слобод жаловались, что приказчики продолжают посылать их в посылки и караулы «мимо Матвея Солдатова».
 
В России XVII в. земельный оклад беломестных казаков, свободный от государственных налогов и повинностей, составлял 20-30 четвертей в поле, кроме того, они получали небольшое денежное жалование в 2-3 рубля. А.А. Кондрашенков и Н.А. Лапин полагали, что беломестные казаки Сибири служили без денежного жалования. Это положение служило для доказательства близости беломестных казаков к крестьянскому населению края. Однако в первые десятилетия службы беломестные казаки получали денежное жалование. В 1667 году воевода П.И. Годунов, организуя драгунский полк на юге Сибири, предлагал Сибирскому приказу платить жалование драгунам по примеру беломестных казаков Зауралья по 5 рублей денег и 2 с четвертью пуда соли в год, без хлебного жалования. Таким образом, беломестные казаки Сибири в это время имели денежные оклады на уровне стрельцов городских гарнизонов. По данным списка 1681 года, беломестные казаки Верхотурского уезда получали оклады по 4,25 рублей и 2 пуда без чети соли. За хлеб казаки служили с пашни. Традиционным для беломестных казаков Тобольского уезда был надел «по шти десятин с полудесятиною в поле», всего в 3-х полях 19,5 десятин. Позднее списки Верхотурья начала XVIII в. отмечали, что беломестные казаки уезда служили только с пашни.
 
В беломестные казаки часто зачисляли и крестьян, которые сдавали свое тягло другим и, таким образом, могли переходить в другие группы населения. Воевода Верхотурья Хрущев сообщал о подобных фактах на территории уезда. Иногда казаков возвращали на их тягло.
 
По данным В.А. Александрова, воеводы и Сибирский приказ оставляли в службе выходцев из крестьянских семей, если оставшиеся члены семьи держали тягло. В Сибири практика переходов на другие места или зачисления в иную социальную группу, при условии сдачи тягла другому человеку, была достаточно распространена. Так, в Красноярском остроге, крестьянин Афанасьев поставил свое место гулящего человека, а сам был зачислен в приборную службу, часто из крестьян переходили в категорию посадских людей.
 
В 1649 году к приказчику Ирбитской слободы верхотурскому сыну боярскому Григорию Барыбину обратились «беломестные служилые люди» О. Мартемьянов и Е. Филатов с просьбой «их из государевой службы выставить» зачислить их в оброчные крестьяне, откуда они были взяты в службу за 8 лет до того. Причиной подобной просьбы, по словам казаков, стала их бедность и отсутствие семей, по причине чего «в проезжие станицы и для государевых всяких дел ездить караулы караулить им… стало невозможно». Приказчик сообщал воеводе Верхотурья, что если он даст разрешение на это, то легко можно будет набрать на их место из гулящих людей Ирбитской слободы.
 
В целом, можно согласиться с мнением В.А. Александрова, учитывая, однако, серьезные изменения в политике правительства в данный период. Если в эпоху Смуты, в первой половине XVII века, правительство довольно спокойно относилось к зачислению в состав служилого класса представителей низших групп населения, при условии сдачи тягла, то позднее эта политика меняется. Правительство ставит барьеры и стремится четко разделить служилых людей и тяглых людей.
 
1 июня 1671 года указ Алексея Михайловича предписал организовать перепись в Тобольске и городах Тобольского разряда служилых людей и крестьян, а также их родственников и захребетников. В городах Сибири с этого времени воеводам было запрещено переводить из города в город детей боярских и других служилых людей, а из пашенных крестьян запрещено верстать в службу без особого государева указа. По этому указу 11 августа 1671 г. воевода Верхотурья Хрущев приказал приказчику Тагильской слободы не верстать больше без государева указа и Верхотурской памяти пашенных крестьян в беломестные казаки, а из беломестных казаков не разрешать переходить в состав крестьян. Крестьянам запрещалось сдавать друг другу пашни. В результате, значительное количество беломестных казаков были из службы взяты в крестьяне. К 1679 году в слободах юга Сибири были зачислены в крестьяне 138 беломестных казаков и 73 драгуна.
 
Беломестные казаки формировались в Сибири из гулящих людей и крестьян. В одной из челобитных имеются интересные биографические сведения об одном из таких гулящих людей. В 1694 г. на государево имя обратился с челобитьем о позволении оставить службу Лука Суслов, беломестный казак Невьянской слободы, прослуживший в составе данной категории служилых людей 46 лет. А до того он начал службу еще при Михаиле Федоровиче солдатом в полку воеводы Плещеева на Самаре, затем «многие годы» служил стрельцом в Астрахани во время воеводства Б.А. Репнина, в середине XVII в. перешел в Сибирь и строил Катайский острог «без вашего великого государя жалования», служил «во всяких посылках непрестанно». В 1694 г. казаку исполнилось 92 года, по его словам, он стал «стар и дряхл и казачьи службы служить за дряхлостью не могу» и остался без кормильцев. 27 июня 1694 г. эта челобитная была удовлетворена.
 
