Бракоделы!!! Почему задний мост не может нормально пробежать даже 15 тысяч километров? То, что он тёк постоянно, к этому я уже привык, но почему он гудеть начал? Неужели трудно изготовить шестерни из твердого металла? Вы их что, из пластилина делаете?
 

На городском ремесленном празднике в городе Киль, осень 2012 года. Действующая реконструкция средневекового токарного станка. В выражении лица паренька – суть немецкого характера.

Дорогие коллеги, ни к чему попусту изливать возмущение. Хотя по-человечески и понятное. Вопрос все-таки в цене. Просто надо уяснить, что цена – это не просто поднять зарплату на конвейере. Например, чтобы не гудел задний мост, надо шестерни не просто отдолбить и ободрать заусенцы наждаком. Надо закупить не водопроводную сталь, а легированную. Надо еще поставить шеверовальный станок, чтобы размеры довести до ума, а потом еще хороший зубошлифовальный. Да термообработку: не просто закалить – отпустить, а отцементировать, да нормализовать, да… Много еще каких технологических операций сделать, чтобы изначально замечательно задуманная машина начала в каждом экземпляре выдавать свои заложенные параметры. Именно так и делают легендарные мерседесы и роллс-ройсы. Так что, в конечном счете, дело все-таки в цене. Которая в этом случае будет, увы, уже не для нас.
 

Согласен, действительно, для ряда улучшений требуются деньги. Но ведь куча огрехов связана с нашим типично русским разгильдяйством: что-то не докручено, что-то не доклеено, где-то дребезжит, а еще где-то дворник не доходит до конца, да уплотнитель приклеен криво, бардачок не закрывается и т.д. и т.п. Вот ведь что обидно.
 
Русское разгильдяйство – это такой же объективный фактор, существующий тысячелетия, как и суровые погодные условия. Поэтому для его преодоления нужны реальные средства, как печка и вторые рамы для избы. Например, советские ракеты (в приличные годы) были объективно лучше американских. Достигалось это, наряду со сложными технологиями, применением тотального выходного контроля и, вследствие пресловутого разгильдяйства, – жесткой выбраковкой всего, что не соответствует техническим условиям. И все эти военпреды, отбракованные детали и изделия ложились на себестоимость. Так что, в конце концов, некриво приклеенные резинки – это опять-таки деньги. Или нам всем надо перестать быть русскими. Можно попробовать. Только всем вместе.
 
Если уж о деньгах, то Калина – не дешевая машина. Чтобы ее купить мне нужно копить год, а мой коллега в Германии, на такой же должности, за год скапливает на новую Тойоту. Сравнивать нет смысла. Цену нужно считать по условиям. И вообще, может, и другие существуют пути, чем тотальная отбраковка? Может, лучше один раз прямо приклеить?
 
Сразу прямо приклеивать, разумеется, лучше. Но, чтобы прямо приклеивать каждую резинку, надо, чтобы это стало обычаем. Основы таких обычаев были заложены в эпоху Реформации 350 лет назад. В войнах за утверждение этих обычаев была истреблена четверть населения тогдашней Европы, в том числе – половина населения Германии и две трети Чехии. Тогда победили те, кто хотел клеить прямо. А потом 350 лет добивались того, чтобы это можно было не контролировать. Добивались, в том числе, и тотальным контролем. И еще тем, что кривоклеящие просто умирали с голоду. Это сухой факт.
 
Здесь надо бы поподробнее. Всех, приезжающих в Германию, умиляют аккуратные домики с ухоженными палисадниками вокруг. Да и не только собственные усадьбы. И многоквартирные дома поражают безупречным содержанием. Для немца смысл существования заключен в пунктуальном и безупречном исполнении любого начатого дела. Это все нынче поддерживается отнюдь не штрафами или административным надзором. Альфа и омега – обычай. Пока неформально не пообщаешься с немецкими семьями, невозможно осмыслить его всеобъемлющую силу. Полицейский тоталитаризм отдыхает. Любому немцу реально стыдно перед своими коллегами за огрехи в работе. Любая немецкая хозяйка оставит последние силы на приборке дома, чтобы только соседки не обронили в разговоре между собой в отношении ея: «Sie – Schlampe!»* А «заслужить» подобную реплику можно запросто. Например, если вовремя не выдрать сорняки на меже.
 
Как сложились такие обычаи, сразу не осмыслишь. Но случилось. Можно только почувствовать. Для начала неплохо бы обстоятельно пройти по залам Музея немецкой истории в бывшем арсенале на Унтер ден Линден в Берлине. Сразу увидится, что стержнем экспозиции являются отнюдь не победы германского оружия, а развитие производственной культуры. Хотя и про победы тоже кое-что есть. А еще – зайти в Технический музей на бывшем Анхальтском вокзале (там же). Сразу обращают на себя внимание многочисленные группы школьников, настойчиво приводимые туда учителями. Непременно нужно побывать на любом из многочисленных местных праздников, ведущих свою родословную от средневековых цеховых ремесленных торжеств, и ощутить неподдельный энтузиазм их участников. И обязательно – пощупать кладку соборов XIII-XV веков и мох между нерушимо лежащими камнями германских мостовых.
 
А в России… Давайте трезво поглядим вокруг. И на себя самого. Только откровенно. С глубокой горечью приходится признать, что доминирующим принципом взаимоотношения в нашей стране остается: «С… в глаза – все божья роса.»
 
Когда любой из наших соотечественников садится в свою дребезжащую девятку, первая мысль та же: «Какие они там на конвейере тупые, и почему я, такой старательный и умелый работник, должен все это терпеть». А потом приходится вспомнить, как на своей работе тоже что-то не доделал вовремя или недокрутил… И вот тут деньги, действительно, ни при чем. Те, кто загребает деньгу лопатой на энергоресурсах или фондовых спекуляциях, работают – по сравнению со своими зарубежными коллегами – так же бестолково, что и на ВАЗовском конвейере. Просто через них денег больше прокручивается.
 
А отдельных умельцев (о, Господи! – как же их мало), которые действительно под настроение блоху подковать могут, на конвейере работать не заставишь. Ни за какие деньги. Они даром будут на коленке по гаражам воплощать свои фантазии, но на своей работе за любую зарплату будут гнать какую-нибудь халтуру.
 
И вот здесь опять надо поподробнее. Снова вспоминается музей. В краеведческом музее Тулы собрана огромная коллекция фабричного оружия с начала XVIII века до наших дней. С первого взгляда видно, насколько штучные российские ружья по качеству исполнения и художественному уровню выше любых зарубежных. Кстати, обозрение оружейной коллекции Музея немецкой истории в Берлине не изменило этого впечатления. А вот серийные российские образцы по сравнению с серийными английскими или немецкими – в ногах не валялись. Беспощадный вердикт российской массовой промышленной традиции.
 
Ведь так, если положа руку на сердце? Так что нам надо смириться с кривыми резинками. Мы в массе своей все такие… Может быть, будем другими. Лет через триста. Те, кто выживут…
 
Александр Артемов,
кандидат технических наук
 
Перейти к авторской колонке
 

Понравилась статья? Поделитесь ссылкой с друзьями!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

6 комментариев: Придётся смириться с кривыми резинками?

Подписывайтесь на Переформат:
ДНК замечательных людей

Переформатные книжные новинки
   
Наши друзья