Имеются факты того, что беломестные казаки использовались в сибирских условиях постоянного недостатка служилых людей не только для административной службы в своих острогах, но и для дальних служб. Беломестные казаки служили на таможенных заставах в Катайском остроге и Чусовской слободе, куда их направляли из других слобод Верхотурского уезда. 30 января 1662 года из Верхотурья приказчику Ирбитской слободы приказано было выбрать 3-х беломестных казаков для экспедиции на озеро Ямыш. В связи с русско-китайским конфликтом 1685-1686 гг. и боями в районе Албазина в марте 1686 г. 35 беломестных казаков были отправлены на восток.
 
Беломестные казаки являлись одной из групп служилых людей по прибору, которые по замечанию В.О. Ключевского, являлись «соединительным звеном» между верхушкой московского общества – служилыми людьми по отечеству и тяглыми, жилецкими людьми. Беломестные казаки появились в южных слободах Сибири в 1634 г. в результате усилившихся набегов ойратов. Формирование в слободах Сибири отрядов беломестных казаков было обусловлено практикой защиты юга России от набегов кочевников. Беломестные казаки были предназначены для службы не в уездных городах, а на южных окраинах уездов в слободах и острогах, составляя там основу военных сил.
 
Беломестные казаки в Сибири являлись одной из нижних групп служилых людей по прибору, их социальное положение было близко к положению городовых казаков и стрельцов. Первоначально они получали денежное жалование в размере 4-4,5 рубля, позднее стали служить только за освобождение от налогов. В результате, по ряду показателей беломестные казаки более других групп служилых людей приблизились к положению крестьян. Однако и в это время беломестные казаки остались одной из групп служилого мира Сибири.
 
По данным источников, первоначально отряды беломестных казаков в Сибири были образованы в слободах Верхотурского уезда, а позднее в слободах Тобольского уезда, то есть появились на западе края. Гарнизоны 4-х уездных центров – Тобольска, Тюмени, Туринска и Верхотурья – не могли защитить от частых набегов кочевников быстро возникающие в 20-30-е гг. XVII века русские поселения.
 
В это время на территории юга Тобольского разряда проходят два одновременных процесса. Край заселяется потоком крестьянской колонизации из уездов русских городов, главным образом, из Поморья, что встречает поддержку как сибирской администрации (воевод, приказчиков, слободчиков), так и центральной власти, надеявшейся таким образом организовать в Сибири производство хлеба в достаточном объеме, хотя бы для снабжения русских городов с их гарнизонами. В то же время, в 20-е гг. XVII века в край с востока приходят ойраты, которые отбрасывают за р. Волгу ногаев и начинают наступление на южные районы промыслов тюркского населения Сибири. В результате, русские строят на юге по р. Тоболу и р. Ишиму остроги для защиты ясачных вотчин.
 
В 20-30-е гг. XVII века происходит строительство укреплений по притокам р. Туры. Первый отряд беломестных казаков создается в Нижней Ницинской слободе в 1634 году. Позднее отряды беломестных казаков появляются Верхней Ницинской, Ницинской и Невьянской слободах. Инициаторами создания отрядов беломестных казаков были представители местной администрации – воеводы и приказчики слобод, которые нуждались в служилых людях в слободах, далеко отстоящих от уездного центра. Беломестные казаки появились именно в Верхотурском уезде неслучайно. Верхотурский уезд стал во второй четверти XVII века главным районом крестьянской колонизации Сибири, здесь возникло больше всего новых поселений, слобод. Однако гарнизон Верхотурья был довольно небольшим по численности служилых людей, занимал одно из последних мест среди сибирских городов.
 
В отличие от других южных центров Тобольского разряда – Тобольска, Тюмени и Тары, гарнизоны Верхотурья и Туринска были сформированы для контроля над русскими коммуникациями из Руси к центру Сибири. Поэтому они не были снабжены значительными силами служилых людей конной службы. Новые задачи, возникшие во второй трети XVII века, требовали совершенно других сил. Правительство очень медленно усиливало гарнизон Верхотурья и формировало отряды беломестных казаков в уезде. Беломестные казаки сыграли важную роль в колонизации р. Исети, в главные пункты которой – Исетский и Катайский остроги – они были переведены из слобод, расположенным по рекам Нице и Нейве. В конце 60-х гг. XVII века беломестные казаки появились в острогах восточной части Тобольского уезда, Тарском уезде и Енисейском крае.
 
Владимир Пузанов,
доктор исторических наук
 
Перейти к авторской колонке
 

Понравилась статья? Поделитесь ссылкой с друзьями!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Читайте другие статьи на Переформате:

Подписывайтесь на Переформат:
 
Переформатные книжные новинки
   
Конкурс на звание столицы ДНК-генеалогии
Спасибо, Переформат!
  
Наши друзья